Анна окинула молодого человека придирчивым взглядом. Конечно, ростом он не сильно удался, но лицо приятное, слова выдают вполне образованного человека. И главное, в глазах его светится тот романтически-страстный огонь, что выдает всех, кто жадно идет к своей цели. Этот человек – фанатик науки. Но ведь он молод. Возможно, стоит обратиться не только к алхимику, но и к мужчине – немного флирта никогда не повредит.
Красавица улыбнулась самой обворожительной улыбкой: «Знаешь ли ты, что такое любовь, юноша? Так вот, я страстно влюблена в нашего курфюрста и хочу родить ему сына!» Анна запнулась. Конечно, это щекотливая тема. Не стоит упоминать, что любвеобильный Август наплодил больше сотни внебрачных отпрысков. Но вот незадача: все они – девчонки. Наследник-сын, 13-летний Фридрих-Август, пока один. Правда, он вне конкуренции – его родила Кристина Байрейтская, законная супруга курфюрста-ветреника. Но ведь и королевские дети болеют. Так что иметь одного наследника весьма опасно. И если Анна фон Козель сумеет родить Августу еще одного сына, она тоже станет вне конкуренции.
К тому же – Анна вздохнула (боялась даже вспоминать) – она ходила к гадалке. Вот до чего дошла! Опустив очи долу, выслушивала, как старая ведьма каркает: «Сложная жизнь у вас, госпожа моя! Чтобы рассказать вам о будущем, надо провести особый обряд…» И Анне пришлось идти ночью на кладбище и принести оттуда пучок крапивы. Ужас! Из этой крапивы ворожея сплела браслет, который Анна тайно носила на руке три дня, а потом отдала гадалке. Вот по этому браслету ворожея и предсказала ей будущее: «Вижу тебя рядом с курфюрстом. Но имя твое останется в веках, если ты придешь за помощью к алхимику из подземелья. Только он поможет тебе!» Вот Анна и пришла.
Прижав к своей высокой груди тонкие аристократические пальцы, она вкрадчиво проговорила: «Я знаю, юноша, что ты можешь многое – и как алхимик, и как лекарь. Помоги мне – свари такое зелье, чтобы, выпив его, я родила сына! Если это произойдет, я щедро отблагодарю тебя. Что ты хочешь: денег, должности или, может… – Красотка зарделась. – Меня?..»
Иоганн оторопел. Пять минут назад он уже прощался с жизнью, ожидая палача. И вот в одночасье он может оказаться на верху блаженства: да эта красавица просто предлагает себя! Конечно, он не знает, как сварить зелье, о котором она просит. Но ведь уроки Цорна еще не забылись, и рецепт возбуждающей тинктуры для ложа страсти он помнит. А там, глядишь, и сама природа поможет. Ну а после появления наследника эта фрау Страсть, еще более прекрасная, упадет в его объятия… Ради такого стоит пойти на небольшой обман!
Через пару дней прекрасная Анна получила свое зелье. Теперь, в надежде на успех, она удерживала Августа в постели неделями. И старалась не зря – скоро всем стало ясно: влюбленный курфюрст ожидает еще одного наследника.
Однако на узнике-алхимике это отразилось самым пагубным образом. Его приволокли в тайные покои курфюрста и бросили, как кошелку, под пресветлые ноженьки монарха. Август, правда, пребывал в преотличном настроении: «Скоро мне понадобится много денег, алхимик! Ты не забыл, что обязался добыть для меня золото? Даю сроку еще полгода. Если результата не будет, отправлю к палачу».
Курфюрст махнул рукой, и стража, подхватив незадачливого алхимика, поволокла его обратно в подземелье.
Иоганн пришел в ужас. Снова и снова он наугад плавил в печах металлы, добавлял кислоту, ртуть, мышьяк и серу. Разливал и смешивал. Нагревал и выпаривал. Все напрасно! И зачем только он поддался на уговоры красавицы Анны?! Не ожидал бы курфюрст наследника, может, не понадобилось бы ему срочно золото.
Через месяц в подземную лабораторию пожаловал сам курфюрст. Брезгливо огляделся, закрывая нос надушенным платочком, ведь амбре от алхимических опытов явно не запах роз. А вот пришедший с монархом граф Чирнхаус с любопытством осматривал горелки, штативы и материалы алхимика. «Кто делает для тебя глиняные тигли?» – поинтересовался он. «Я сам, мой господин, – ответил Иоганн, кланяясь. – Для работы нужно, чтобы тигли выдерживали больше полутора тысяч градусов, вот я и научился делать их из красной глины». – «А откуда ее присылают?» – «Глина местная. По моей просьбе мальчик Ганс, прислуживающий мне, привозит ее из окрестности городка Окрилль. Это недалеко от Мейсена».
«Ну что ты с ним разговариваешь? – вклинился курфюрст. – Не сумеет переплавить свинец в золото – вздернем, и дело с концом!»
На том посещение и закончилось. Иоганн снова впал в панику, но через пару дней в его лабораторию неожиданно явился граф Чирнхаус. Оказалось, его любопытство было далеко не праздным. Наследник старинного саксонского рода, граф Эренфрид Вальтер фон Чирнхаус был образованнейшим человеком своего времени, тяготел к естественным наукам, лично проводил в Саксонии геологические изыскания. В молодом алхимике граф, как ни парадоксально, увидел родственную душу: «Я всегда мечтал заниматься наукой, но придворные обязанности отнимали массу времени. Теперь же курфюрст приказал мне надзирать за твоей работой, и я смогу заниматься химическими опытами, как сказать, легально. У меня давно есть мечта разгадать тайну китайского фарфора. Как он делается и из чего? Нигде в мире, кроме этой далекой восточной страны, не знают, из чего делать фарфоровое чудо. – Чирнхаус со знанием дела осмотрел глиняные тигли Бёттгера, взвесил их в руке, постучал по поверхности ногтем. – А ты, кажется, нашел исходный материал. Твои тигли получились легкими, твердыми и звонкими. Глина – вот что нужно! Одно плохо – она красного цвета. А фарфор белый». – «Дался вам этот фарфор! – вскричал Иоганн. – Мне надо создать для курфюрста золото!» Чирнхаус усмехнулся: «Разве ты не знаешь, что фарфор ценится выше золота? Всего одна королева Европы, французская Екатерина Медичи, могла позволить себе сервировать весь обеденный стол фарфором. Наш курфюрст обменял для себя всего пару фарфоровых чашек на целый взвод отлично обученных солдат. А Фридрих Прусский отсыпал за шесть тарелок столько золота, сколько весил сам. Так что, если мы сумеем создать фарфор, Август будет рад ему куда сильней, чем золоту».
Чирнхаус знал, о чем говорил. Едва он поведал о фарфоре курфюрсту, тот пришел в возбуждение: «Если вы сумеете получить фарфор, я стану самым богатым государем Европы. Пусть алхимик работает день и ночь под твоим руководством». – «Одно плохо, – осторожно заговорил Чирнхаус. – Алхимик живет взаперти. А ему следует искать новую белую глину. Так что целесообразно разрешить Бёттгеру ездить по Саксонии. А для этого я его приодену: не должен слуга курфюрста позорить господина». Август только рукой махнул: «Делай, как считаешь нужным. Лишь бы у меня появился собственный фарфор».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
