существенно менять характер издаваемых ими локационных импульсов. Казалось бы, что тут сложного: стоит лишь установить в бассейне, в котором плавает дельфин, подводный приемник звуков — гидрофон и записывать звуки, издаваемые животным при локации. Наберется достаточно большая коллекция таких звуков, и выяснится: то ли все звуки более или менее одинаковые — это значит, что дельфин не умеет варьировать свои локационные сигналы, то ли они различаются в зависимости от ситуации — значит, умеет. Но на самом деле все не так просто. Что зарегистрирует опущенный в бассейн гидрофон — это зависит не только от того, какой звук издал дельфин, но и от того, на каком расстоянии от него, на какой глубине расположен гидрофон, а на какой — дельфин, как повернута голова животного и каково оказалось положение гидрофона относительно головы, и от многих других обстоятельств, которые все время меняются, когда дельфин движется и ищет нужный предмет с помощью своего эхолокатора. Учесть все эти изменения довольно трудно. Достаточно дельфину чуть-чуть повернуть голову, и звук достигнет гидрофона уже несколько иным, даже если на самом деле животное издало точно такой же звуковой импульс. Чтобы проконтролировать в таких исследованиях положение головы дельфина относительно гидрофона, используют кино- и видеосъемку, но все равно точно учесть эффект малейших движений головы нелегко.
Российский акустик Евгений Романенко и его сотрудники решили эту задачу радикальным способом: вместо того чтобы пытаться точно определить положение головы дельфина относительно гидрофона, они обеспечили постоянное положение приемника относительно головы, укрепив его (точнее, даже несколько гидрофонов) прямо на голове животного. Для этого им пришлось сконструировать специальный портативный магнитофон, который дельфин, специально этому обученный, мог носить на своей спине. А от магнитофона шли провода к миниатюрным гидрофонам, прикрепленным маленькими присосками к разным местам на голове животного. Дельфин быстро приучался носить на себе всю эту амуницию, которая не доставляла ему большого беспокойства. Он, как обычно, пользовался своим локатором. И тогда включался магнитофон, который регистрировал звуки такими, какими они были непосредственно около головы животного. При этом акустики решали сразу два вопроса. С одной стороны, как бы ни вертел головой дельфин, положение каждого из гидрофонов относительно его головы оставалось постоянным. Тут уж была полная уверенность: если звуки, записанные таким способом, окажутся разными, то это может происходить только потому, что характер звуков меняет сам дельфин. С другой стороны, гидрофонов-то было несколько, так что, сравнивая полученные от них записи, можно было заодно установить, как характер записанных звуков зависит от положения гидрофона относительно головы.
Когда расшифровали сделанные таким способом магнитофонные записи, сомнений не осталось: дельфин может перестраивать работу своего звукового прожектора в зависимости от того, какие предметы и как он хочет прозондировать их своим звуковым лучом.
Глава четырнадцатая
Как разговаривать с закрытым ртом?
Лучше скажи мало, но хорошо.
Козьма Прутков
А как вообще дельфины издают звуки? Вопрос, казалось бы, праздный. Ведь почти все млекопитающие животные и человек имеют прекрасный голосовой аппарат, и устройство этого аппарата хорошо известно. С его помощью издаются все звуки, необходимые для взаимного общения и для других целей. Почему же и дельфину не располагать голосом, способностью издавать все необходимые ему звуки?
Но в том-то и дело, что дельфин не может пользоваться таким же голосовым аппаратом, как наземные животные. И все это опять из-за того, что дельфины дышат воздухом, но живут в воде.
Когда мы говорим или поем, то для того, чтобы зазвучал наш голос, мы обязательно должны выдыхать воздух. Проходя через узкую щель в гортани, образованную голосовыми связками, струя выдыхаемого воздуха заставляет связки вибрировать и тем самым вызывает звуковые волны. Потом эти звуки различным образом «оформляются» в резонирующих полостях гортани, рта и носа, создавая все многообразие доступных нам звуков, но начинается процесс создания звука именно благодаря прохождению выдыхаемого воздуха через голосовые связки гортани. Правда, часть звуков, используемых в нашей речи, создается без участия голосовых связок — при прохождении воздуха через щели между языком, губами, небом; это глухие согласные. Но и в этом случае фактически используется тот же принцип создания звуков: прохождение выдыхаемого воздуха через узкие щели.
Нам не жаль выдыхаемого при этом воздуха: вокруг его сколько угодно, и даже полностью выдохнув воздух из легких при произнесении какой-то уж очень затянувшейся тирады, мы тут же можем снова набрать полные легкие. Иное дело — дельфин. Вдохнув воздух, он должен нырнуть под воду на значительное время. Возможность сделать следующий вдох может представиться не скоро — вероятно, только через несколько минут. Да к тому же еще давление воды на глубине сжимает грудную клетку так, что объем находящегося в ней воздуха уменьшается в несколько раз. Поэтому дельфин должен очень бережно расходовать запас воздуха в своих легких. Тратить этот воздух на создание звуков — непозволительная роскошь для него.
Однако устройство дыхательных путей у животного таково, что оно позволяет обойти и эту трудность. У дельфина есть несколько специальных полостей — так называемых воздушных мешков, которые сообщаются с наружными дыхательными путями и поэтому всегда заполнены воздухом. Эти мешки расположены прямо под дыхалом, которое, как мы уже знаем, плотно закрыто, пока дельфин находится под водой. Он может передувать воздух из верхних дыхательных путей в эти воздушные мешки и обратно. При этом струя перетекающего воздуха, как и у наземных животных, порождает все необходимые звуки — и коммуникационные, и локационные. Но запас воздуха при этом никак не расходуется: перетекая из гортани в воздушные мешки и обратно, один и тот же объем воздуха может многократно использоваться для создания звуков.
Есть еще одно важное отличие в способах создания звуков у дельфинов и наземных животных. Хотя основной принцип создания звуков — продувание воздуха через узкие щели — действует одинаково и у тех, и у других, но место, где собственно и создается звук, у дельфинов вовсе не гортань, как у нас с вами. Это особый орган, который анатомы — большие любители образных названий — именуют «обезьяньими губами». Конечно, к настоящим губам этот орган не имеет никакого отношения: он расположен внутри верхних дыхательных путей, то есть в той части, которая скорее соответствует нашему (и обезьяньему) носу, но никак не губам. Орган представляет собой пару выступов, действительно немного похожих на плотно смыкающиеся губы (но почему именно обезьяньи — право, не знаю!), расположенных прямо под воздушными
