– Эх, у нас очень мало времени, – озадаченно сказала Лилит и исчезла.
*********************
– Нефелимка уничтожена, – склонил голову Михаил перед своей королевой.
– А остальные? – оскалила белоснежные зубки Анжелика, с отвращением глядя на потерявшего волю Архангела.
– Все! Я убил их всех, – лихорадочно блестнул глазами, в которых затаилось безумие, мятежный Михаил, протягивая Антихристу серебристое копье ее отца, взятое, как трофей.
– Хороший песик, – потрепала его по голове Королева ада и оттолкнула от себя обутой в кожаный сапог ногой. – Пора начинать представление.
– Я хочу тебя, моя властительница, – прохрипел Михаил, поднимаясь с пола. – Задание выполнено, и мне хотелось бы получить благодарность.
– Ах, да, извини, – злобно ухмыльнулась Антихрист и медленно подошла к Архангелу. В руке ее сверкнул огненный кнут. Михаил упал на пол и закрутился на месте, пытаясь сбить адское пламя со своих пылающих крыльев. – Убивать тебя было бы большой ошибкой, дорогой. А вот превратить в послушного раба, это, пожалуй, самое правильное в данной ситуации. – Возьмите его, – приказала она появившимся в комнате демонам. – Вот и папуле нашлась замена. Твоей благодати, Миша, мне хватит, чтобы закрыть райские врата. Спасибо, любимый, – пропела, запечатывая губы Архангела поцелуем.
*******************
Лилит явилась только спустя полчаса, как раз тогда, когда я уже готова была грызть локти от тоски и отчаяния, ведя за руку молодую, неимоверно красивую женщину. Что-то в ее походке, в том как она держала голову, показалось мне странным, но я не хотела понимать, что. Просто боялась, что не смогу отнять у нее душу, пожалею, чем обреку на верную смерть своих друзей.
– Это Эльза, – тихо сказала демоница. – Она сама предложила себя в качестве жертвы, так что никаких моральных терзаний с твоей стороны быть не должно.
– Это правда? – спросила я, заглянула в глаза несчастной и едва не заорала от ужаса. Зрачки женщины были абсолютно белыми, радужки не наблюдалось вообще. Эльза была слепа.
– Да, – спокойно сказала она, – потому и призвала Лилит. Я пророк. Мне на роду написано спасти нового бога. Моей души хватит на какое-то время. Так что возьми ее, не раздумывая, и накорми дитя. Я оглянулась по сторонам, увидела демоницу, нетерпеливо переступающую с ноги на ногу, и согласно кивнула. Эльза положила мне на живот тонкую руку и что-то зашептала, от чего дитя вздрогнуло. Яркая, светящаяся субстанция отделилась от тела пророчицы и начала просачиваться в меня через ноздри, уши, рот. От неожиданности и нестерпимого зуда, заполнившего мое тело, я закричала, глядя, как жизнь покидает тело незрячей женщины. Она выдохнула последнее слово и упала к моим ногам, похожая на сломанную куклу.
– Не плачь, девочка, – почти по-человечески сказала Лилит, погладив меня по голове корявой рукой. – Нам очень повезло: душа пророка божьего – кладезь энергии.
– Дальше, что делать? – взяв в себя руки, спросила, понимая, что времени у нас осталось совсем мало.
– Ну, ты нашла, у кого спросить. Я демон, вообще-то. Убить – это сколько твоей душеньке угодно. А воскрешать – твое дело, – хмыкнула Лилит. Давай уж сама, уморилась я что-то.
– Ты нормальная, нет? – от злости у меня аж дыхание сперло. – Я в жизни один раз подобное провернула, и то случайно.
– Вот и вспомни, что да как, а я чайку попью пока, – засмеялась вредина и исчезла, оставив после себя едкую серную вонь.
Я заметалась по комнате, призывая все кары на голову противной демоницы.
– Спокойно, – зазвенел уже привычный голосок в моей голове.
Повинуясь странному зову, я подошла к Люциферу и приложила руку к груди поверженного падшего ангела. Ничего не произошло. От разочарования взвыла, задрав голову к почерневшему от копоти потолку. От звука моего голоса воздух в комнате завибрировал, распространяясь волнообразным, дрожащим маревом, похожим на прозрачный туман. Люцифер вздрогнул, как от удара током, и уставился на меня непроглядно черными глазами.
– Убью, – взревел он, принимая сидячее положение, но тут же вновь откинулся назад, бессильно складывая за спиной обожженные крылья.
– Помоги мне, – прошелестела я, видя, что взгляд владыки ада начал приобретать осмысленное выражение.
– Обязательно даже, – зло буркнул владыка, – вот только Михаила порешу сначала. Надо же, гаденыш пернатый. И где мое копье, мать его за ногу? – заозирался он по сторонам.
– Его здесь нет. Михаил сразу свалил, как только вас всех тут покрошил. Подбежал Анжелике в ножки кланяться, – Лилит появилась на пороге, держа в руке исходящую ароматным паром кружку. – Так что хорош тут разлеживаться и строить из себя альфу. Обделался ты, дорогой, братцу своему младшему вчистую продул, – ехидно закончила она.
– Рот закрой! – зарычал Люцифер, но вдруг вздрогнул и замолчал, пораженно уставившись на тело принца, который, словно сдувшийся шарик, лежал в неестественной позе на диване, куда его аккуратно положила мать. – Этого я брату не прощу никогда, – сквозь зубы пообещал он и, тяжело поднявшись, подошел к отпрыску.
– Оживи их всех, – приказала я и едва не притопнула ножкой от нетерпения.
– Сил не хватит, – нехотя признался владыка, притрагиваясь пальцами ко лбу сына, который тут же затрепетал ресницами, словно проснувшись ото сна. – С другими уж сама давай разбирайся. У тебя неплохо получается.
Я бросилась к Асмодею, похожему на каменное изваяние, и замерла.
– Нет, – сказал Люцифер, – прости.
– Что? Почему? – не желая верить, схватила рыцаря за плечи и затрясла, мечтая увидеть, как он откроет свои прекрасные черные глаза.
– Потому что Михаил использовал ангельский огонь, – спокойно сказал Люцифер. – Молись, Ангелина. В этом мире есть лишь одно существо, способное вернуть его. Это наш отец.
– Но, я не знаю ни одной молитвы – прорыдала, глотая слезы.
– Да уж. Знаешь ли, детка. Все молитвы придуманы людишками. Уж не знаю, что они там себе думали, слагая свои вирши, но открою тебе тайну. Отец слышит только молитвы, произнесенные от души. Слова ему не так уж и важны, – с ухмылкой произнес Люцифер и, пошатываясь, пошел к поверженному дракону. – Попробуй, может, получится. Ты же все-таки мать Элохима. Должен папуля откликнуться, чем черт не шутит.
– Спаси его, – прошептала, впервые за всю свою жизнь обращаясь к богу. – Все, что хочешь, сделаю, отдам, только верни мне моего рыцаря.
Я ожидала чего угодно,
