Тим отпустил меня, и повернулся к своему брату. Сейчас, когда они стояли рядом друг с другом, тяжело было сказать, что у них есть разница в возрасте. Близнецы. Божее, как можно быть такими одинаковыми?
Смотрели друг другу в глаза, будто немо общаясь. Мне даже стало неловко. Показалась, что я рядом с ними, лишняя. После их общения глазами, Руслан произнес расслабленно:
— Отправь только сразу машину. Мне вот вообще не в прикол без нее. Хотя думаю, без колес я не останусь. — и посмотрел на мой автомобиль.
Это чего он? Он что, снова хочет лишить меня машины? Свела брови к переносице.
Тим кивнул, и оглянулся на меня насмешливо. Индюк!
— На связи. Бывай. — вот и все их прощание. Если не считать их рукопожатия.
Эх… Это мы девчонки разводим сырость. Я вот даже не удивлюсь, если от их прощания, разревусь. Руслан посмотрел на меня насмешливо, поняв мое состояние.
— Не забудь, про тачку. Сразу же! Завтра! — кинул этот бесчувственный вслед брату. Тот кивнув головой, сел в теплый салон авто. Задние фары загорелись, тихо заурчал двигатель. Машина сорвалась с места скрываясь в темноте.
Мы остались одни. Посмотрела на него, и за весь вечер улыбнулась ему устало. Приблизившись ко мне, навис надо мной припечатывая строгим взглядом. Давя своей властностью, авторитетом. Да уж, Алина… И вот этого, ты вчера считала беззаботным мальчишкой? Смешно…
— Если блядь я еще раз увижу, что ты так ездишь. Я заберу твою тачку! И мне вообще будет похуй, что ты или твой папа мне скажут! Поняла меня?
— А как я езжу? Я тебя пыталась нагнать, ненормальный! — Вот, что он за человек?! Дернула рукой в попытке освободиться.
— Алина! Ты меня услышала? Я тебе пару часов назад сказал, что я остановился. Жду тебя. Какого черта ты несешься сломя голову? Еще такая погода! — я даже спорить с ним не хотела. Он как папа мой. Не говоря ни слова обхватила его за талию, и прижалась щекой к его груди.
— Ну, все. Не ругайся… — жалобно протянула. Услышала тяжелый вздох, и через секунду меня укутал его аромат. Завернул меня в свои объятия и поцеловал в макушку. Его фетиш. Улыбнулась уголками губ, и услышала хриплое:
— Поехали обратно. Ключи давай. — сказал как, отрезал. Закатила глаза, но он этого не видел. Вот же упертый баран!
С печальным лицом протянула ему связку. Черные глаза заискрились смехом от моего вида. Наклонился, так чтоб глаза были на одном уровне и прошептал:
— Привет, девочка моя… — улыбка расползлась по лицу. Ну вот, как он умеет одной фразой выбить дух?
— Привет — улыбка уже была откровенно до ушей.
Повел носом по лицу, как животное обнюхивая. Как будто давно не видел. Пытается вспомнить вкус, запах. Первый поцелуй пришелся в кончик носа, после в губы. Просто нежный как перышко, прикосновение до губ. Схватилась одной рукой за него. Собирая ткань толстовки в кулак. Оторвался от меня смотря то на руку, то кидая взгляд на меня. Насмешливый. Выгибает бровь, будто спрашивая: ты ли это?
Пожала плечами и хрипло произнесла:
— Я вроде призналась. — глаза моментально потемнели. Снова наклонился и по варварски вгрызся зубами в здоровую щеку, оттягивая ее.
— Поехали, Лин… — рыкнул на взводе. Кивнула ему, и мы развернулись к машине.
Разлепила глаза и повернулась к нему. Соприкоснулись носами. Я даже не удивлена, наверно начинаю привыкать.
— Не заметила, как уснула. Который час? — смотрим друг друга в глаза, но он кажется не собирается отвечать.
Смотрит не отрываясь, хочет уловить каждую эмоцию. Одной рукой прошелся по моей ноге. То сжимая, то расслабляя. По бедру, и под толстовку, по голой коже. Ведет наверх, и его грудная клетка ходуном вздымается. Добрался до лифа, и кадык на горле дернулся. Приподнял пальцами немного пробираясь, и голову на бок.
— Пошли!
Я вообще ничего не соображала. Только выйдя с машины и идя за ним поняла, что он меня не ко мне привез. Будто почувствовав мое малейшее сомнение, молча взял за руку сплетая между собой пальцы.
