Т а р а н т о г а. Нет, благодарим, вероятно, нам это не пригодится. Может быть, у вас найдется что-нибудь еще?
Звонок. Надпись: «НАШЕСТВИЕ ЭМОРДАНОВ - СЕКТОР VI».
Д и р е к т о р. А, черт побери! Эморданы, хорошенькое дельце! (Нажимает кнопку. Надпись «СЕКТОР VI» гаснет, зато загораются слова: «СЕКТОР XV» и «СЕКТОР XXV». Директор лихорадочно нажимает бесчисленные кнопки, одно временно крича в микрофон.) Алло! Секция двойников?! Прошу немедленно затоплять сверху донизу! Да!
Надписи гаснут.
Д и р е к т о р. Эморданы в это время года - редкость. К счастью, у нас еще было несколько сотен гриташков… Да… Вы простите… Нас все время перебивают… Как там у вас с выхвостками? Тяжеловато? Догадываюсь. Это сущее бедствие! У меня на складе есть новейшие четвертолеты, с помощью которых вы раз и навсегда избавитесь от всех выхвостков. Вот модель… (Подает четвертолет, взятый из шкафа.)
Т а р а н т о г а. Но простите…
Д и р е к т о р. Ничего, ничего. Не стоит благодарности. Межпланетная солидарность - прежде всего. Как там у вас эмнегезы? Филуют? А часто?
Т а р а н т о г а. Собственно…
Появляется надпись: «КРАЛОФИКЦИЯ». Директор бросается к кнопкам.
Д и р е к т о р. Один момент… (Кричит в микрофон.) Внимание! Тревога первой степени! Запустить все ламиглатницы!
Т а р а н т о г а. Что бы у него попросить? Может, средство от облысения?
Х ы б е к. Пан профессор, что-нибудь для долголетия!
Т а р а н т о г а. О, действительно!
Д и р е к т о р. Я вас слушаю…
Т а р а н т о г а. А… может быть, какое-нибудь средство для продления жизни?
Д и р е к т о р (достает из ящика банку, полную больших пилюль). Извольте. Средство абсолютно безотказное в действии.
На таблице надпись: «СУПЕРКРАЛОФИКЦИЯ».
Д и р е к т о р. Одну минуту, господа… (В микрофон.) Тревога второй степени! Секция охлаждения! Немедленно дайте мне эту секцию! Что? Алло! Замораживайте всех ученых! Как? Нет, не штуками, целыми отделами! Гуманистов в последнюю очередь! Последними, говорю! Быстро! (Слышен отдаленный гул.)
Т а р а н т о г а. Простите, что-нибудь случилось?
Д и р е к т о р. Да нет, ничего особенного. Просто средство предосторожности, кралофикция всегда начинает с ученых, так что мы на всякий случай упаковываем их в наши подземные холодильники. О чем мы с вами говорили? Ах да. О средстве для долголетия? Этот препарат, так называемая двувечность долголетия, как вы видите, совершенно безопасен, принимать следует три раза в день в течение двух недель… Простите…
В комнату влетает У ч е н ы й 1, за ним У ч е н ы й 2 с атомным излучателем.
У ч е н ы й 1. Господин директор! Господин директор!!
У ч е н ы й 2. Директор тебе не поможет, стервец!
У ч е н ы й 1. Не убивай меня! Я этого не переношу!!
У ч е н ы й 2 стреляет, У ч е н ы й 1 падает.
Д и р е к т о р. Фу, что за бесцеремонность! И вы, доктор, не могли сделать этого у себя? Неужели вы не видите - у меня гости! Так надымили…
У ч е н ы й 1 лежа достает из кармана излучатель и в агонии стреляет.
У ч е н ы й 2 тоже падает.
Д и р е к т о р. Нет, настоящий скандал! Простите, ради бога… (Вытаскивает за кулисы обоих мертвецов.) Простите мне эту неприятную сцену…
Т а р а н т о г а. Но это ужасно! Они - мертвы?
