– Начал.
Пока я делал непрямой массаж сердца, Герцогиня продолжала заниматься искусственным дыханием. Без понятия, как долго длилась реанимация, – в таких случаях трудно судить о времени. Но в конечном итоге нам все же удалось вернуть пациента к жизни.
– Есть! Дышит!
– Давай ампулу!
– Держи!
Быстро наполнив шприц, она сделала инъекцию адреналина в вену.
«В сердце было бы намного эффектнее, почти как в кино», – подумал я с облегчением.
Самое страшное осталось позади, и теперь…
* * *
– Будешь брать на пятнадцати? – Валет почувствовал, что эта последняя и решающая раздача останется за ним.
Прежде чем ответить, Гончая на секунду задумалась. Так ведет себя собака, неожиданно потерявшая след. Только что все было в порядке, и вдруг след пропал.
– Все зависит от того, собираешься ли ты пойти до конца? – ей все же удалось взять себя в руки, никак не выказав растерянность.
– В каком смысле? – широко улыбнулся Валет, понимающий, что злобная сука не просто потеряла прежний боевой задор. Она «поплыла», как боксер на ринге, пропустивший прямой в голову.
– Я хочу знать, доиграешь ли ты игру до конца, если я возьму карту?
– Конечно…
– Не торопись, – подал голос молчавший до сих пор Кай. – На Алагоне нельзя просто так бросаться словами. К тому же ей всегда чертовски везет.
– Мне торопиться некуда, – Валет ни на секунду не сомневался в своем решении.
Великая игра великого игрока…
И уже неважно, чем вызван этот глюк – действием наркотика или он на самом деле оказался в точке пересечения миров. Важно то, что фартовый Сеня Валлтес точно знает: следующая карта – пятерка, а за ней идет туз. Злобная сука получит двадцать и остановится, а он положит туза на свою десятку и…
«Блэк Джек» разобьет сердце бешеной твари!
– Мы доиграем игру до конца, чего бы это не стоило! – пообещал он.
– Ну, смотри, сладкий. Никто тебя за язык ни тянул. Давай карту.
На стол легла пятерка.
– Двадцать. Карту? – чисто для проформы спросил крупье. Ведь при игре до двадцати одного никто и никогда не берет на двадцати.
– А…
* * *
– Валет! Очнись! Слышишь меня? Валет?
Солнечный свет потускнел, превратившись в скоротечные летние сумерки, а сам Пик мироздания и игроки за столом подернулись дымкой.
– Валет, давай, приходи в себя. У нас получилось! Ты живой!
Две увесистые пощечины отодвинули Алагон еще дальше, превратив в расплывчатый контур.
– Главное – оставайся здесь, не засыпай. Тебе сейчас нельзя отключаться!
Странно. Он никогда в жизни не видел Флинта таким счастливым…
– Слышишь меня? Скажи… Вот черт! Герцогиня, как снять эту скобку? Его язык до сих пор пришпилен к щеке! Валет?!
Великая игра… Великого игрока…
Он должен отыграться за тот дурацкий проигрыш печени. И обязательно отыграется. Чтобы затем вернуться и рассказать Якудзе историю о том…
Отяжелевшие веки пошли вниз.
– Валет?! Герцогиня, почему он… – слова доносились издалека, померкший было солнечный свет набрал прежнюю силу…
– Двадцать. Карту? – спросил улыбающийся Сеня Валлтес, глядя в глаза злобной суки.
– А… – застывшая над столом рука пошла вниз.
– Валет, – бродяга-ветер донес на серебряных крыльях призрачный отголосок едва слышного эха. – Не уход-иииииииии…
– Сейчас вернусь, Флинт! Осталось совсем немного. Подожди пару минут!
– Давай!
– Что? – удивлению крупье не было границ.
– Что слышал, – хищно оскалилась Гончая. – Карту давай!
– Тебе?
– Да! Мне нужна карта! – в ее бешеных, глазах светилось торжество.
Когда охотник ловит кураж, его уже невозможно остановить.
Медленно, словно в дурном сне, Валет перевернул карту и увидел то, о чем уже знал, – туза червей[24].
