свечу и сбивает с ног проректора. Он путается в полах своего плаща и падает на землю, выпуская из рук чашу.
Краем глаза замечаю, как мачеха Сайтона скрывается в темноте леса.
— Сайтон! — вырывается у меня хриплый крик.
Мне кажется, я уже окончательно потеряла надежду, но… Он все же нашел меня. Нашел… нас.
Дракон делает круг и, с хрустом ломая деревья и разбрасывая в стороны щепки, приземляется рядом с поляной. Он нависает своей мордой над проректором и рычит.
— Сайтон… — всхлипываю я и привлекаю к себе внимание ящера.
Он резко поворачивается и смотрит на меня. В его глазах вижу отражение собственного заплаканного лица и немой вопрос: «Как ты?».
— Я люблю тебя, — шепчу я.
Почему-то сказать именно это мне кажется самым важным сейчас. Во взгляде дракона будто зажигается огонь. Неужели он не верил, что я его люблю? Сомневался? Ящер издает тихое утробное «ур-р-р» и прикрывает глаза. Он тянет морду, чтобы дотронуться до меня, но наталкивается на ту же невидимую преграду, которая не давала выйти мне.
Не представляла раньше, что драконы умеют хмуриться. Но он хмуриться и резко поворачивает морду на проректора. И вовремя!
Огромный темный шар летит на дракона. Тот успевает выпустить струю огня, чтобы спалить этот шар и частично задевает плащ демона. Проректор ловко его скидывает, а потом с громким криком то ли боли, то ли ликования увеличивается в размерах раза в полтора. Одежда с громким треском рвется и спадает с него ошметками.
— Упрямый. Как ты смог ее найти? — рявкает проректор. — Истинность тут не работает.
Да. Но Сайтон мог чувствовать не только свою истинную… Но и своего ребенка. А это просто так не заглушишь.
Дракон ударяет демона крылом, но тот уворачивается, подпрыгивает и расправляет огромные кожистые перепончатые крылья. Ох-ох… Я и представить не могла, что демоны тоже могут меняться. Или… не все?
Тем временем демон поднимается все выше и формирует между когтистых рук новый черный шар. Дракон бросает на меня взгляд: «Я вернусь, потерпи немного!» — и взлетает. Их бой перемещается в небо.
Отсюда, с земли, освещаемой пламенем, почти не видно то, что происходит на небе. Только две тени, между которыми летают вспышки огня и сверкают молнии. Время от времени воздух сотрясает рык Сайтона и ответный скрипучий рев демона.
Кажется, время замирает, а я не дышу, не чувствую и не существую в своем теле. Меня нет. Я там, с Сайтоном. Возможно, поэтому от моего внимания ускользает еле заметное движение на поляне.
До меня доносится жасминовый запах, и я вижу, что мачеха Сайтона уже зажгла снова свечу над книгой и стоит зачитывает текст.
— Замолчи! — хочу остановить ее я и, превозмогая боль, пытаюсь вытащить руки из цепей. — Перестань!
Но она, лишь на мгновение посмотрев на меня с едкой победной улыбкой, продолжает. В глазах — безумное пламя, торжество и уверенность, что она уже победила.
Тут в небе раздается крик боли, что-то вспыхивает синим пламенем и падает куда-то на землю, между деревьев. Я вглядываюсь в темное небо, чтобы понять, что случилось.
Сердце гулко и часто бьется, будто вот-вот готово выпрыгнуть из груди. Кусаю губы и жду. Время будто превратилось в вязкое желе, медленно-медленно перетекающее с места на место.
Ну же! Сайтон!
Я бросаю взгляд на поляну. Мачеха Сайтона кидается в полутьму и ищет в траве закатившуюся чашу.
Надо мной пролетает дракон, снова приземляется и тут же перевоплощается в человека. Смаргиваю слезы радости. Сайтон бежит сразу же ко мне, на ходу выпуская череду плетений, которые проявляют до этого невидимую границу, растекаясь по ней сетью световых трещин.
— Сайтон! Она сзади, в тени! — но голос настолько сел, что кажется, я просто открываю рот.
Дракон не слышит, он парой новых плетений разрушает препятствие и оказывается рядом, руками, частично покрытыми чешуей, разрывая цепи.
Я буквально сваливаюсь в его руки, сжимаю пальцами камзол и шепчу из последних сил:
— Твоя мачеха, она там, она хочет завершить… — начинаю я, но не успеваю закончить.
Полудемоница удивительно ловко для своего вида, буквально одним прыжком выскакивает из тени и подносит к телу Вита чашу. Сайтон складывает пальцы, чтобы атаковать ее, но она лишь хохочет:
— Ты не можешь, дракон! Пока я не несу прямой угрозы твоей жизни, ты не можешь ничего мне сделать. Таков договор, — покачивая полной чашей, говорит она. — А тебе я не угрожаю.
— Мне плевать на договор, который вы заключили с моим отцом, — жестко говорит в ответ Сайтон и запускает в нее атакующее плетение.
Но оно исчезает, так и не достигнув цели.
— Может, тебе и плевать. А вот договору нет, — мачеха опрокидывает чашу на каменную табличку. — Кровь предателя — последний ингредиент.
Меня пронзают миллионы игл, я выгибаюсь и широко распахиваю глаза.
— Эйви, — Сайтон крепче прижимает меня к себе, трясет, но я уже не могу ему ответить.
Секунда, и кажется, словно я смотрю на все со стороны. Вижу поляну, Сайтона, который аккуратно опускает меня на землю. Из моего кармана выпадает ожерелье. Надо же… С ним было связано столько надежд, которые оказались пустыми.
Я как будто вижу сквозь лес и темноту. То там, то тут появляются вспышки, над которыми начинает клубиться черный дым. Неужели демоны все же добились своего? Неужели все-таки открыли источники?
Сайтон собирает в каждой руке по плетению и направляет их на мачеху. Они не приносят ей никакого вреда, лишь вызывая злорадный смех.
— Ты ничего не понимаешь, Сайтон, — говорит мачеха.
Звук будто сквозь толщу воды, гулкий, искажающий голоса.
— Нам не нужен ни ты, ни твоя истинная, — она торжествующе стоит на месте, снисходительно глядя на Сайтона. — Нам нужна сила. Именно поэтому ты не можешь мне ничего сделать. Сейчас сила напитает эти земли и, оказавшись тут неподалеку, демоны смогут напиться ею, и тогда все народы, даже вы, заносчивые драконы, вынуждены будете нам подчиняться!
Сайтон серьезен. В его лице нет ни тени страха или сомнения — он знает, что делает.
— Вас однажды уже остановили, — отвечает он. — Боги однажды уже помогли нам обуздать вашу неуемную жажду власти. Значит, мы сможем это сделать снова.
Сайтон делает шаг к мачехе, но та не двигается с места. Она с шумом вдыхает, и расплывается в улыбке.
— Как это вкусно! — довольно бормочет она. — Темная сила. Пока ты пытаешься убедить меня в том, что вы еще что-то измените, твоя магия уходит, раскрывая все новые и новые источники. Удивительно, да? Ты так боялся найти свою истинную. Но даже
