Но инженер не успокаивался. Тяжело переваливаясь на ходу, всё ещё бурно втягивая воздух после непривычного для него бега, он пошёл куда-то дальше, и в его сознании отчётливо читалась простая мысль расправиться с Рукинаром, а не просто задержать его на десяток минут. Но и цахор прочитал это намерение инженера.
— Берегись! — закричал Лотар, но было поздно. Цахор небрежно, но очень уверенно выбросил кисть, и в спину инженера вонзилась метательная стрелка. Он упал вперёд, словно от толчка, и негромко застонал.
— Рукинар! — закричал Лотар, стараясь, чтобы цахор обратил на него внимание.
Цахор вздрогнул, и второй бросок оказался неточным. Но цахор лишь стал прямее, решётка лишала любое внимание к Лотару всякого смысла, и достал следующую стрелу. Тогда инженер вдруг подтянулся вперёд на руках и попытался подняться на колени… хотя бы на колени.
Такое упорство показалось странным даже цахору, он прицелился тщательнее, взмахнул всей рукой… Ударом стрелки, брошенной таким образом, обычному нетренированному человеку Рукинар сломал бы позвоночник — Лотар отчётливо прочитал эту мысль в сознании цахора. Стрела уже понеслась вперёд, когда инженер всё-таки дотянулся и обхватил ладонью рычаг, торчащий из стены.
Стрела воткнулась в основание черепа, пробила его и засела в кости и мозге. Вафраш умер мгновенно. Но его рука стиснула рычаг изо всей силы, и Лотар знал, какими бывают эти захваты внезапно умерших людей. Тело инженера съехало вниз, рычаг дрогнул и опустился…
И вдруг каменный потолок, сделанный из монолитного блока, дрогнул и пополз вниз. Фигурные пазы колонн оказались не пазами, а направляющими, а сами колонны — стояками гигантского пресса. И когда они успели соорудить эту ловушку?
Рукинар понял, что проиграл. Он бросился к решётке, рванул её, но она была очень прочной. Он взмахнул мечом, ещё раз, ещё… Решётка зазвенела, но не поддалась. Это было кованое железо, тут даже меч цахора оказывался почти бессильным. Потолок опускался. Скоро он опустился так низко, что Рукинар уже не мог замахиваться через верх. Потом он опустился ещё ниже, теперь цахор упёрся в него руками, поднатужился… Но куда там! Вафраш постарался на совесть. Этот пресс вполне мог бы дробить целые скалы.
Внезапно в прессе что-то заскрипело, забулькало, но камень всё-таки прошёл трудный участок и надавил на Рукинара. Тот уже стоял на коленях, но всё ещё пытался упереться получше… Потом ему пришлось лечь, он завыл, должно быть вывихнув плечи. Потом каменный монолит совсем опустился на площадочку под длинным и смешным портиком с лепными петухами и растительным орнаментом, как будто стоял тут всегда. Между брусчаткой и нижним его краем оставался зазор не больше двух дюймов. Рукинара можно было даже не сжигать.
Лотар оглянулся. За его спиной стояли Жилое и Скрепол. Жилое сказал:
— Кто бы мог подумать, что маленький инженер окажется таким отменным бойцом?
— К счастью для оставшихся оказался, — буркнул Скрепол.
— Да, — вздохнул Лотар, — он убрал больше цахоров, чем кто-либо другой из нас.
Вдруг над сигнальной башней снова раздался хлопок. И почти в тот же миг над башенкой детинца пронёсся грохот очередного разряда. Воя Киноза на этот раз Лотар не расслышал. То ли сил у него больше не осталось, то ли орал уже так тихо, что его голос вполне заглушали стены.
И в это мгновение в сознании Лотара отчётливо прозвучало сообщение Стака:
“Учитель, они послали на нас целый выводок очень искусных фантомов. Пока мы воевали с ними, они просто перебрались через стену в другом месте, теперь они в городе”.
“Ах, да. Есть ещё и эти. — Лотар и в самом деле почему-то забыл, что у ворот Стак должен был задержать ещё двоих. Но теперь он вспомнил. — Так, идём к вам, у нас всё в порядке. До нашего подхода в бой не вступать”.
Краем сознания он понял, что Стак даёт подтверждение, что понял, но теперь это было не важно. Потому что до ворот можно было добежать очень скоро. Что ни говори, а город, который они защищали, был ещё очень невелик.
Глава 26
К тому моменту, когда Лотар с учениками появился у ворот, с основной частью фантомов было уже покончено. Как всегда бывало в таких случаях, чем меньше их становилось, тем прозрачнее они делались. К тому же Сухмет сумел навести на фантомы морок, и их движения стали механическими, иногда даже лишёнными смысла. В общем, на них просто перестали обращать внимание.
Но тем более грозной казалась фигура настоящего Капюшона, который стоял в центре площади у ворот. Правда, что-то ещё творилось за его плечами, в довольно тёмном и тесном углу между домом для путников и конюшней, но там стояла такая плотная завеса магии, что Лотар даже и не пытался её пробить.
Перед неподвижным цахором, как лёгкие осенние листья, кружили орденцы со Стаком во главе. Без Лотара они ничего не предпринимали, хотя было видно, что ждать им надоело, тем более что цахору нужно было выиграть именно время, которое они сейчас теряли. Что это значило, как должны были повернуться обстоятельства, Лотар даже не пытался угадать.
Итак, они сошлись. Лотар, Стак, шестеро орденцев, из которых двое были девушками, и на заднем плане Сухмет. Старик усиленно наколдовывал что-то, Лотар чувствовал это всё более отчётливо. Рубос держался рядом с Сухметом, и это было очень хорошо, потому что грозный мирамец устал во время возни с фантомами, его рана открылась, и теперь он не был способен даже толком держать меч.
“Сухмет, — мысленно позвал Желтоголовый, — когда ты будешь готов?”
“Очень скоро, господин мой”.
“А что происходит у конюшни?”
“На это я не могу отвлекаться”.
В голосе восточника прозвучала такая усталость, что Лотар больше не стал отвлекать его от дела.
Колокольчики в сознании вдруг зазвенели громче. Цахор двинулся на орденцев, рявкнув низким, резким голосом с сильным горловым акцентом:
— Струсили, бараны? Я смотрю, вы и на воинов не похожи, странно, что до сих пор уцелели.
Самонадеянность противника была не самым проигрышным качеством для начала боя, поэтому Лотар сделал знак, и орденцы даже не стали окружать цахора, а чуть-чуть подались назад. Лотар сказал:
— Может, мы с главным договоримся и разойдёмся с миром?
Цахор сделал странное движение головой, словно пытался задрать подбородок.
— Я не позволю. Слишком много наших полегло. Вдруг Сухмету удалось сделать то, что он давно готовил, и все орденцы исчезли из видимого пространства. Это был примерно такой же трюк, которым когда-то давным-давно воспользовался Капис в Мираме, когда послал отряд наёмных убийц уничтожить Кнебергиша. Орденцы находились в том же месте, в том же пространстве, но в чуть сдвинутом времени и поэтому были не видны даже тренированному магическому глазу. И могли, безусловно, биться с противником, хотя это было нелегко и требовало определённой сноровки. Но орденцы, по-видимому, неплохо владели этим приёмом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
