составом нужный им узор на каменных поверхностях. Уже завтра растущий строго по оставленному следу побег заполнит половину невидимого рисунка, а к кульминации праздника весь фасад будет украшен разноцветной живой гирляндой.
В голове появилась мысль, что стоит и самому озаботиться подобным украшением, но лень тут же отогнала ее прочь. Но как выяснилось через пару минут, у весеннего праздника, ставшего для женевцев аналогом скрещенного с Рождеством бразильского карнавала, в моем доме имелся еще один союзник. Щепетильный мышоур терпеливо дождался вынужденного перерыва в моих утренних занятиях и прислал сообщение: «Нужен горшок с лианой. Лучше два».
Возразить мне по большому счету было нечего, и я с тихим вздохом направился к рабочему столу в кабинете, но на полдороги замер. А зачем, спрашивается, так извращаться? Уверен, что именно Вера Павловна снабдила всех соседей горшками с праздничной лианой. Так что я вместо захода на торговую площадку в интернете взялся за телефон и начал пояснять соседке, что именно мне нужно. Тик-так не стал дожидаться конца разговора и тут же убежал вверх по лестнице к чердаку. Я же выбросил из головы ненужные мысли, спустился в подвал и занялся тренировкой с силовым щитом.
– Ох, как же просто все раньше было, – вздохнул я, натягивая на себя амуницию, состоявшую из шлема с укрепленным прозрачным забралом и некоего подобия броника.
Когда покупал жилет, специально выбрал модель с неким подобием гульфика. Я бы вообще оделся в полную броню, но тут уж тренировка может потерять половину своей эффективности. Агрегат для отстрела тренировочных пуль остался тот же. Бисквит исправил баг, который делал из программы злобного хохмиста, норовящего влепить пулю в мягкое место подопечного. Впрочем, подлость этой машинки не уменьшилась, как бы не наоборот. Еще в подвале появилась парочка деревянных щитов, за которыми я мог укрываться в случае необходимости.
Пару раз присев и повернув корпус, я понял, что мне ничего не мешает, и с печальным вздохом покосился на свои не прикрытые защитой ноги. На бедрах еще полностью не сошли старые синяки. Пока сомнения не начали брать верх, я тут же вытащил из памяти перестрелку в ирландском анклаве человейника. Все трусливые мыслишки унеслись вдаль. Работа у меня неспокойная, а синяки всяко лучше, чем дырки от пуль, несмотря на все способности женевских лекарей.
– Начали! – громко скомандовал я и тут же запустил щит.
Светлячок весело заскакал внутри силового поля, немного сбивая концентрацию и самую малость испортив обзор. Впрочем, я уже привык, к тому же пользы от него было во сто крат больше, чем неудобств. Стрелковая машина угрожающе загудела, и тут же по ушам ударил грохот выстрелов. Это уже давно не пневматика, стреляющая теннисными шарами. Даже резиновые пули имели стальной сердечник для утяжеления. Сочетая движений в полуприседе с наклонами и изменениями формы силового поля, я двинулся навстречу стреляющему агрегату. Когда возникла пауза, имитирующая смену или перезарядку оружия соперника, я вместо того, чтобы, как прежде, сдвигать всю плоскость щита для выстрела, усилием воли создал в нем узкую щель и пальнул в круглую мишень сквозь открывшийся проем. Два выстрела, и тут же возвращение силового поля в прежнее состояние. Через мгновение на месте недавней прорехи расцвели вспышки двух попаданий.
Все же надо снова поговорить с Бисквитом. Программный тролль после его исправлений почему-то стал еще злобнее. Едва уловимое чувство дало мне понять, что прочность щита на исходе, и я сумел нырнуть за деревянную преграду за мгновение до того, как он раскололся со стеклянным звоном. Живой силы у меня было еще на три таких же плетения, так что я продолжил тренировку.
Как обычно, после таких нагрузок поход в душевую приносил необычайное наслаждение. Так что все эти усилия стоили того. Причем не только из-за возможной помощи в предстоящих неприятностях, но и чисто ради вот таких простых удовольствий.
Когда наконец-то выбрался из душа и уже обдумывал, что бы такого приготовить на завтрак, заметил, что стоящий на столике у раковины телефон призывно мигает лампочкой, сигнализируя о пропущенном вызове. Странно, конечно, вроде не имею привычки петь в душевой, а довольно громкий сигнал пропустил.
Активировав смартфон, я увидел, что это звонил Майкл. Так как пауза была минимальной, итальянец тут же ответил на мой вызов.
– Здравствуйте, Майкл. У вас ко мне какое-то дело?
– Почему сразу дело? – наигранно обиделся в итальянец. – Наоборот, хочу пригласить вас на открытие выставки одного известного мастера.
– Он способен создавать картины с сущностью? – тут же возбудился я, не желая упускать шанс наконец-то познакомиться с кем-то из гениев, но был жестоко обломан.
– Художник не самый выдающийся. В его картинах даже энергии творения не так уж много накапливается, но он очень популярен из-за своей эксцентричности и собирает на своих выставках полезную публику. Хочу познакомить вас с парочкой коллекционеров. Поверьте, вам это пригодится.
– Ну, не знаю, – замялся я как красна девица.
Итальянец тут же отреагировал, причем явно сдерживая раздражение:
– В чем дело, Назарий?
– Просто не хотелось бы опять вляпаться неприятности, как в прошлый раз. Тогда меня ваша манерная публика приняла не очень-то хорошо.
Теперь мой собеседник сдерживал смешок:
– А чего вы хотели? У вас на родине вроде говорят, что встречают по одежке. Вот вас и встретили.
– Все так плохо?
– Нет, вполне приемлемо, но взгляд цепляется. Позволю себе предложить вам услуги знакомого мастера. Цены доступные, к тому же сможете там быстро подогнать что-то из готового костюма к этому вечеру. И советую заказать еще несколько. В общем, жду вас к началу выставки. Адреса сброшу по почте.
Ну вот что ты будешь делать с этими снобами? Видно же, что мужик сдерживается и старается вести себя со мной максимально мягко, но все равно проскальзывает пренебрежение, которое, в свою очередь, вызывает во мне тоже не совсем адекватные реакции. Нужно работать над собой, ну, и свои старые потуги дизайнера, скорее всего, придется сбрасывать в мусорную корзину.
Прости, Заряна, но теперь я к тебе пойду только за повседневкой и одежкой для экстренных случаев.
Сразу скажу, что замечание итальянца по поводу доступности цен я воспринял настороженно. Знаю я их «доступное», как бы вообще без запасов не остаться. Впрочем, не все так печально, потому что тут же вспомнил о гонораре от эльфа, оставленном на столе в гостиной. Не думаю, что там так мало, чтобы я не смог позволить себя парочку костюмов.
Как оказалось, заплатил ушастый в элькоинах, которые я лучше припрячу в сейф, а с портным рассчитаюсь из своих старых запасов.
