замолчали, обдумывая сказанное, Иллка сказала:
- Надо одеться так, как городские обычно одеваются. Хотя бы тем, кто в кабинах. Тогда у нас опять неожиданность для упырей будет. Пока они сообразят, что мы не такие как они.
- Дело говоришь, - согласились все.
На этом предложении решили и остановиться. Подготовились, а после заняли места, и машины двинулись в путь.
Иллку начал охватывать страх предстоящего боя. Она убила Букерош и упыря, убила очень просто, но эта легкость имела и обратную сторону. Ее также просто могли убить в ответ. И это пугало: почему-то именно теперь, после неожиданного первоначального успеха, ей очень сильно захотелось жить, захотелось снова обнять детей. Она постаралась выбросить эти мысли из головы: убив упырей в гостинице, они перешли грань, так что теперь кровососы не просто отправят их на ферму, с которой имелся призрачный шанс вернуться, нет, кровососы их убьют, так что идея Замира о заложниках вполне здравая. Упыри не станут рисковать своими собратьями, может, тогда у нее и остальных получится выторговать себе жизнь.
Она осмотрелась: ее спутники занимались оружием и броней, но все это делалось молча. Лица у всех серьезныеи какие-то хмурые. Башким тоже распределял по накладным карманам бронежилета магазины к винтовке.
Сорок минут до фермы пролетели просто мгновенно. Ферма стояла в стороне от трассы на расстоянии чуть больше километра, и к ней вела прекрасно отремонтированная дорога, на момент их появления абсолютно пустая, что не могло не радовавть. Иллка прицепила к пистолету ремень и перекинула его через плечо: так ей показалось удобнее. Скендер одобрительно хмыкнул и помог отрегулировать длину ремня, чтобы он не мешал при прицеливании. Этот парень оказался просто кладезем информации об оружии, хотя некоторые образцы из арсенала даже ему показались незнакомыми.
Из кабины водителя донесся стук — сигнал быть готовыми. Иллка взалась за рукоятку пистолет-пулемета и приготовилась к тому, что скоро начнется стрельба. Через окно было видно, что грузовик уже проехал ворота фермы: забор из сетки опоясывал ее территорию. Машина остановилась, Башким открыл дверь фургона, и они начали быстро выбираться наружу. Иллка шла последней. Она только успела подойти к выходу, как услышала автоматную очередь, потом еще одну, а затем — крики радости на албанском. И приглушенные крики раненых.
Спуститься ей никто не помог, все ринулись куда-то вперед, а она в бронежилете двигалась намного медленнее, чем обычно, так что успела только к финалу.
Перед одноэтажным зданием из серых бетонных плит лежали семь упырей с простреленными ногами, а Замир и несколько ее спутников отбирали у них оружие. На упырях была темно-синяя униформа: не солдаты и не полиция. Иллка прижалась к кабине первого грузовика, думая о том, что сейчас удача все же закончится и из небольших окон здания фермы по ним начнут стрелять, но ничего подобного не происходило. Дефрим,Башким и Ринор с винтовками наизготовку забежали в строение, Замир попытался вернуть Дефрима, но тот либо уже был мертв, либо ушел слишком далеко.
Иллка подошла поближе к раненым упырям: на нарукавных знаках у них было по-английски написано: «Служба контроля». Ее удивил факт того, что все они выглядели если не стариками, то уж точно не молодыми людьми. Не меньше пятидесяти, хотя, скорее всего старше, так как горожане всегда казались моложе своих лет. Не все, но большинство.
Замир со счастливой улыбкой крикнул:
- Аллах опять помогает нам. Он любит нас.
- Не спугни удачу, - начал возражать Фламер.
- Какая удача, брат? Это Аллах помогает своим воинам. Неверные не смогут причинить нам вред.
Иллка смотрела, как из простреленных ног охранников вытекает кровь. Это зрелище ее заворожило, но через пару секунд пришло озарение, что из некоторых кровь не просто течет, а рвется наружу тела очень напористо:
- Замир, им нужно сделать перевязку - иначе придется искать новых заложников.
Глава 18
Глава 18.
Митчелл распорядился, чтобы проверки на КПП Периметра не было, так что автобус пролетел мимо армейского патруля на полной скорости. По двум выделенным полосам трассы двигались в обес стороны грузовики на электродвигателях с контактными антеннами. Две другие полосы использовались для обычного транспорта.
Ричардсону влили треть обычной дозы, и он воспрял духом. Кровотечение прекратилось, глаза прояснились, он даже попытался развязаться, но сил не хватило. Однако Виктор понимал, что скоро эффект прекратится, и тогда все может стать гораздо хуже. Миклош сказал:
- Солано, ты не хочешь поменяться?
- Хочу, - ответил Виктор. - Сейчас остановимся, ублюдкам дадим поссать и поменяемся.
Он нашел удобный карман и повернул к нему. Ему хотелось спать и курить. Он начал со второго. В пачке осталось всего семь сигарет. Виктор с печалью посмотрел на них — магазинов впереди не ожидалось. Сонины по одному начали выводить пленников из машины. Макензи попытался заговорить:
- Верните нас, и все закончится.
- Заткнись, - Януш тряхнул его за плечо, и тот испуганно вздрогнул. Когда вывели девушку, то Виктор отвернулся: она хоть и убийца, но и смотреть, как она облегчается он не хотел. В очередной раз в голову пришла мысль: «А можно ли было поступить по-другому? Без стрельбы, без заложников?» Но, учитывая, что на него начали атаку, даже не пытаясь договориться, то ответ являлся очевидным: нет.
Он докурил и залез в салон, Миклош сел за руль. Ричардсону стало хуже: ублюдок побледнел и трясся словно в лихорадке. Виктор внимательно посмотрел на него: открытых ран не было, даже разбитая голова не могла являться причиной. Скорее всего, он повредил печень или почки, когда избивал его.
- Он может не дотянуть до Врат, нам еще часа три туда ехать. Если не будет сюрпризов. Что можно сделать, Януш?
- Дадим еще крови.
- Я не медик, но эффект временный, и как бы он от стимуляции быстрее не загнулся.
- Тогда нужен доктор. Только не надо просить об этом Митчелла.
- А на этой трассе есть медпункты или что-то подобное? - Виктор никогда не покидал Урошевац, кроме двух экскурсионных поездок в детстве: в Кэмп-Бондстил и на Станцию, так что совершенно не ориентировался в пространстве вне города.
- Нет, но через час будет