Зайдя в лифт нажал на нужный этаж, и повернулся ко мне. Загнал в угол закрывая своим телом. Поднял наши сплетенные руки, и смотря мне в глаза каждый мой палец начал целовать.
Он опять издевается… Изводит меня. Неужели он не понимает, как действуют на меня его взгляды? Эти жесты? Они пропитаны такой энергией, такой мощью, что даже мне становиться не по себе. Порой меня сбивает с ног.
Наклонился к моему уху прикусывая мочку. От наслаждения закатила глаза, и протяжно застонала. Освободился от моей руки, но уже в следующую секунду сжал за попу, и закинул к себе на руки. Обхватила его ногами и руками обнимая. Вдавил в стену лифта накидываясь на рот, просовывая язык. Задыхался загнанно. Вдавливал в меня свое возбуждения. Сжал пальцами бедра, и медленно начал водить по стволу.
Услышала звон лифта, который извещал о прибытие. Хотела оторваться, но не дал. Рукой удерживал за затылок, не давая отклониться от него.
Пока выходил с лифта, открывал дверь квартиры, ни разу не оторвался от меня. Как будто мало ему. Сожрать хочет. Выпить всю.
Услышав шум захлопывающейся двери, осознала, что мы тут с ним наедине. Только он и я. С ним, в одной квартире. С ним, с возбужденным до краев. После того, как призналась в чувствах.
Это плохо… Очень плохо…
Глава 24
Услышав шум захлопывающейся двери, осознала, что мы тут с ним наедине. Только он и я. С ним в одной квартире. С ним, с возбужденным до краев. После того, как призналась в чувствах.
Это плохо… Очень плохо…
В тишине темной квартиры было слышно мерное тиканье часов, и наш шелест. Обнимала его крепко, оторваться не могла, не хотела. Но понимала, если сейчас не вырвусь с его объятий, не приду в себя, то уже не остановимся. Перешагнем последнюю грань. А мы ведь… Мы ведь знаем друг друга только неделю. Сжала его сильнее, говоря себе: «Еще совсем чуть-чуть… Еще совсем чуточку, хочу насладиться».
— Рууус — протянула еле слышно. Но в ответ ничего не услышала. Чего и требовалось ожидать.
Жадными губами водит по шее, переходя на челюсть, скулы. Пытается захватить побольше кожи. Подобрался к губам и смотрит загнанно на них. Дышит рвано.
Я… Слабая… Не могу, не смогу остановить его. Промямлила снова. Попыталась чтоб услышал.
— Руслааан — протянула, и пальцами повела очерчивая по его бровям, скулам.
Очнулся от прикосновения. Взглянул затуманенными глазами на меня, и ничего не понимает. В них голод бешеный. Не понимает, позвала я его, или ему это мерещиться.
А у меня, от реакции его, все тело будоражит. Чувствую, как между ног усиливается жар. Накрывает с головой. Ворвался мощно, до упора, языком в мой рот. Целует с озверением. Кусает губы. Звуки поцелуя возбуждают, щекочут нервы.
Все! Пора…
Уперлась руками в мощные плечи, пытаясь остановить, отодвинуть его. С остервенением прижал к себе сильнее, выбивая дух из меня. Господи, он сумасшедший! С трудом оторвалась и пискнула ему в лицо.
— Да, подожди ты! Слышишь? — нет! Ничего не разбирает… Поэтому пришлось громко. Отчетливо!
— Руслан! — застыл. Не шевелиться. Тело подрагивает, неровным дыханием опаляет мою щеку. Сделал пару шагов, и вдавил меня спиной грубо в стену. Приблизился к уху, и спустя секунды сквозь зубы:
— Что ты делаешь со мной? — зажмурила глаза боясь его реакции.
Я не знаю к чему он привык, но я так не могу. Сразу! И эта реакция не здоровая, пугает. В такие моменты, рядом с ним становиться не по себе. Судорожно сглотнула и трусливо промолвила:
— Я… Я пить очень хочу… — затаили оба дыхание после сказанного. Он меня сейчас прихлопнет как муху! Алина, ты могла что-то по лучше придумать?!
Скинул грубо меня с себя. А вот это, было обидно! Ни секунды на меня не смотря двинулся в противоположную сторону. Дерганный! Прикрыла глаза от облегчения. Так правильно. Я все сделала правильно.
