— И? — удивленно переспросила Оксия.
— Уничтожил весь твой цветник, — нехотя признался герцог. — Все редкие цветы, которые ты собирала десятки лет. Спалил.
Оксия побледнела, вскочила с кресла, сжав кулаки, сверху вниз в изумлении уставилась на герцога и с трудом задышала.
— И ты позволил?! Дэнир, как ты это допустил?! Как он посмел?! Засранец! Вот мерзавец!
Она заметалась по кабинету, потом вдохнула и выдохнула, и ещё раз, пока не успокоилась.
Через некоторое время уже спокойней произнесла:
— Ничего-ничего, зато девчонка останется в этом гадюшнике из «пустышек». Цветник того стоил… Наверное.
Герцог покачал головой. Его любимой женщине цветы дороже, чем люди.
И вдруг Оксия все-таки взорвалась, снова словно фурия заметавшись по кабинету:
— Нет, какова эта Катрина! Гадина! Обвела вокруг пальца магов, ровенов и самого императора! И даже меня! Меня! А ты говоришь, что я слишком непримирима к этим «пустышкам»! Они лишние в нашем мире. Лишние! И я не устану это повторять! — она почти шипела от ярости, а когда остановилась, то гневно уставилась на бывшего любовника.
— Если бы ты только говорила об этом, — обреченно и тускло пробормотал герцог, с упреком смотря на Оксию, а та снова рассердилась:
— Ты все ещё считаешь, что я не права?! — гневно процедила.
— Да, я так считаю, и всегда говорил тебе об этом, — немного устало ответил мужчина.
— Но ты поддерживаешь меня и Роланда, помогаешь нам!
Герцог Йоргус вздохнул и поморщился.
— Разве у меня есть выбор? Ты знаешь, почему я это делаю.
Некоторое время Оксия пристально всматривалась в фигуру герцога.
— Дэнир, — медленно подошла очень близко и положила изящную маленькую ладонь на его щеку. — Когда много-много лет назад ты поклялся любить меня, несмотря ни на что, я не поверила тебе. Я… оттолкнула тебя.
Взгляд герцога оставался спокойным и внимательным, но тело напряглось.
— Но теперь я знаю, какое преданное и горячее сердце у тебя в груди, — всю жизнь ты доказываешь мне свою любовь, и ближе тебя у меня никогда никого не было и не будет. Ты мне очень дорог, — ее голос дрогнул.
— Ты мне тоже дорога, — мягко произнёс герцог, с непритворной нежностью смотря на дорогое лицо.
— Иногда мне кажется, что ты просто привык любить меня, — задумчиво проговорила женщина, ласково поглаживая его по чисто выбритой щеке.
— Если бы это было так, я бы не смог находиться с тобой рядом в последние годы, — угрюмо произнёс герцог, не отводя тусклых глаз, в которых промелькнула боль.
— Тебя настолько это гложет? — в искреннем удивлении подняла брови бывшая императрица Ровении.
— «Это»? — грустно переспросил мужчина. — Когда ты понимаешь, что любимая женщина может с легкостью отдать приказ об уничтожении невинных женщин и детей, то — да, меня «Это» гложет. Меня «Это» убивает.
— Какое нежное у тебя сердце, Дэнир, — Оксия постаралась произнести эти слова мягко, но получилось так, как она чувствовала, — презрительно. А потом она с болезненным любопытством уставилась на герцога, в красивых карих глазах промелькнула злость и недовольство.
— По-твоему, я — чудовище?
Герцог Дэнир Йоргус отвёл взгляд и промолчал.
— Надо же, — усмехнулась Оксия. — И ты это чудовище любишь до сих пор?
— Представь себе, да, — хмуро признался в чувствах Дэнир и резко встал, отвернувшись и отойдя к огромному светлому окну. Плечи ссутулились, спина сгорбилась.
А довольная его ответом Оксия легкой танцующей походкой отошла к маленькому столику и разлила бренди по стаканам. Подошла к мужчине, который любил ее всю жизнь, несмотря ни на что, и протянула стакан с бренди:
— За нашу любовь, Дэнир!
