к мужчине и кивнул в знак приветствия. Чуть замешавшись, он всё же протянул мне руку:
— Мистер Соколов…
— Мистер Барлоу, — ответил я на приветствие.
Детектив выглядел осунувшимся после лёгкого ранения, полученного в том ночном инциденте с бандитами Джима Кравеца на стройке. Он уже спокойно передвигался сам, но видно было, что Фред не в лучшей форме.
Я сдержанно улыбнулся Барлоу:
— Я благодарен вам. За этот звонок. И за то, что вы тогда сказали после перестрелки!
Перед тем, как меня арестовали, Фред успел шепнуть мне, чтобы я помалкивал, пока в себя не придёт его начальник. Что я и сделал.
— Думаю, вы бы и так все разузнали… Не так ли? — усмехнулся детектив, — Это всего лишь маленькая благодарность за то, что вы сделали, мистер Соколов.
— Как он?
— Пришёл в себя. Уже лучше. Спрашивал о вас. Но не надейтесь на «особое» отношение.
— Понимаю…
— Позвольте, я осмотрю! Не сочтите за грубость, так надо, — Барлоу показал на корзину в моих руках.
Пришлось поставить её на диванчик, а детектив быстро обыскал подарок.
— Проходите!
Я отворил дверь в палату и зашёл внутрь. Под потолком приглушённо светила небольшая лампа. Подойдя к койке, я водрузил большую корзину с фруктами на столик и повернулся к раненому:
— Добрый вечер, шериф Фэллон…
Театр на Гудзоне. Или «Хадсон». Наши дни.
Глава 16
Новая шахматная партия
Шериф Бронкса изрядно похудел. Лицо Джона осунулось и его черты заострились. Он внимательно наблюдал за моими действиями.
— Вы не против? — я указал на одиноко притулившийся в углу стул.
— Сделайте одолжение, — сухо ответил Джон.
Передвинув стул поближе, я устроился поудобнее и кивнул на капельницу около больничной койки:
— Как вы?
— Уже лучше. Спасибо. Вы пришли конкретно ко мне, Алекс, или проведать своего подручного, раненого около вашего клуба «Колизей»? — осведомился Фэллон, намекая на Гарри.
Я усмехнулся:
— Ничего от вас не скрыть, шериф! Всё-то вы знаете. Нет, тот, о ком вы говорите, недавно выписался. С ним всё хорошо. Мне посоветовал сюда прийти ваш друг, детектив Фред Барлоу. Но, если говорить начистоту, я бы и сам явился сюда…
Джон удивлённо посмотрел на меня:
— С чего бы это преступнику навещать шерифа?
— Напомню, шерифа, который под надуманным обвинением тыкал стволом дробовика в этого самого, как вы изволили выразиться, «преступника», — парировал я.
Джон скривился, словно я сказал какую-то чушь, и попытался устроиться на койке повыше. Я услышал, как скрипнули от боли его зубы.
— Опять вы за своё, Алекс? Барлоу очень добр. Иногда это мешает в его работе. Фред свято чтит неписаные фронтовые правила. Он рассказал мне, что вы вытащили меня из-под огня на той стройке, когда в меня попали бандиты, и настоял на том, чтобы я принял вас.
— А вы разве не следуете тем же правилам, что и Барлоу? — поднял я бровь, задав самый главный вопрос.
— Вы хотите прикрыться добрым делом, чтобы избежать суда, — процедил шериф.
— Я всего лишь помог человеку, который, как и я, хочет сделать этот мир чуточку лучше…
— Вы? Лучше? — изумлённо повысил голос Джон и закашлялся.
Я быстро подал ему платок, который он нехотя принял.
— Мы просто действуем по-разному, шериф… — развёл я руками.
— Ну-ну! Конечно! — усмехнулся раненый, — И как же?
— Вы — ловите преступников. Я не допускаю, чтобы они вообще появились в Бронксе.
— Ну да, конкуренцию бандитов никто не отменял, согласен, — едко заметил Джон.
Я сухо ответил:
— Разве за почти три месяца вашего присутствия в Бронксе не стало меньше жалоб? Меньше преступлений? Кто-то жаловался на то, что бандиты заставляют платить торговцев «виг»?
Шериф прикрыл глаза. На его лицо легла тень.
— Можете не утруждаться, я знаю ответ! — продолжил я, — Почитайте отчёты своего же управления. Хотя я уверен, Барлоу вам уже обо всём доложил. Ваш участок демонстрирует одни из «лучших» показателей в Большом Яблоке… Потому что я позаботился об этом.
— А как же избиение компании на прошлой неделе около одного из баров в Нижнем Бронксе? — усмехнулся Джон, — Барлоу сказал мне, что об этом говорил весь Бронкс, но никто не пришёл в полицию, — А ещё погром в баре «Кайман». Люди видели, как оттуда выползали жестоко избитые мужчины. А к дому подъезжал ваш грузовик, и туда залезали какие-то девицы… Месяц назад…
Действительно, ситуация в Нижнем Бронксе была недавно. Мне о ней дежурно отчитался Молотов, сообщив, что всё было улажено. В общем-то, обычные текущие заботы. А по поводу «Каймана»… До сих пор думаю, что слишком по-доброму разобрался с теми уродами-сутенёрами, что устроили там бордель с опиумными проститутками.
Я ответил шерифу:
— Те парни в Нижнем Бронксе напились, достали ножи и бросились на бармена. А ещё домогались официантку и пытались затащить её в подсобку. «Кайман» захватили бандиты. Девушек они держали насильно. И эти мисс сейчас в полном порядке. Начали новую жизнь. В которой ими не помыкают голодранцы, что держат револьвер у виска беззащитных девиц. А их телом больше никто не распоряжается, как товаром.
— Это — дело полиции!
— Которая бы приехала в Нижний Бронкс и схватила убийц уже над двумя трупами? Извините, но я не допускаю такого «у себя дома», — выделил я последние слова, — И что-то девицы из «Каймана» тоже не пошли к вам… Как думаете, почему? Может, ваши подручные будут ловить крупных бандитов и жуликов, а «текущие» дела оставит другим людям, если они оказываются на месте преступления раньше? Например, охранным агентствам? Люди на улице доверяют «своим». Вы знаете, как непросто переплыть без ничего через океан и потом обустраиваться в незнакомой стране? Да ещё и когда полиция проводит рейды, чтобы просто всех потрясти! — намекнул я на тот случай, когда мы с Алей на пару убегали из «Парадиза» во время облавы, которую возглавлял Фэллон.
— Это — не моя идея, — сухо ответил шериф.
— Значит, вам дали приказ это сделать «сверху»? В первый день назначения? Зачем? Не задумывались? Нашли вы кого-то в той облаве? — с издёвкой парировал я.
Джон ничего не ответил. Лишь заиграл желваками.
— Что-то не клеится у вас с начальством,
