– Сэр, – обратился к нему Арвид, – извините меня, но я по прежнему не понимаю, зачем нужно перекраивать всю организационную структуру. Люди в вашей армии будут чувствовать себя слишком непривычно.
– Это не принесет особого вреда, – ответил Клетус. – Мне следовало поговорить со всеми вами раньше. Дело заключается в следующем: войско, разбитое на группы, взводы, роты, батальоны и так далее предназначается для ведения таких войн, которые являются обычными по своему типу, но с которыми мы не столкнемся здесь, в новых мирах. Наши боевые единицы должны быть похожими, скорее, на команду спортсменов, чем на боевую единицу старого типа. Тактика, которую они будут применять, – моя тактика – не годится для армий, противостоящих друг другу в серьезном сражении. Она даст результаты, если ею воспользуются отдельные, почти независимо действующие группы, усилия которых координируются не столько иерархией командования, сколько тем, что, подобно хорошим игрокам команды, они отлично знают друг друга и могут предсказать поведение остальных в сложившейся ситуации и предвидеть ответ товарищей на свои действия.
Клетус замолчал и оглядел присутствующих.
– Есть кто-нибудь, кто не понимает этого? – спросил он.
Ичан прокашлялся.
– Мы все понимаем то, что вы говорите, Клетус, – сказал он. – Вы хотите сократить отделение до шести человек и разделить его на две команды по три человека в каждой. Из четырех отделений вы составляете группу, которой будет командовать старший или младший офицер, а две группы – это уже отряд. Все это достаточно просто, но откуда нам знать, как сработает такая система, пока мы не увидим это на практике?
– Ниоткуда, конечно же, ниоткуда, – кивнул Клетус. – Но пока ваша задача – хорошо усвоить теорию. Основной принцип заключается в том, что, начиная с отдельного человека и кончая самой крупной группой, находящейся под военным командованием Дорсая, каждая единица должна быть способна решать задачи, ощущая себя равноправным членом одной команды. То есть, от каждого из трех солдат требуется действовать в полном согласии с двумя другими членами своей команды, не пользуясь никакой связью, кроме нескольких условных слов и сигналов, которые побуждают остальных к стандартным действиям в ответ на любую возникшую ситуацию. Аналогично, две команды в любом из отделений должна работать как партнеры, обмениваясь только несколькими условными словами или сигналами. Точно так же четыре отделения обязаны функционировать как группа в отряде, которая знает свою роль в каждой из сотни или более групповых операций, обозначающихся условными словами или сигналами. Двум отрядам необходимо уметь действовать вместе почти инстинктивно, как одно соединение. Его командир должен быть подготовлен таким же образом и уметь согласованно работать с командирами соединений, с которыми он связан.
Клетус замолчал. В гостиной снова ненадолго воцарилась тишина.
– Вы говорили, что представите нам модели ситуаций и поведения бойцов, – напомнил Тоска Арас. – Вы разработаете варианты совместных действий, которые должны начинаться после условного сигнала?
– Я их уже разработал, – ответил Клетус.
– Разработали? – Голос Араса чуть не сорвался от удивления. – Но их должны быть тысячи?
Клетус покачал головой.
– Чуть больше двадцати трех тысяч, если быть точным, – сказал он. Но мне кажется, вы упустили суть. Действия отделения включаются в действия группы, точно так же, как действия группы включены в действия отряда.
Короче говоря, это как язык с двадцатью тремя тысячами слов. Существует бесконечное число комбинаций, но присутствует и логическая структура. Как только вы овладеете структурой, выбор слов в предложении становится строго ограниченным. Фактически, каждый раз остается только один идеальный вариант.
– Зачем же все-таки тогда такая сложная организация? – спросил Дэвид Ап Морган.
Клетус повернулся к молодому майору.
– Ценность системы, – сказал он, – не в том, что существует большое число комбинаций тактических действий, а в том, что любые действия крупных подразделений подразумевают определенный спектр выбора действия для меньших подразделений. Так что отдельный солдат, восприняв условный сигнал, общий для соединения, к которому он относится, сразу определит границы действий всех отрядов, всех групп и его собственной команды.
Клетус снова замолчал.
– Короче говоря, – продолжал он через несколько секунд, – никто не следует слепо приказам, отдаваемым командующим всего военного подразделения. Вместо этого все, вплоть до отдельного солдата, реагируют с полным пониманием сути происходящего, как реагировал бы член спортивной команды при совместных действиях. В результате всякие не правильно понятые или неверные приказы, недоразумения, нарушения связи и другие подобные вещи, которые могут отрицательно повлиять на исход сражения, исключается.
И не только это. Начиная с рядовых солдат, каждый нижестоящий готов занять место офицера, имея девяносто процентов тех знаний, которые имел его командир, выбывший из строя.
Арвид восхищенно присвистнул. Остальные офицеры посмотрели в его сторону. Он один в этой комнате никогда не был боевым офицером Дорсая.
Молодой человек смутился.
– Это революционная идея, – сделал вывод Тоска Арас. – Более чем революционная, если она сработает на практике.
– Должна сработать, – уверенно ответил Клетус. – Вся моя система стратегии и тактики разработана для войск, которые в состоянии действовать по такому принципу.
– Ну, посмотрим. – Арас взял толстую книгу, которую получил, как каждый из них, сразу же после обеда и которая с тех пор лежала у него на коленях, и встал. – Старая собака, пытающаяся научиться новым трюкам, – в моем случае это не преувеличение. Если остальные не возражают, я пойду делать домашнее задание.
Он пожелал всем доброй ночи и вышел. За ним потянулись остальные.
Остались только Ичан и Арвид. Арвид – для того, чтобы извиниться за свой свист.
– Понимаете, сэр, – откровенно объяснил он Клетусу, – до меня вдруг все дошло совершенно неожиданно. До этого я ничего не понимал. А теперь вижу, как все это связано в единое целое.
– Хорошо, – сказал Клетус. – Считай, для тебя половина дела уже сделана.
Арвид последовал за остальными. Клетус посмотрел на Ичана.
– А вы понимаете, как все связывается в единое целое?
– Думаю, что да, – ответил Ичан. – Но помните: я ведь последние полгода жил вместе с вами, и уже изучил большую часть моделей из вашей книги.
Он протянул руку, взял бутылку, стоявшую за стаканами, выстроенными в ряд на маленьком столике, и не торопясь налил себе немного виски.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
