судя по тому, как в дверь уже начали долбиться, СБ-шник всё же почувствовал и начал действовать.
Более не обращая внимание на грохот снаружи, прикрыл глаза и сконцентрировался на паразите. Выделить его структуру было несложно, поверх моей руки появился Барьер Молнии. По плечу Александра прошёл разряд, он вздрогнул всем телом, с его губ сорвался крик.
Всё, на какое-то время тварюшка в отключке, о чём свидетельствовало пробуждение императора. Всё же он не был слабаком, а потому очнулся почти сразу же.
— Ч-что?.. Г-где я?.. — пересохшими губами пробормотал он, а затем сфокусировал помутневший взгляд на мне. — Д-дмитрий?
— Он самый, — серьезно кивнул я, и пока Александр приходил в себя, взял и поднёс один из стульев, усевшись на него у кровати.
— Моя рука, — с трудом принял он сидячее положение, откинувшись на подушках. — Я её почти не чувствую…
— Это временный эффект, — начал я, подбирая слова. — Болезнь вернётся.
Император кивнул, его взгляд всё быстрее прояснялся, как и заработали мозги.
— Ты можешь вылечить меня?
— Могу.
— Но? — сухо спросил он, уловив подтекст.
— У всего есть цена.
Грохот за дверью стал сильнее, что не укрылось от Александра. Спустя несколько секунд созерцания моего серьезного лица он хрипло засмеялся и покачал головой, что в его состоянии было чуть ли не достижением.
— У всего есть цена, — повторил государь мои слова точь в точь. — Я бы мог предложить тебе денег, полцарства и дочь в придачу, — улыбнулся он своей шутке, вот только его глаза оставались холодны. — Но тебе это не нужно. Так чего же ты хочешь за мою жизнь, юноша?
— Да не особо многого, — пожал я плечами и перешёл на ты безо всякого пиетета: — Тебе всего лишь нужно отречься от короны в пользу старшего сына. Передай власть Михаилу, помоги мне заставить аристократов признать его, а затем уходи на пенсию.
— Вот так просто? — приподнял Александр бровь, продолжая улыбаться.
— Именно так.
— Зачем тебе это? Я понял бы твои мотивы, будь ты выходцем из родов Совета, но присутствие Михаила на троне ничего не даст твоему роду.
— Мне хватит и того, что именно он будет править, — ответил я, а он нахмурился.
Император молчал, а я его не торопил, хотя по Барьеру долбили будь здоров. У Долгова и гвардейцев не получится его пробить, так что пусть пытаются.
— Хорошо, — согласился венценосный и спросил: — Но почему ты уверен, что я не обману тебя?
— Можешь попытаться, но результат тебе не понравится, — вновь пожал плечами, немного удивляясь, что он так быстро согласился.
Разумеется, моя угроза его не проняла и это было ожидаемо, но я предполагал подобный исход. Барьер Молнии — временное решение, но при желании я могу отправить паразита в кому. Он останется внутри, но уснёт на какой-то промежуток.
Возникает логичный вопрос, почему я сразу так не сделал? Зачем этот разговор, если можно было отрубить паразита, выиграть себе время и продолжить действовать по плану? Проблема в том, что такое можно провернуть только если пациент в сознании, иначе нихера не получится. Если Александр меня обманет, то паразит вновь очнётся и сожрёт его с ещё большей скоростью. Найти его за отведённое время, даже предполагая, где он находится, у него не выйдет. Не стоит отрицать шантаж со стороны венценосного, он найдёт чем надавить, вот только и меня тогда ничего не будет сдерживать.
Сказав ему принять лежачее положение, начал операцию. Император внимательно следил за каждым моим действием, кривясь от боли, но ни разу не закричал, хотя я знал, что боль должна быть адской. Когда всё было кончено, его рука постепенно стала возвращать подвижность, а состояние улучшилось. Только тогда, поведя плечом, он произнёс:
— Благодарю.
— Рано ещё говорить спасибо, — криво хмыкнул я. — Теперь твой черед, Александр.
Он покачал головой на подобное фамильярное общение, но ничего не сказал. А затем я снял Жёсткий Барьер, и дверь покоев слетела с петель. Внутрь ворвались гвардейцы, разозлённый Долгов и готовый к бою принц, за спиной которого летало два иллюзорных серебристых копья.
Долгов уже хотел было отдать приказ и задержать меня, о чём свидетельствовал его разъярённый взгляд, но стоило всей этой компании увидеть пришедшего в сознание императора, как напряжение сразу же исчезло.
— О-отец⁈ — прокричал Михаил и мигом подбежал к кровати. Гвардейцы и Долгов преклонили колено. — Как ты себя чувствуешь⁈
— Всё хорошо, — с улыбкой взял Александр руку сына, несильно сжав её, а затем посмотрел на Долгова. — Сергей, пора. Ты знаешь, что делать.
Подняв голову, СБ-шник в шоке посмотрел на государя, поджал губы и кивнул. Он будто знал, о чём именно сказал император, а вот мы с Михаилом не понимали.
— Как прикажете, государь…
Мигом поднявшись с колена и забрав гвардейцев с собой, Долгов удалился.
— Что именно ты ему приказал? — мне было интересно.
Если на мой вопрос и манеру общения Александр никак не отреагировал, то Михаил хотел уже возмутиться, но под взглядом отца замолчал.
— То, чего ты желаешь, Дмитрий, — с улыбкой ответил император. — Михаил станет следующим императором, а его коронация произойдёт на вручении тебе официального звания Абсолюта.
Я замер, посмотрел в глаза Александра и увидел в них усмешку.
— Ты уже передал ему власть… — дошло до меня, а взгляд Михаила, обращённый на меня, всё подтвердил.
— Я умирал и надо было действовать, — повёл бывший император плечом. — Но теперь я хотя бы доживу, чтобы помочь сыну и увидеть внуков.
Мне захотелось смеяться. Я тут уже планы расписал, а оказалось, что в этом практически нет нужды. Да… Райнер, ты мог предположить такой исход, но не увидел его.
— У всего есть цена, — вновь повторил мои слова Александр. — Я свою заплатил, Дмитрий, но моё предложение в силе.
— Это которое про деньги, полцарства и дочь? — хмыкнул я.
Михаил не встревал в наш разговор, удивлённо переводя взгляд то на меня, то на отца. Парень явно не понимал, как мы так общаемся без всех прикрас. Как простые люди.
— Полцарства, пожалуй, отдать не смогу. Скоро они будут принадлежать не мне, — улыбнулся он. — Но деньги и дочь, почему бы и нет? Абсолют с твоей силой разбавит
