Но Далтон хотел большего, и подняв голову, он посмотрел ей в глаза, видя, что в них плещется похоть, как и в его. Не говоря ни слова, он стянул платье с ее плеч и спустил вниз по бедрам так, что оно приземлилось у ее ног, обутых в сапоги. Он сразу же принял решение не снимать их с нее. Опустившись вниз, он оказался на одном уровне с красными стрингами. Черт, ему нравилась эта вещица. Стянув тонкий кусочек кружева с ее ног, он отбросил его в сторону.
Что такого было в ней здесь, в этом местечке, больше не скрываемом стрингами, что наполнило его потребностью, подобной которой он никогда раньше не испытывал? Он хотел Джулс так сильно, что у него чуть не подкосились колени. Целая неделя без нее стала сплошной мукой. Как он мог пристраститься к кому бы то ни было, особенно к этой женщине? Мысль о том, что любая женщина может буквально поставить его на колени, разрывала его изнутри. Но не настолько, чтобы попытаться освободиться от чар, которые она на него наложила.
Схватив ее за бедра, он скользнул языком внутрь, погружаясь в нее глубоко, намертво впиваясь в ее женственный холмик. Что заставило его так сильно ее хотеть? Что? Ее вкус? Или то, насколько идеально ее тело подходило ему, когда они занимались любовью? И когда он начал думать, что секс с женщиной имеет какое-то отношение к любви? Но Далтон закрыл глаза, решив больше не думать об этом, он просто хочет наслаждаться, наслаждаться ею так, как никогда не наслаждался ни одной женщиной. Он застонал, продолжая ласкать ее языком, лизать и пробовать на вкус, словно не мог насытиться.
И когда почувствовал, как начали дрожать ее бедра, как сильно она впилась пальцами ему в голову, и услышал первый звук, предвещающий, что она сейчас кончит, Далтон вжался к нее еще сильнее, просовывая язык глубже и совершая им круговые движения против точки G, пока Джклс не выкрикнула его имя. Снова и снова.
— Далтон...
Почувствовав, как последняя судорога покинула ее тело, он оторвался от нее и встал, поднимая Джулс на руки. Она нужна была ему в его постели. Немедленно.
Пройдя через гостиную, Далтон быстро направился в спальню и рухнул на кровать вместе с Джулс, только чтобы снова вскочить и начать срывать с себя одежду, глядя на нее сверху вниз. А она лежала, глядя на него в ответ: упругие груди с заостренными сосками, которые он любил лизать, пупок, который он любил целовать, и местечко между бедер, которое он любил пробовать на вкус. И голая, если не считать сапог.
— Вижу, ты готов, — сказала она после того, как он снял брюки и трусы.
Да, он был готов, и его эрекция говорила сама за себя.
— Для тебя, всегда.
Далтон поджал губы от только что вырвавшихся слов. Никакого «всегда», ни с одной женщиной, никогда. Почему с Джулс все было по-другому? В тот момент он не был уверен — просто знал, что она была другой. Единственное, в чем он был уверен, что должен проникнуть в нее. Член пульсировал не только ожидая разрядки, но и ее. Он полез в тумбочку и вытащил упаковку презервативов. Под ее пристальным взглядом, он открыл один зубами и надел на себя.
Когда Джулс потянулась к сапогам, чтобы их снять, Далтон хрипло произнес:
— Оставь их. — Не сводя с нее глаз, он подошел ближе к кровати. — Хочу взять тебя сзади, Джулс.
Не говоря ни слова, она изменила позу и повернулась, подставив ему свой зад. «Боже милостивый». Далтон присоединился к ней на кровати, схватил ее за бедра и с силой толкнулся в нее, одним движением войдя по самое основание. Он зарычал и запрокинул голову назад, чувствуя, как мышцы шеи почти лопаются. Он начал двигаться, быстрыми и сильным толчками, крепко удерживая ее за бедра. Звук шлепков плоти о плоть и ощущение, когда его яички, ударялись о ее зад, заставляли его сходить с ума, но он отказывался переступать через грань без нее.
