class="v">Себе поросенка должны мы взять,
А князю мы вепря отдать должны!
V
Вот время пришло, и о пятой луне
Кузнечика стрекот послышался мне...
В шестую луну донеслось до меня,
Как крылья стрекоз задрожали, звеня.
В седьмую — мы в поле сверчка найдем,
В восьмую — сверчок уже здесь, под крышей,
В девятую он заползает в дом,
В десятую — он под постелью слышен!
В доме замазывать щели пора,
Выкурить дымом мышей со двора!
Крепко закрыто на север окно,
Глиной обмазаны двери давно.
Жены и дети, мы вас зовем:
Год изменился, пришли холода,
В дом свой войдите, живите в нем.
VI
В шестую луну отведать мы рады
Багряные сливы и гроздь винограда.
В седьмую отведать бобы на пару,
В восьмую луну я жужубы сберу.
Мы рис собираем десятой луной —
К весне приготовим хмельное вино,
Чтоб старцев почтенных с седыми бровями
На долгие годы бодрило оно.
Седьмая луна — стала тыква вкусна,
В восьмую горлянки срезает жена,
Девятой луною кунжутные зерна
И горькие травы собрала она.
В запас нарубила и сучьев и дров —
Обед для крестьянина будет готов!
VII
Девятой луною мы ток расчищаем,
В моем огороде прибита земля;
Десятой луной урожай убираем:
Здесь просо, пшеница, бобы, конопля.
Супругу жена говорит своему:
"О муж мой, мы всю нашу жатву собрали.
Работа нас ждет в нашем зимнем дому —
Сбираться в селение нам не пора ли?".
Сбираем мы травы осенние днем,
А ночью глубокой — веревки совьем.
Лишь кровлю поправить успел я — опять
Пора и весенний посев починать!
VIII
Лед бьем мы со звоном — вторая луна.
Им в третью широкая яма полна,
И утром в четвертой, как жертву зимы,
Чеснок и барашка приносим мы!
В девятой — вновь иней на травах жесток,
Десятой луной расчищаем мы ток...
У нас на пиру два кувшина с вином.
Овцу и барашка мы князю снесем.
Рога носорога полны вина,
Поднимем их выше и выпьем до дна,
Чтоб жизнь ваша, князь, длилась тысячи лет
И чтоб никогда не кончалась она!
Примечания переводчика
Царство Бинь — название территории (современная область Биньчжоу в провинции Шэньси), занимаемой племенем чжоу до его вторжения в XII в. до н.э. на восток и создания царства Чжоу. Песни, собранные в настоящей главе, приписываются князю Чжоу (Чжоу-гуну), регенту царства и опекуну юного царя Чэна (1115-1078 гг. до н.э.). Первая из них воссоздает порядок хозяйственных работ и нравы народа, которые он наблюдал в Бинь. Отсюда и название главы.
Звезда огня — Антар в созвездии Скорпиона.
А детям теперь и каждой жене — Комментаторская традиция понимает эту фразу так: [я] с моей женой и детьми ношу пищу на южные пашни. Чжу Си не объясняет слова "тун", но поясняет всю фразу так: "Старые вели жен и детей и доставляли пищу на поля". Совершенно очевидно, что Чжу Си из двух главнейших значений этого слова — "вместе с" — "и" — "все [вместе]" — выбрал первое. Б. Карлгрен совершенно справедливо замечает, что ношение пищи было исключительно делом женщин и детей, но не мужчин, и предлагает для слова "тун" взять значение "все". Тогда точный перевод будет: все наши жены и дети и т. д. Мы не нашли в "Шицзине" примера, где бы знак "тун" стоял в значении "все" на первом месте, но такие примеры есть у Мэн-цзы и в комментарии Цзо, близких по времени к эпохе "Шицзина". Мы поэтому предпочли и отразили в своем переводе версию Карлгрена.
Источник: "Шицзин", 1957, стр. 183
2. О ты, сова ("О ты, сова, ты, хищная сова...")
О ты, сова, ты, хищная сова,
Птенца похитила, жадна и зла!
Не разрушай гнезда, что я свила.
С трудом, с любовью я вскормила их,
Моих птенцов, — так пожалей же их!
Пока не скрылся в тучах небосвод,
Кору с корней древесных птица рвет.
Я вью гнездо, сплела из веток вход...
Ужели ты, живущий там, внизу,
Меня посмеешь обижать, народ?
Когтями я рвала траву кругом,
Изодран клюв мой жестким тростником
И всем, что я сбирала, — и потом
Мой клюв был в ранах весь!
Но что мне в том, —
Сказала я, — коль не готов мой дом?
Иссякла мощь моих разбитых крыл,
И хвост ослаб — он весь изломан был.
Гнездо в беде; бороться нету сил;
И дождь хлестал его и ветер бил...
Стал голос мой тревожен и уныл.
Примечания переводчика
Царство Бинь — название территории (современная область Биньчжоу в провинции Шэньси), занимаемой племенем чжоу до его вторжения в XII в. до н.э. на восток и создания царства Чжоу. Песни, собранные в настоящей главе, приписываются князю Чжоу (Чжоу-гуну), регенту царства и опекуну юного царя Чэна (1115-1078 гг. до н.э.). Первая из них воссоздает порядок хозяйственных работ и нравы народа, которые он наблюдал в Бинь. Отсюда и название главы.
Источник: "Шицзин", 1987
3. Возвращение из похода ("Мы ходили походом к восточным горам...")
Мы ходили походом к восточным горам,
Долго, долго мы пробыли там.
И обратно с востока нам время идти —
Мелкий дождь нас мочил по пути.
Но с востока на запад при слове "назад"
Устремились все мысли солдат —
Там сошьют земледельцу привычный наряд,
Рот не сжат, не поставят нас в ряд.
Только черви простые теперь поползли
На полях у моих шелковиц...
И одни мы ночуем от близких вдали
Под покровом своих колесниц.
Мы ходили походом к восточным горам,
