слова и манера общения ввергли меня в замешательство.
Этот человек, владелец алхимической лавки, с длинными белыми волосами и острыми чертами лица, говорил о вас с явным пренебрежением, намекая на то, что вы не чтите свой супружеский долг. Я не могу понять, что могло вызвать такую неприязнь с его стороны, но его тон был крайне недопустимым. Более того, он осмелился прийти к нашему дому и попытался скомпрометировать меня перед прислугой.
Прошу вас принять меры, дабы оградить меня от навязчивого внимания этого мужчины. Иначе мне придется находиться в добровольном заточении в поместье, не имея возможности даже прогуляться по округе.
С надеждой на ваше понимание, Эвелин.”
Я сложила письмо вдвое и положила его в ящик почтовой шкатулки. Хотела набросать вдогонку еще одно письмо, чтобы попросить мне верить, но решила, что так я точно навлеку на себя подозрения. Лучше дождаться ответа. И я надеялась, что Джеспар предпочтет прислать ответ почтой, а не высказать его при личном присутствии.
15. Все тайное и явное
Какое-то время я сидела, гипнотизируя взглядом шкатулку. Конечно, вряд ли Джеспар сразу же пришлет ответ, но так у меня была хотя бы какая-то иллюзия контроля. Вздрогнула, когда в дверь раздался деликатный стук.
– Войдите.
В кабинет зашла Грейс. Остановилась у двери и прикрыла ее за собой.
– Дэйна Мортон, прошу простить меня за дерзость. – Теперь она выглядела смущенной. – Если позволите, я объяснюсь.
Уже уставшая от непонимания и странного поведения всех вокруг, я просто кивнула.
– Дэйн Мортон – благородный и великодушный человек. Я обязана ему жизнью, и хочу защитить его имя от пересудов и сплетен. И я надеюсь, что вы тоже не хотите, чтобы имя Мортонов полоскали как грязное белье. Поэтому прошу вас – сообщите обо всем дэйну! Если тот человек донимает вас, дэйн должен знать! Он непременно позаботится о вас.
– Я уже написала Джеспару. – Примирительно сказала я. – Грейс, я правда не понимаю, почему этот тип ко мне привязался. Я бы спросила тебя, если бы ты была из Лостейна. Но ведь вы с Софи не отсюда?
– Мы из Родрина, дэйна. – Она помялась и сцепила руки перед собой. – Быть может, вы сказали какое-то неосторожное слово, которое позволило ему…
– Я всего лишь делала покупки в его лавке. И я слежу за собой. – Чуть резче, чем нужно, ответила я. – Я не говорила ничего, что можно было бы трактовать в ином смысле.
– Простите, дэйна. И спасибо, что написали дэйну Мортону.
Она собиралась уйти, но я ее остановила.
– Грейс, когда ты сказала, что обязана дэйну Мортону жизнью, что ты имела в виду?
– Он спас меня от тюрьмы, дэйна. – Она тяжело вздохнула и добавила. – А возможно, что и от казни.
– Что произошло?
– Прежние хозяева обвинили меня в краже фамильных драгоценностей и покушении на жизнь их сына. Но это все была клевета! И дэйн Мортон смог доказать мою невиновность. А потом забрал меня к себе.
– Почему он это сделал?
– Потому что он не разделяет людей на богатых и бедных, дэйна. Ему важнее справедливость и порядок в Пределе.
Она ушла, а я долго еще сидела, переваривая услышанное. Благородный и справедливый дэйн Мортон. С одной стороны, это были те качества, которые я сама ценила в людях. Слишком уж редкие качества. А с другой – мои опасения, что Мортон отправит меня в тюрьму, если узнает, кто я такая, только подтвердились. Он печется о порядке на вверенных ему владениях, а значит, не посмотрит на то, что я его жена.
Ответ все-таки пришел, пока я была в кабинете. Всего три слова: “Ждите. Прибуду ночью”, а у меня по позвоночнику пробежал лед. Словно в этом обещании приехать была угроза.
Я убрала записку в карман и, чтобы хоть как-то отвлечься от дурного предчувствия, вернулась вниз к Лили. Грейс тоже была на кухне, и они вдвоем уже почти закончили нарезать тыквы.
Я принялась руководить готовкой, и втроем мы развели такую бурную деятельность, что начинка для пирожков была готова в рекордные сроки. Грейс больше не хмурилась, по крайней мере, я не замечала ни насупленных бровей, ни осуждающего взгляда. Кажется, она все-таки поверила мне. Да и сама я на нее больше не злилась. Она знает Джеспара гораздо дольше, чем меня. И чуть ли не боготворит его. Так что неудивительно, что набросилась на меня с упреками. Все мы люди, все подвластны эмоциям. Главное, вовремя остановиться и объясниться.
Пока лепили пирожки, Лили рассказывала о ярмарке, на которую они ходили с мамой, пока та была жива. А так как Эвелин сама была явно не из Лостейна, я не переживала о том, что Грейс что-то заподозрит. Наоборот, втянула ее в беседу и спросила, не собираются ли и они с Софи побывать на ярмарке.
– Если только ненадолго, дэйна. – Она тепло улыбнулась. – Но мы будем рады сопровождать вас с дэйном Мортоном.
– Думаешь, он согласится пойти? Он ведь так занят обычно.
– Думаю, что ничего человеческое ему не чуждо. А здесь он хотя бы сможет немного отдохнуть от дел.
– Я думала, в столице достаточно вариантов для отдыха.
– Я не бывала в столице, дэйна. Но даже когда дэйн Мортон приезжал в Родрин, он почти все время проводил за работой в кабинете.
Я хмыкнула. Обычный трудоголик. Такому семья и правда ни к чему. И уж точно такому даром не сдался дом в сельской глуши, где из развлечений одни лишь грядки да ярмарка раз в год.
В повисшей тишине мои мысли потекли в сторону приближающегося праздника. Конец года. В моем мире в это время лежит снег, а весь город увешан светящимися гирляндами. Елка, подарки, шампанское и красная икра – все эти атрибуты празднования нового года здесь не найти. Сильные дожди и холодный ветер – вот что можно ждать в этом мире. Интересно, а дома хотя бы украшают?
Я представила, как уютно смотрелась бы гостиная с яркими гирляндами и разноцветными шарами. Сесть возле камина с горячим шоколадом для детей и пряным глинтвейном для взрослых, проводить старый год, вручить друг другу подарки и не спать всю ночь, развлекаясь, как в старые добрые времена, играя в разные игры.
Почему-то в моих фантазиях с