Он почувствовал первые признаки ее оргазма, когда ее ягодицы начали дрожать, и она взорвалась, как вулкан, но Далтон продолжал вбиваться в нее, пока она выкрикивала его имя, высвобождая ту же сдерживаемую страсть, что сдерживал и он всю прошлую неделю.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
А затем его тело вспыхнуло, пронзая ощущениями, которые, казалось, разрывали его на части, заставляя сердце биться, как никогда раньше. Словно впервые в жизни он обрел то, что принадлежало... ему.
Он отодвинул эту мысль на задний план, не готовый сейчас иметь с ней дело. В отношении женщин Далтон не проявлял собственнических чувств. Он не...
— Далтон...
Она прошептала его имя, прорываясь сквозь тучи, окутавшие его разум. Он повернул Джулс к себе, и при виде нее почувствовал, как сердце забилось еще сильнее. И вот тогда он наклонился, обхватил ее лицо ладонями, прошептал ее имя и поцеловал. Жестко. Он нуждался в этом поцелуе так же, как раньше нуждался в единении их тел. Ему следовало бы восстановить контроль, но в данный момент все, что он мог сделать, — это продолжать терять его. Он разберется с причиной этого позже. Сейчас ему было нужно другое.
Ему была нужна она.
Глава 31
Джулс толкнула Далтона локтем, чтобы тот проснулся, и посмотрела на него сверху вниз.
— Что у нас на завтрак?
Он медленно открыл один сонный глаз, затем второй, прежде чем уставился на нее, как на привидение.
— Джулс?
— Да, предпочитаю, чтобы меня звали именно так, — ответила она, оглядывая его спальню. — Милое местечко, Далтон, хотя тебе следует подумать о том, чтобы повесить больше картин. — Она снова посмотрела на него. — Итак, что у нас на завтрак?
Он провел ладонью по лицу.
— Ты осталась на ночь?
Она подумала, что это глупый вопрос.
— Нет, пришла этим утром голой. Стоунуолл меня впустил, и я обнаружила тебя обнаженным в постели и несколько открытых пакетиков от презервативов на тумбочке. Похоже, ночка у тебя была бурная.
— Всезнайка, — пробормотал он.
— Что ты сказал? — спросила она, наклоняясь к нему, ее волосы упали ему на лицо. — Не мог бы ты повторить? Уверена, что неправильно расслышала то, что ты только что сказал.
Внезапно Далтон протянул руку и обхватил ее за талию, перевернул на спину, а затем навис над ней. Теперь уже он смотрел на нее сверху вниз.
— Разве я приглашал тебя остаться вчера вечером? — спросил он, будто сама мысль о подобном была ему чужда.
— Нет, я сама тебе навязалась. Спрятала свою одежду и заперла нас здесь.
— Джулс... не играй со мной, — сказал он предупреждающим тоном, наклоняясь к ней.
Она пристально посмотрела ему в лицо. Хотя вид у него все еще был сонный, его челюсть сжалась, а взгляд превратился в сталь. Что, черт возьми, с ним не так? Джулс слышала о тех, кто с утра вставал не с той ноги, но это как-то нелепо. Она оттолкнула его от себя, не заботясь, что он чуть не свалился с кровати.
— А ты не играй со мной, — парировала она тем же предупреждающим тоном.
Подтянувшись, она откинула волосы с лица и пристально посмотрела на него.
— Что с тобой не так, Далтон? — огрызнулась она.
Он провел ладонью по лицу.
— Ничего. — Ее вопрос, казалось, вывел его из того брюзгливого настроения, в котором он пребывал. — Просто дело в том, что...
Когда он не закончил начатое, Джулс придвинулась к нему ближе.
— В чем?
— Я к такому не привык.
— К чему не привык?
Он пожал плечами.
— Проснуться и обнаружить в своей постели женщину.
Глаза Джулс сузились.
— Только чтобы прояснить ситуацию, ты меня здесь не обнаружил, ты затащил меня сюда. В свою постель. Кожаные сапоги и все такое. И за исключением тех нескольких раз, когда я требовала перерыва, чтобы отлучиться в туалет, ты в значительной степени удерживал меня здесь.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Тебе обязательно быть такой чертовски дерзкой? — Его голос скорее походил на рычание.
— А тебе обязательно быть таким чертовски высокомерным?
Посмотрев ему в глаза, Джулс увидела угрюмость и замешательство. А еще нервозность. Сильный дискомфорт. Почему?
