были довольны и счастливы, ведь раньше все это им приходилось делать ночью после изнуряющего трудового дня.
– Корс, Тоника! Идемте пить чай, – зазывали нас женщины в дом.
Было очень интересно посмотреть, как же они устроились. Мы зашли в дом, который занимал капитан Фит вмест с семейством. Внутри было чисто и довольно уютно, несмотря на отсутствие каких-то важных в обиходе вещей.
– У нас тут бедненько, – немного смутилась хозяйка дома, разливая ароматный травяной чай по разномастным кружкам, – но в скором времени Фит сможет привести с рынка все, что нам необходимо. Главное – нам больше не нужно искать теплую одежду и обувь для всех детей сразу и не придется выбирать между покупкой вязанки дров и булкой хлеба.
Я с сочувствием смотрела на эту изможденную женщину, на то, как она держит натруженными руками кружку с чаем и как постепенно расслабляются ее пальцы с воспаленными от работы в ледяной воде суставами. Что ждет в будущем ее детей? Если не овладеют каким-то ремеслом, то такая же изнуряющая работа за копейки.
Женщина настояла, чтобы мы обязательно съели по паре блинчиков, которые она напекла к ужину для детей. И как мы не отказывались, была непреклонна. Блинчики в ее исполнении были толстенькими и плотными, как оладушки и подавались с медово-апельсиновым сиропом. Корс так увлекся, что потянулся сначала за третьим, а потом и за четвертым блинчиком. Пришлось пару раз пнуть его под столом, пока он не сообразил, что не стоит объедать детей.
– Корс, кажется мы куда-то ехали, чтобы посмотреть кое-что интересное. Не думаю, что ты имел в виду чай с блинами, – напомнила я ему о цели поездки.
– Действительно, нам пора, – сказал тот поднимаясь и сердечно благодаря радушную хозяйку.
– Мы едем смотреть заброшенную стекольную фабрику, – сказал он, когда мы вышли из дома на улицу.
– Я видел упоминания о ней в документах в библиотеке, но она заброшена довольно давно, поэтому я не думал, что стоит туда ехать. Вот даже дорога совсем заросла, – показал он на едва различимые следы, которые выходили с противоположного от замка конца деревни и терялись где-то в лесу.
Стекольная фабрика представляла собой длинное одноэтажное здание из серого камня. Толстая труба, возвышающаяся над крышей, явно принадлежала большой печи, которая находилась внутри.
Здание находилось в полнейшем запустении: подъездную дорожку давно и прочно облюбовал кустарник, влажные стены покрылись мхом, а из крыши проросло дерево. Окна были наглухо заколочены иссохшими от времени досками.
Вход, перегороженный упавшим деревом, мы отыскали с трудом.
– Что-то это здание не кажется мне безопасным, – пробурчала я, продираясь сквозь кустарник.
Немного провозившись и содрав кожу на руках (я – точно), все-таки отволокли дерево в сторону и смогли наконец открыть дверь и войти.
Внутри царил полумрак и тишина. Я ожидала, что все будет разорено и сломано, как это было в деревне или в замке, но нет – здесь был полный порядок, только все поверхности покрывал толстый слой пыли, которая от влажного воздуха превратилась в плотные слежавшиеся пласты, в том числе и на полу. Наши шаги были едва слышны и почти не нарушали застоявшейся тишины.
– Кажется, люди покинули это место очень давно, – заметила я.
– Точно намного раньше, чем три года назад, – согласился со мной Корс, – в брошенных домах в деревне не было столько пыли.
Глаза постепенно привыкли к полумраку, и мы попытались осмотреться получше. Длинные стеллажи вдоль дальней стены. У входа – высокий стол-конторка и массивный шкаф. А вглубь, насколько было видно, уходили ряды котлов, вдалеке виднелся силуэт большой печи с поддувалом.
Я хотела было пойти дальше, но Корс задержался у конторки.
– Надо поискать документы и уточнить, когда фабрика перестала работать и по какой причине, – сказал он, – может, печь сломалась или сырье закончилось, поэтому продолжать производство больше не смогли. Может быть где-то осталось готовое стекло.
Света от двери было достаточно, чтобы провести осмотр стола.
– Как удивительно, что все здесь осталось нетронутым, – заметила я, стряхивая пыль с маленькой фигурки дракончика, изрыгающего пламя, которая стояла на столе.
Внезапно, фигурка сверкнула золотым, а спустя мгновение внутри нее разлился ровный теплый свет. Не успела я удивиться, как под потолком и на стенах загорелись стеклянные светильники, в которых переливалось точно-такое же жидкое золото. Тьма отступила, и все помещение наполнилось желтоватым уютным светом.
– Ух ты! Какое тут освещение интересное! – восхитилась я. Такой технологии не было даже в моем прежнем мире.
– Магические светильники, – проговорил Корс, – раньше такие были и в замке, но я не нашел ни одного целого. Видимо, когда жители покидали остров, они решили избавиться от них.
– Их тоже делали на этой фабрике? – спросила я, оглядываясь по сторонам и подмечая все новые детали.
– Да, но очень давно, когда в печи горел драконий огонь. Потом волшебное пламя было утрачено. Кажется, кто-то потушил печь. А когда ее разожгли вновь, то магическим огонь уже не был, но стекло продолжали выплавлять еще долгое время.
Мы подошли к длинным стеллажам, на которых стояло огромное количество разнообразных красивейших вазочек, кубков, кувшинов и баночек. Все целые и готовые к отправке на продажу. Под слоем пыли видно было плохо, но я заметила, что все изделия выполнены по различным технологиям. Были они прозрачные и цветные, однотонные и яркие, словно цветочная поляна. Но преобладал строгий лаконичный узор, когда тончайшие золотые нити вплетались в толщу стекла.
Я взяла одну низкую вазочку, идеально подходящую для подачи гостям сладостей. Наверняка она стоит целое состояние.
– Интересно, сможем ли мы снова разжечь печь и запустить производство?
– Разжечь печь? – Корс удивленно поднял бровь, словно не понимая, что означают мои слова.
– Ну да, поищем, как это сделать, в документах и книгах. Наверняка что-то есть в библиотеке, – в моей голове уже складывался план, – новые жители острова получат возможность получить хорошую работу. Сможем восстановить и замок, и деревню.
Я так воодушевилась, что мысленно уже открывала в разросшейся деревне школу, а на материке – магазинчик с диковинными товарами с Драконьего острова. А сам остров станет местом, где каждый сможет заработать на жизнь себе и своим детям.
– Зачем тебе это, Тоника? – ворвался в мои мечты