Д и р е к т о р. В данный момент да. Но ведь у нас есть атомные схемы ученых, так что мы их воскресим. Другое дело, что они устраивают такие сцены по нескольку раз на неделе.
Т а р а н т о г а. Не может быть!
Д и р е к т о р. Темперамент ученых! В высокоразвитой цивилизации научные споры зачастую кончаются на атомном уровне. Так, что я говорил? Да. Значит, средство для продления жизни…
Слышен гром.
Д и р е к т о р. Не обращайте внимания, мы переживаем довольно трудный период, кажется… Ох!
Надпись: «БАЛБОЛИЗ».
Д и р е к т о р (в микрофон). Алло! Восьмая секция! Восьмерка! Дайте немедленно, алло! Почему ничего не слышно?
Надпись: «КАКАЯ ОЧЕРЕДНОСТЬ ВЗРЫВОВ?»
Д и р е к т о р (в микрофон). Взрывайте все, что удастся. В любой последовательности, только быстрее! Давайте! Не тяните! (Грохот.) Ну наконец-то у нас будет минута покоя. (Звонок.) Алло? Алло! Отогревать поочередно. Всех, конечно всех. Что? Лифты остановились? Тогда оставьте гуманистов под конец, не горит! Дорогие господа, это средство, которое вы видите, позволяет многократно продлить жизнь…
На таблице надпись: «БЫГОНИ».
Д и р е к т о р. Простите, пожалуйста, вы можете одолжить мне средство, которое я только что подарил?
Тарантога (подавая). Ну конечно…
Д и р е к т о р. Благодарю.
В окно просовывается голова быгоня. Директор кормит его с руки, быгонь ревет, умирает, голова исчезает.
Д и р е к т о р (садясь). Ну как? Скажете, плохое средство? Алло? Пятая секция? Пришлите две дюжины коробок противобыгонного. Что? Секции нет? Что значит нет? Взорвана? Почему взорвана? В спешке? Как это «в спешке»? Какое мне дело! Средство должно быть немедленно доставлено. У меня инопланетные гости… (К ним.) Уфф! Простите. Такие времена, что делать…
Слышны рычание и гул.
Т а р а н т о г а. Что, собственно, происходит у вас на планете?
Д и р е к т о р. А, ничего особенного. Эморданы, конделаки, быгони, кроме кралофикции - ничего нового. Разве только то, что камчолы в последнее время начали немного длинноусить.
Т а р а н т о г а. Это животные?
Д и р е к т о р. Ха-ха-ха! Что за мысль? От животных у нас уже давно и следа не осталось! Проще сказать, это неудачные побочные продукты нашего производства…
Т а р а н т о г а. Живые?
Д и р е к т о р. Конечно. У нас все живое.
Т а р а н т о г а. Не понимаю. Что значит - все?
Х ы б е к от скуки манипулирует с ПРОПСом. Появляется красивая девушка в эффектном платье. Эта особа представляет собой как бы воплощение мечты гимназиста о секс-бомбе, о суперкинозвезде. Двигается, соблазняюще покачивая бедрами. Несколько раз проходит перед Х ы б е-к о м. Остальных присутствующих игнорирует. Понемногу начинает искушать его улыбками, показывает ножку, наконец, принимается раздеваться. Х ы б е к вначале замирает в изумлении, потом расплывается в улыбке, поворачивает кресло, чтобы лучше ее видеть. Во время следующей пантомимы Директор и Тарантога беседуют, словно ничего не происходит.
Д и р е к т о р. У нас и фабрики и машины - все живое. Вот, например, несколько лет назад мы запустили инкубатор плавленых сырков. Производством руководил искусственный мозг. Такой мозг, как вы знаете, небезотказен… Он неожиданно разладился и начал производить быгоней. По ошибке, понимаете?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
