Читаем без скачивания Опасная тропа - Эрин Хантер

Чернобурка, мертвая, лежала на земле возле самого лагеря.

Глава XXV

Белохвост и Песчаная Буря перенесли тело Чернобурки в лагерь, но у племени не было времени на выполнение траурного ритуала. Судя по всему, Чернобурка решила пойти поохотиться, пока все спали, поэтому остальные коты не сразу хватились ее. Пока Огнегрив созывал котов на общий сбор, Белохвост вместе с Чернобуркиными детьми, Тростинкой и Угольком, похоронил приемную мать за пределами лагеря.

Когда осиротевшие коты вернулись в лагерь, Огнегрив уже стоял на вершине скалы, дожидаясь, пока все племя соберется на поляне. С высоты он видел, как Белохвост, вне себя от ярости, мечется по лагерю, яростно хлеща себя хвостом по бокам.

— Клянусь, я спущу шкуру с этого Звездоцапа! — шептал он. — Я распорю ему брюхо и размотаю кишки отсюда и до Четырех Деревьев! Он мой, Огнегрив, ты слышишь? Не забудь, он мой!

— Ты не забыл, что должен подчиняться моим приказам? — сухо спросил Огнегрив. — Сейчас мы должны решить, как спастись от своры голодных псов. Со Звездоцапом мы разберемся позже.

Белохвост раздраженно зашипел сквозь стиснутые зубы, но промолчал.

Тем временем племя в скорбном молчании собралось вокруг скалы. Из палатки Синей Звезды выкарабкалась Пепелица и, прихрамывая, присоединилась к остальным.

— Синяя Звезда спит, — пояснила она. — Я думаю, лучше мы все расскажем ей попозже, после того как придумаем, что делать.

Огнегрив кивнул. Не зря Синяя Звезда всегда боялась Звездоцапа! Что-то с ней будет, когда она узнает, как ужасно оправдались ее опасения! Возможно, рассудок ее не выдержит нового удара, и Синяя Звезда окончательно потеряет разум. Огнегрив заставил себя отогнать страхи и обернулся к своему племени.

— Коты Грозового племени! — начал он. — Сегодня утром мы узнали, что на нашей территории, в пещерах возле Змеиной Горки, поселилась свора псов.

Шепот пробежал по толпе, кое-где послышались недоверчивые голоса. Огнегрив понял, что новость просто не укладывается в головах лесных котов, но знал, что самое страшное еще впереди. Он в упор посмотрел на Частокола, но полосатый воин ответил ему бесстрастным взглядом, и Огнегрив так и не понял, насколько он замешан в этой истории с кроликами.

— Звездоцап долгое время прикармливал этих псов, — продолжал он, стараясь говорить спокойно. — Сегодня ночью он наловил кроликов и разбросал их от пещер до самого нашего лагеря. Вы уже знаете, что лежало в самом конце этого кровавого следа. — Он молча кивнул в сторону ограды лагеря, за которой похоронили Чернобурку.

Взмахом хвоста он призвал котов к молчанию, и испуганный вой мгновенно сменился мертвой тишиной. Он увидел, как Златошейка мучительно съежилась и опустила голову, услышав о новых злодеяниях Звездоцапа, и невольно перевел взгляд на двух маленьких оруженосцев.

Рыжинка смотрела на него круглыми от ужаса глазенками, зато Ежевичка опустил голову и прятал глаза, так что Огнегрив не знал, напуган он или втайне восхищается своим отцом, сумевшим придумать столь хитроумный план.

Огнегрив обвел глазами племя и продолжал:

— Мы попытались уничтожить след, но кролики пролежали там всю ночь, так что на земле остался запах. Вы все, от старейшины до самого маленького котенка, должны покинуть лагерь. Если собаки придут на поляну, они должны найти ее пустой.

Недоверчивые вопли утихли, коты начали негромко перешептываться. Наконец Рябинка, самая дряхлая кошка-старейшина, громко проскрипела, обращаясь к Огнегриву:

— Так куда нам идти-то?

— К Нагретым Камням! — ответил Огнегрив. — Как только дойдете до скал, сразу же забирайтесь на самые высокие деревья. Если даже собаки побегут за вами, они решат, что потеряли след, и не станут вас разыскивать!

Видимо, его четкие указания успокоили племя и предотвратили готовую вспыхнуть панику. — Огнегрив молча вознес хвалу Звездному племени за то, что день выдался, хоть и холодный, зато без дождя, так что даже самые слабые старики и котята легко проделают путь до Нагретых Камней. Хорошо еще, что в племени не было ни больных, ни новорожденных!

Королевы продолжали горько оплакивать погибшую Чернобурку. Тростинка с Угольком жались друг к другу и со страхом смотрели перед собой.

— А как же свора? — вдруг громко спросил Частокол. — Что мы будем с ними делать? Огнегрив не сразу нашелся с ответом. Он знал, что было бы безумием атаковать свору в открытом бою. Звездоцап никогда не привел бы псов к лагерю, если бы не понимал этого! «Помоги мне, Звездное племя!» — взмолился он, и вдруг, словно звездные предки услышали его зов, блестящая мысль пронеслась у него в голове.

