— Я просто хочу, чтобы ты был осторожен. Хорошо? Поскольку, похоже, ничем не могу помочь… Даже если бы я принял всерьез твои слова насчет того, что ты об этом попросишь…
«Изображаем мученика?»
— Я просто… Будь осторожен, — Не дожидаясь ответа, Ли ушел.
Тони мгновение смотрел на дверь, недоумевая, зачем он потянулся, потом уронил руку.
— Он тебя хочет.
— Да иди ты.
— А в тебе копится агрессия по отношению к нему. — Лия пошла рядом с Тони, когда тот повернулся и двинулся к памятному месту, расположенному под вратами Арры, — Хочешь поговорить об этом?
— Нет.
— Я знаю почти все о психологии секса.
— Тут его нет.
— Почему?
— Потому что он натурал.
— Да я тебя умоляю!..
— Почему ты вообще до сих пор здесь? — спросил Тони, заступил ей путь и внезапно замер, что вынудило Лию тоже остановиться, — Я думал, ты все это затеяла, чтобы продолжать жить, ловить удачу, перестать быть заложницей планов твоего Владыки демонов?
— Это смахивает на слова плохой песни-кантри.
— Ты сказала, что не собираешься прятаться за моей спиной.
— Я этого и не делаю! — огрызнулась она. — Но учитываю то, что случилось нынче днем. Мне лучше оставаться рядом с тобой. Ты здесь, поэтому и я тоже.
— Демоны…
— Они не подкрадутся ко мне незаметно, если я буду сидеть тут и ждать их, верно?
Что-то в выражении лица Лии подсказало Тони, что лучше на нее не давить. Демона, появившегося на парковке, она испугалась куда больше, чем показывала, и не хотела оставаться одна.
— Кроме того, у меня нет неотложных дел, — добавила Лия, протискиваясь мимо парня. — Во всяком случае, до вторника. А что, скажи на милость, заставляет тебя думать, будто Ли — натурал?
Тони поспешил ее догнать и ответил:
— Он спит с женщинами.
— Да, это убедительно. Идиот.
— Он потерял из-за тебя голову.
— Как и девяносто процентов мужского населения. Это ничего не значит. Ты что, не смотрел «Кинси»?[69]
— Конечно смотрел. Лайама Нисона в том году нагло обделили «Оскаром».
— Само собой, но я о другом. Допустим, что большинство мужчин не полностью голубые, но и не совсем натуралы. Даже тогда раскладка в твою пользу. Я не уверена, почему он выбрал тебя, чтобы скинуть маску. В смысле, ты средней наружности, сносного ума, обладаешь будоражащей силой. Ты замечательно милый, притягательно терпимый, явно верный и не эгоистичный до ужаса.
Тони пошатнулся под потоком прилагательных, обрушившимся на него, открыл было рот для ответа, но не проронил ни звука.
— Рядом с таким мужчиной, как, скажем, Лайам Нисон, ты практически незаметен, — продолжала Лия, прежде чем парень успел обрести голос — Его-то я охмурила бы через минуту.
— Да уж! — фыркнул Тони, к которому вернулся дар речи. — За это время ты одолела бы девяносто процентов мужского населения Земли.
— Максимум восемьдесят, — пожала плечами Лия.
— Кевин Гровз.
— Прекрасно. Восемьдесят один процент. — Она шлепнулась на край раскладной кушетки и вздохнула, — Меня всегда удивляло, как двое мужчин вообще ухитряются сойтись, учитывая полное отсутствие у них членораздельной речи. Может, он боится?
— Ли? Меня?
— Не будь тупее необходимого, хорошо?
Тони подтянул штаны — они были слегка велики и сползали, когда он совал руки в карманы, — сел рядом с каскадершей и сказал:
— Ты говоришь как Эми.
— Ты обсуждаешь с ней свою сексуальную жизнь?
— Ладно, во-первых, Ли не имеет ничего общего с моей сексуальной жизнью, а во-вторых, ты что, спятила? Дай Эми дюйм — она возьмет километр.
— Смешение метафор, — Лия приподняла черную бровь и похлопала Тони по бедру, — Что творится с этим миром! — Она оглядела пустой павильон звукозаписи так, будто что-то потеряла, — А где Эми? Основываясь на очень коротком знакомстве с нею, я бы подумала, что она будет здесь.
— Ушла вместе с остальными служащими офиса. У нее свидание.
— В четверг? Рада за нее. Я всей душой за то, чтобы женщина занималась сексом.
— Какой сюрприз! Но она просто пошла выпить кофе в «Рыжем Джо» — это облюбованное ею готское кафе. Эми встречается там с парнем, с которым познакомилась в Интернете.
— Ты сказал ей, чтобы она держалась с оглядкой, потому что плохо знает этого типа, правильно?
— Да.
— А она ответила, что это ведь ты ждешь демона, поэтому должен быть крайне осторожным, верно?
— Не так многословно, но — да.
— Если прожить несколько тысяч лет, то люди становятся предсказуемыми, — самодовольно кивнула Лия.
— Итак, где твоя напарница?
Джек подпрыгнул и едва удержался, чтобы не развернуться и не ответить на вопрос физически.
Он вложил почти всю свою энергию в захлопывание дверцы фургона, ухитрился повернуться и ответить почти спокойно:
— Дома с детьми. Вам позвонил Тони?
Генри кивнул, и Джеку захотелось стереть самодовольное, снисходительное выражение с его лица. Это было нечестно, потому что Фицрой просто чуть склонил голову. Все же в нем содержалось нечто такое, что пробуждало в констебле желать встать рядом с Генри и ринуться в атаку на стену щитов. Он даже толком не понимал, что такое эта самая стена, но дьявольски ненавидел испытывать подобное чувство.
— Тони рассказал вам, что происходит?
— Да.
«И только? Прекрасно, если ты хочешь быть мистером Односложный Ответ, то нам не нужно разговаривать».
Но темные глаза оказались странно убедительными, и язык Джека продолжал двигаться без каких-либо явных приказов мозга.
— Он думает, что демонов притягивает павильон звукозаписи и его сила, накопившаяся там.
— Но вы в это не верите.
— Парень говорит не все.
— А зачем ему это делать?
У Джека появилось чувство, что ответ: «Я ему велел» не прокатит.
— Потому что моя работа — защищать граждан!
— Думаю, мы слегка отклонились от того, что действительно значится в ваших должностных инструкциях, констебль.
— Нет, нисколько, — Джек скрестил руки на груди, не в силах отвести взгляд, но не желая выглядеть уступчивым, — Послушайте, я занимаюсь тем, что ловлю плохих парней. Демоны — как раз такие. Чтобы их поймать… — Тут Генри приподнял золотисто-рыжую бровь, и коп поправился: — Хорошо, чтобы справиться с ними, мне нужны все факты. А их у меня нет.
— Наверное, Тони считает, они вам не по зубам.
— Что ж, он должен меня испытать.
— Да, возможно.
Джека отвлекла слишком очаровательная улыбка Фицроя, и лишь через мгновение он понял, что глаза собеседника вовсе не темные, а орехового цвета. Они двинулись к задней двери студии. Констебль нахмурился и подстроился к походке спутника, делавшего более короткие шаги.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