– Я же предупреждал – стерве дико везет, – печально вздохнул Кай.
– Теперь себе! – мохнатая лапа паука мягко подтолкнула обреченную жертву к краю пропасти.
«Флинт и Герцогиня почти вытащили меня, – с запоздалым сожалением подумал Сеня. – Все, что было нужно, – просто остаться с ними…»
Крестовый валет могильной плитой лег на десятку. Двадцать очков крупье проиграли двадцати одному игрока. Это было так символично – сдать себе напоследок валета, что он засмеялся, легко и радостно. Как может смеяться только ребенок или человек, которому уже нечего в жизни терять.
И продолжал хохотать до тех пор, пока бездонная пропасть не поглотила фартового Сеню Валлтеса. Бывшего мелкого шулера, который, несмотря на все усилия, так и не стал по-настоящему великим игроком. Потому что однажды поставил на кон свою жизнь. И проиграл все, что мог…
Глава 36
Великий игрок
01.23 по восточноевропейскому времени
Официальные власти ведут переговоры с террористами, только когда есть о чем разговаривать. Точнее – о ком. О заложниках. Во всех остальных случаях их уничтожают во время скоротечного штурма. После чего окровавленные трупы вытаскивают во двор, аккуратно складывают рядами, запечатлевая для официального протокола и выпуска теленовостей, рапортующих о слаженной работе правоохранительных органов.
«Такого-то числа, там-то там-то, в ходе ожесточенного столкновения с силами правопорядка уничтожена группа вооруженных бандитов, ответившая на предложение сдаться шквальным огнем…»
За стандартной формулировкой следует не менее стандартный наезд камеры, показывающей крупный план мертвых отморозков. Затем диктор, как ни в чем не бывало, переходит к другим новостям: «Теперь о погоде на ближайшие выходные…»
Алексей Петрович Карпин был слишком умен, для того чтобы окончить жизнь так глупо. Поэтому первое, что он сделал, как только Палыч и двое сопровождающих его людей оказались внутри, – приказал забаррикадироваться с заложниками.
В фронтальной части шестиэтажной постройки, выполненной в виде равносторонней буквы «П», находился контрольно-пропускной пункт и комната видеонаблюдения, не представлявшие интереса в силу того, что занимали малую площадь и вдобавок были надежно укреплены. После серии взрывов в левом крыле начался пожар. Недостаточно сильный, чтобы уничтожить весь комплекс, но и не такой слабый, чтобы справиться с ним без помощи пожарных расчетов со специальным снаряжением. В создавшейся ситуации наиболее оптимальным вариантом был захват группы специалистов, работающих над восстановлением системы спутниковой связи в центре управления, располагающемся в правом крыле здания. Доступ к этому помещению преграждала массивная дверь с кодовым замком. К счастью, она легко преодолевалась с помощью пластиковой взрывчатки. К тому же там находились дежурные и специалисты – от десяти до пятнадцати человек.
В большом зале легче держать оборону. И, что самое главное, – угроза вывода из строя при штурме ценного оборудования заставит руководителей операции пойти на переговоры. По крайней мере, так поступил бы на их месте любой здравомыслящий профессионал. К счастью, в «Пятерке» в них не было недостатка…
– Палыч несет меня. Клим прикрывает тылы. Андроид и Штиль расчищают дорогу. Чем быстрее достигнем цели, тем больше останется времени на подготовку.
Так как ни у кого не возникло вопросов, небольшая группа устремилась к намеченной цели и, не встретив никого по пути, через три с половиной минуты оказалась на месте.
* * *
– Итак, что мы имеем на данный момент? – руководитель оперативного штаба по проведению контртеррористической операции, шестидесятидвухлетний генерал Игорь Леонидович Волохов, обвел тяжелым взглядом присутствующих офицеров. – Система спутникового наблюдения и связи выведена из строя, – по старой привычке он начал загибать пальцы. – Это раз. Взятый под стражу диверсант сбежал – два. Вышедший из-под контроля андроид убил напарника, перейдя на сторону потенциального врага, – три. Девять заложников в здании – четыре. У находящихся внутри помещения террористов достаточно взрывчатки и гранат, чтобы уничтожить все оборудование, – пять.