— Придумал! — прошептал он. — Мы продолжим след! Коты в недоумении уставились на него, и тогда он повторил, уже громче: — Мы продолжим след!

— Что ты хочешь этим сказать? — непонимающе подняла глаза Песчаная Буря.

— Только то, что сказал! Звездоцап хочет, чтобы след привел псов к нашему лагерю. Отлично! Пускай приводит! Но когда псы появятся, мы будем готовы — и заманим их к обрыву!

Неподалеку от Четырех Деревьев, возле дальних рубежей Грозового племени, русло реки с трудом протискивалось между узких, отвесных берегов. Течение там было очень бурным и стремительным, а дно реки усеивали острые скалы. В этом месте нередко тонули коты, а значит, вполне могли утонуть и собаки!

— Нам нужно лишь заманить их туда! — продолжал Огнегрив, и детали плана сами собой начали складываться в его голове. — Значит, нужны самые быстроногие воины. Крутобок, Песчаная Буря, Кисточка, Долгохвост, Дым и я. Этого вполне достаточно. Остальные немедленно собираются возле выхода и покидают лагерь.

Коты рассыпались по лагерю, выполняя приказ глашатая. Поглядев вниз, Огнегрив увидел пробирающихся к нему Уголька и Тростинку.

— Огнегрив, мы тоже хотим участвовать! — сказала Тростинка, умоляюще глядя на него.

— Я беру с собой только воинов, — ласково, но твердо ответил Огнегрив.

— Но Чернобурка была нашей матерью! — взорвался Уголек. — Пожалуйста, Огнегрив. Мы хотим отомстить за нее!

— Возьми их, — сурово сказал подошедший Буран. — Ярость и жажда мести сделают их бесстрашными.

Огнегрив хотел возразить, но белоснежный воин смотрел с такой решимостью, что он устало кивнул.

— Хорошо.

— А как же я? — крикнул Белохвост, и хвост его снова пришел в движение.

— Постарайся понять, Белохвост, — пояснил Огнегрив. — Я не могу лишить племя всех лучших воинов. Кто-то должен остаться и позаботиться об остальных! — Белохвост возмущенно ощетинился и открыл рот, чтобы возразить, но Огнегрив быстро сказал: — Поверь, я доверяю тебе непростое дело. Если мы погибнем, тебе придется сразиться с собаками, а может быть, и с племенем Теней. Подумай, Белохвост, — попросил он. — Я знаю, ты хочешь отомстить Звездоцапу. Но лучше всего мы отомстим ему, если разрушим его планы и сохраним свое племя!

Белохвост долго молчал, ненависть и горечь боролись в его душе.

— Ты подумал о Безликой? — тихо спросил Огнегрив. — Сейчас ты нужен ей больше, чем когда бы то ни было.

Молодой воин вздрогнул, вспомнив об искалеченной кошке, и обернулся на пещеру старейшин. Горностайка и старейшины гуськом семенили к выходу, Безликая, прихрамывая, шла за ними. Единственный глаз ее в немом ужасе смотрел прямо перед собой.

— Да, Огнегрив, — решительно сказал Белохвост. — Я уже иду.

— Спасибо! — крикнул ему вслед Огнегрив. — Я надеюсь на тебя, Белохвост!

Он поглядел на сгрудившихся у выхода котов и вдруг уловил какое-то едва заметное движение. Резко обернувшись, он увидел, как полосатый Частокол протискивается в узкий лаз в стене колючего утесника, а следом за ним лезут Ежевичка с Рыжинкой.

Огнегрив спрыгнул со скалы и бросился к ним, едва успев поймать карабкающихся в лаз малышей.

— Частокол! — рявкнул он. — Что это ты задумал? Полосатый воин резко обернулся. На какой-то миг в глазах его мелькнул испуг, но потом он угрожающе оскалился и нагло заявил:

— Мне кажется, у Нагретых Камней мы не будем в безопасности! Я решил отвести малышей в более спокойное местечко. Это…

— В какое же это? — дрожа от ярости, спросил Огнегрив. — Если ты знаешь безопасное место, почему ты не рассказал о нем своему племени?! А может быть, нет никакого безопасного места, и ты просто решил под шумок отвести детей к их отцу? — Он был так взбешен, что едва удержался, чтобы не кинуться на Частокола и не выцарапать тому глаза. — Разумеется, предводитель племени Теней заранее позаботился о том, чтобы голодная свора не растерзала его деток! — шипел он. — Ты должен отвести ему котят до того, как собаки будут в лагере? Я уверен, вы обо всем сговорились еще на прошлом Совете!

Частокол ничего не ответил, лишь глаза его с каждым словом Огнегрива становились все темнее и мрачнее.

— Ты отвратителен, Частокол! — взорвался Огнегрив. — Ты с самого начала знал, что Звездоцап задумал натравить на нас свору, но ты ни слова никому не сказал! Неужели у тебя не осталось ни капли преданности своему племени?!