– Кто вас погубит? – осторожно спросил Себастьян. Миссис Марч взглянула на него и замотала головой.
– Говорите! – Теперь голос его звучал непреклонно.
– Хотите знать, кого я имею в виду? Миссис Слейтер, мою мать. – Она неожиданно для всех расхохоталась. – Ну как, мисс Франческа, хороша семейка? Не чета вашей!
– Господи, не может быть! – изумленно выдохнула Франческа.
– Еще как может. Я действительно ее дочь, – угрюмо произнесла миссис Марч, уже безо всякой гордости. – Ее единственный ребенок. В ее руках перебывало множество других детей, но она их не рожала, зато всегда обещала, что я буду жить лучше, чем они, и что у меня будут деньги, большой дом и мужчина, который станет обо мне заботиться.
– И теперь вы вините ее в том, что ничего из этого не получили?
– Разумеется! Это она во всем виновата, потому что не задушила вас троих, когда было еще не поздно…
Франческа не помнила, как оказалась в библиотеке; наверное, Себастьян выпроводил миссис Марч, перед тем как вернуться к ней.
Взяв ее за руки, он стал согревать ее пальцы своим дыханием, и у Франчески не было сил протестовать.
Ей слишком о многом надо было подумать, слишком многое сопоставить, а тут еще тревога за Афродиту. Что, если она уже мертва?
– Ты меня слушаешь?
Франческа покачала головой: она не слышала ни слова.
Себастьян вздохнул, наклонился и поцеловал ее.
– Что ты собираешься делать? Я могу проводить тебя обратно в клуб.
– Я не хочу в клуб. А ты куда направляешься?
– Я не могу взять тебя с собой, это слишком опасно.
– Ты ведь собираешься к ней, да? Миссис Марч наверняка рассказала тебе, где прячется миссис Слейтер.
Себастьян молчал.
– Можешь не говорить, но я тоже хочу туда.
– Франческа…
– Хочу. Я имею право увидеть женщину, которая украла меня и причинила моей матери такое горе. Себастьян, ты не можешь остановить меня.
Разумеется, он мог оставить ее ждать в неизвестности, но разве это было бы честно?
– Пожалуйста! Я отправлюсь туда вместо Афродиты и ради нее.
Себастьян сжал ее руку.
– Нет, Франческа, мы ведем опасную игру. Миссис Слейтер – опасная женщина. Мне даже придется взять с собой несколько констеблей из лондонской полиции.
– Понимаю. Я не боюсь.
– Ну хорошо. Только потом не говори, что я тебя не предупреждал.
– Кто там? Чего вы хотите от больной старухи?
Голос звучал невнятнее, чем обычно, и Джед с отвращением подумал, что она пьяна.
– Это я. Пора забрать тебя отсюда.
Она близоруко всматривалась в него, сидя в кресле у камина. Он подошел, выйдя на свет.
– Джед, – пробормотала она. – Чего ты хочешь? Пришел за деньгами? Ты ничего не найдешь, я их хорошо спрятала.
– Тетя, сюда идет полиция. Та девчонка в клубе им все рассказала, и теперь нам нужно уходить.
– Ты лжешь!
Джед попытался ее поднять, но она стала сопротивляться.
– Тебе нужны мои деньги, Джед Холмс, я тебя знаю. Это все, чего ты когда-либо хотел. Ты не такой, как твой отец. Ты и вполовину не будешь таким, как Хэл.
От этих слов Джед пришел в ярость. Он все время отказывался прислушиваться к Хэлу и возвращался сюда, чтобы быть рядом с ней. Он отдал ей всю преданность, на какую был способен, а теперь она предпочитает ему Хэла, который спрятался, словно крыса в нору!
– Ну, твое дело. Можешь оставаться здесь, а я уезжаю и никогда не вернусь.
Она хрипло рассмеялась и ничего не сказала.
Джед метался по дому, вытаскивая ящики и вытряхивая из них все содержимое. В конце концов, должен же он получить свою долю!
Он так увлекся, что даже не слышал, как открылась дверь. Пока он копался в бюро, на него сыпались счета и рецепты, и наконец в дальнем углу ящика показалась железная коробочка.
Вынув ее, Джед улыбнулся. Тяжелая, Наверное, там драгоценности или золотые нонеты. Ах, какая удача! тетя Анджела так любила золото…
– Здравствуй, Джед.
Голос был знакомым, но Джед не сразу вспомнил, кому он принадлежит. Себастьян Торн?
Он повернулся, раздумывая, не бросить ли тяжелую коробку, и только тут обнаружил, что Себастьян был не один: за ним стояло несколько полицейских.
Джед опустил руку.
– Я так и знал, что нужно быстрее уезжать, – с горечью проговорил он и кивком указал на другую часть дома: – Она там. Забирайте и передайте ей мои наилучшие пожелания.
Франческа вошла в уютную гостиную, удивляясь тому, что дом оказался солидным на вид и хорошо обставленным: он выглядел как дом законопослушного гражданина и усердного труженика. Трудно было поверить, что миссис Слейтер всегда действовала жестоко и злобно, как никто другой, и никогда не подчинялась закону.
Тем не менее, именно женщина, сидевшая теперь в кресле у камина, похитила трех сестер у их матери, став для этих людей вечным источником боли и страданий. Она была просто чудовищем.
Франческа подошла поближе, чтобы рассмотреть лицо женщины, – теперь она спала и, судя по запаху джина, была сильно пьяна. Рот ее скривился, лицо опухло, седые волосы свисали грязными космами.
Внезапно громкий храп прервался и женщина проснулась.
– Афродита? – прошептала она, открыв глаза, и вдруг страшно побледнела. – Это ты? Неужели ты стала привидением?
Сердце Франчески затрепетало, но она все же нашла в себе силы заговорить:
– Я Франческа, дочь Афродиты.
Женщина дышала так громко, что Франческа засомневалась, услышала ли она ее слова.
– Он прикончит тебя, и ты это знаешь. Он не остановится, пока не избавится от тебя.
– Кто? Кто не остановится?
Тело женщины вздрогнуло, потом расслабилось, но глаза продолжали сверкать.
Потом из угла ее рта потекла слюна, но Франческа стояла и смотрела, не в силах пошевелиться.
– Дорогая?
Лицо Себастьяна после общения с Джедом было мрачно. Взглянув на Франческу, чтобы удостовериться, что с ней все в порядке, он повернулся к женщине в кресле и, наклонившись, проверил, живали она.
– У нее нечто вроде припадка. Джед сказал, что ей нездоровится.
– Вот как? Я все время говорю себе, что это миссис Слейтер, то чудовище, которое управляло мной с младенчества, но она не похожа на чудовище.
– И все же эта женщина причинила страдания множеству людей. Без нее мир определенно станет лучше.
– Она ведь будет наказана, да?
– Если она проживет еще немного, то непременно предстанет перед судом.
– Хорошо бы. – Франческа вздохнула. Она вдруг ощутила такую усталость, что даже не могла говорить.
– В любом случае теперь ты свободна от нее. Она больше не будет тебя пугать.
– Тогда почему меня не отпускает ощущение опасности?
– Потому что ты в опасности. Кто-то отдавал приказы миссис Слейтер, и он все еще на свободе. Афродита знает, кто это, но ничего не скажет. Она хочет, чтобы я нашел доказательства.