Герцог медленно обернулся, немного удивленно посмотрел на довольную женщину со стаканами в двух руках.
Дэнир протянул руку, взял стакан, они стукнулись и выпили.
— За нашу любовь, — твердо проговорил герцог, не сводя глаз с любимого лица.
Глава 43
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
«Поющая» пещера. Полуостров Стаф. Север империи Ровении.
Великий мудрец Невидимой Ровении и его десять Старцев держали совет, расположившись за круглым столом в огромной древней «Поющей» пещере.
Великий мудрец, как всегда, был одет в черную мантию, черную маску и черный колпак с прорезями, Старцы — в такие же костюмы, только серые.
Вдохновитель и участники Невидимой Ровении не собирались уже полгода, но после Зимних праздников Великий мудрец вновь всех собрал — вопросов накопилось много.
— Наши совместные действия по расширению территории Невидимой Ровении пока очень удачные, — сильным голосом вещал Великий мудрец. — Надеюсь, что довольно скоро мы сможем назвать нашу империю не только Невидимой Ровенией или Империей Севера, но Невидимой империей Севера и Юга. На Юге мы нашли много единомышленников, что очень радует, и это как бальзам на сердце после последних неудач и предательства на Севере империи.
Ненадолго наступило молчание, чтобы все прониклись словами главы ордена.
— В домене Литвин все Великие учителя и Ученики заменены на преданных братьев и сестёр, — подал голос Старец округа Литвин.
— Мы рады это слышать, — кивнул Великий мудрец, а потом повернулся к другому Старцу и с интересом произнёс:
— Хотелось бы послушать Старца домена Нарнх, который отвечает за южную операцию.
Все головы повернулись в сторону одной фигуры в серой мантии.
— Наши верные братья и сёстры на Юге проникают во все органы империи, в учебные заведения и школы. Незаметно и ненавязчиво они пытаются донести до магически одаренного населения то, что «пустышки» лишние в этом мире, чужеродные, и от них нужно постепенно избавляться. Но мы только в начале пути.
— Военные академии охватили? — заинтересованно спросил Великий мудрец.
— Стараемся внедрить братьев в военные академии тоже, — кивнул Старец округа Нарнх. — Правда, опыта взаимодействия с военными курсантами раньше не было, и здесь все гораздо сложней — несмотря на то, что курсанты считают себя элитой империи и чуть ли не богами во плоти, как никто чувствуют разницу между собой и неодарёнными, в академии их учат защищать народ, в том числе и «пустышек», которые также являются подданными империи. Программа обучения курсантов пронизана принципами, которые формируют чувства, мысли, идеи, понятия, поступки, связанные с защитой всех жителей империи вне зависимости от принадлежности к магически одаренному или нет населению. Все это очень затрудняет нашу работу.
— А что с полицейскими университетами?
— Примерно такая же ситуация.
— Какой видите выход? — жестко спросил Великий мудрец, сложив кисти рук в замок и положив на них подбородок. Пронизывающий взгляд через прорези колпака заставил докладывающего Старца подобраться и напрячься.
— Нужно на Юге организовать тайные клубы, в которые привлекать курсантов, а там уже настраивать на нашу волну, — как можно увереннее ответил Старец, отвечающий за «южную операцию». — Если затрагивать вопросы «пустышек» в академии, можно вызвать подозрение.
— Какие ещё предложения? — Великий мудрец окинул всех советников требовательным взглядом.
— Нужно побольше преданных сестёр перебросить на Юг, — произнёс уверенный женский голос. — Мужчины всегда охотнее прислушиваются к советам любимых женщин. При военных академиях есть школы целителей, нужно этим воспользоваться.
— Ещё идеи?
— Надо начать «южную операцию», а идеи придут в процессе, — произнёс один из Старцев.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Наверное, вы правы, — задумчиво посмотрел на него Великий мудрец. — Теперь мне нужны Старцы, которые помимо Старца округа Нарнх возьмут на себя организацию по внедрению политики Невидимой Ровении на Юге, найдут Старцев, Великих учителей и Учеников, Голов. Работы много.
