губернатора. Она не часто появлялась на работе у Славы, предпочитала не мешать и не отвлекать его от дел. Но сейчас у нее есть веская причина встретиться в разгар трудового дня.
– Полина Владиславовна? Все нормально? – она услышала голос Феди Белого, который занимал переднее пассажирское кресло рядом с водителем.
По большому счету, Федор уже не являлся телохранителем Барновских. Официально Белый представлял частную охранную компанию. Но были дни, когда Федя сопровождал Полину или Славу на важных встречах. Что же касалось Альбины, то у девочки был отдельно приставленный к ней водитель и охранник по совместительству.
– Да, Федя, все в пределах нормы, – кивнула Полина.
Белый обернулся к ней, хмурым взором просканировал, будто искал подтверждение ее заявлению.
– Будем считать, что я тебе поверил, – кивнул Федор, а Полина, улыбнувшись, покачала головой.
В офис Полину пропустили без вопросов. Секретарь встала из-за стола, стоило Полине войти в приемную.
– Доброго дня, Любовь Викторовна, – улыбнулась Полина и кивнула на запертые дверив кабинет мужа, – долго сидят?
– Здравствуйте, Полина Владиславовна! – вежливо поздоровалась секретарь, – да уж затянулось. А через час новая встреча. А Вратислав Павлович еще не пообедал.
Своеобразный отчет Полину вполне устроил. Она кивнула и присела на краешек дивана у окна.
– Я сообщу. Пусть разбегаются уже, – решительно заключила секретарь и нажала накнопку внутренней связи: – Вратислав Павлович, прошу прощения за беспокойство. Но напоминаю, что у вас с минуты на минуту состоится важная встреча с руководством.
Полина беззвучно рассмеялась и подмигнула секретарю.
– Чай, кофе, Полина Владиславовна? – предложила девушка, а Поля отрицательно покачала головой.
Спустя несколько минут, двери в кабинет Славы распахнулись, и через них потянулась длинная процессия мужчин и женщин. Поля знала почти всех поименно. Положение обязывало.
Барновская кивала и вежливо улыбалась в ответ на приветствия. А после поднялась на ноги, когда в дверном проеме появилась высокая широкоплечая фигура Славы.
Действующий губернатор, без пиджака, с подвернутыми до локтей рукавами белоснежной рубашки, выглядел прекрасно. Секунду назад муж хмурился, а стоило увидеть Полину – улыбнулся тепло.
– Люба, что у меня по встречам? – обратился Барновский к секретарю, а сам медленно приближался к жене.
Поля руками вцепилась в свою сумочку. Слава остановился в нескольких сантиметрах, и девушке пришлось запрокинуть голову, чтобы смотреть мужу в глаза.
– Через час, и потом в три у вас запланировано..., – начала отчитываться Люба, но тут же осеклась, – отменить?
– Отменяйте, Любовь Викторовна, – кивнула Полина и, подхватив мужа под локоть, первой повела его в кабинет. – Нам сто грамм коньяка и зеленый чай.
– И даже так? – усмехнулся Слава, послушно следуя за женой, а как только дверь за его спиной закрылась, остановился и привлек Полину к себе. – Все в порядке? Ты выглядишь взволнованной.
– Возможно, – Поля не сумела больше сохранять невозмутимость и широко улыбнулась любимому, – но я бы сказала, что не взволнованной, а беременной!
Слава сдавленно ухнул. Запустил пальцы в распущенные пряди. Сгреб Полю в охапку. Сжал так сильно, что, кажется, косточки начали трещать. Но Барновская не жаловалась, ждала, когда пройдут первые минуты шока, неверия, радости. Она их уже пережила, теперь наступила очередь Славы.
Руками Полина водила по спине мужа. А он рвано дышал и раскачивался из стороны всторону, баюкая Полину. Сколько они вот так простояли? Неважно.
Их идиллию нарушил негромкий стук в дверь. Любовь Викторовна принесла коньяк и чай.
– Простите..., – пробормотала секретарь, поставила поднос на край длинного стола и перевела взгляд на непосредственное начальство: – Полина Владиславовна, вы…? Мы очень рады!
Поля смеялась, потому что в ней плескалась радость, счастье, и еще целая куча эмоций, которые сложно скрывать.
– Спасибо, Люба, – кивнула Полина, радуясь, что интуиция не подвела ее, когда они вместе со Славой подбирали кандидатуру на должность секретаря Барновского. Девушка отлично справлялась со своими обязанности, более того, стала незаменимым помощником Славе. Да и Полине помогала при необходимости.
– Любовь Викторовна! – возмутился Слава, когда женщина подхватила рюмку и залпом осушила ее.
– Сейчас принесу другой. У меня припасена коллекционная бутылка на особый случай,– выдохнула секретарь и испарилась вместе с пустой рюмкой.
Полина смеялась, уткнувшись лбом в широкое плечо мужа.
Внезапно вновь открылась дверь в приемную.
– Все встречи я перенесла на завтра, Вратислав Павлович. Охрана ждет у главного входа. Ужин заказать на дом? Или в ресторане столик? – тараторила Любовь Викторовна.
– Почему у меня такое чувство, что мой секретарь все давно спланировал? В том числе нашу беременность? И все новости ей известны гораздо раньше меня, да? – фыркнул Барновский.
– Так я Полину Владиславовну на прием записывала к врачу, на сегодня, в двенадцать, – отчитывалась Люба и вновь исчезла за дверью, чтобы, спустя пару минут, опять распахнуть ее: – Все готово! Полина Владиславовна, я и вашу встречу перенесла на завтра. Заказчик не возражает.
– Еще бы он возражал, – в голос рассмеялся Слава в ответ на такую активность собственного секретаря. – Что ж, Поленька, надо убегать, пока Любовь Викторовна нас непрогнала.
Полина улыбалась, пока Слава надевал пиджак. И совсем не возражала, когда муж крепко обнял ее за плечи и повел из кабинета, а там – через приемную, к выходу.
Крепкие и надежные руки любимого согревали Полину. И плевать, что здесь совсем непринято обниматься и выставлять на обозрения свои чувства.
Оказавшись дома, Полина отключила телефон. Слава последовал ее примеру. Все важные и неотложные рабочие вопросы решат замы или Люба. Что касается семейных дел – вмешается охрана. Аля уже написала сообщение, что останется у своего парня. Значит, до самого утра Слава и Поля предоставлены друг другу.
Сейчас этот день был лишь для двоих: для Полины и Славы.
Закрывшись вдвоем в спальне, они просто лежали в своей постели, молча, глядя друг другу в глаза. Потом, после, будут планы, будут обсуждения, восторг, смех. Будет бурное празднование в семейном кругу. Все это потом. Но сейчас – глаза в глаза, и тихая радость, поделенная на двоих.
– Спасибо... – негромко и сипло шепнул ей Слава на ухо.
– Вообще-то, это наша с тобой заслуга, на двоих, – улыбнулась Полина.
– За то, что дала мне шанс, – продолжил Слава, – за то, что перестала считать врагом.
– Врагом? Ты никогда им не был для меня, любимый, – покачала головой Поля, –
