Новый выстрел.
— Вы рабы и обязаны выполнять мои приказы, непослушание смерть.
— Если ты убьешь моряков, то некому будет управлять кораблем.
Новый выстрел.
— Тебя уже это не касается, — негр вернулся в свою каюту.
Корабль завершал поворот на север, когда сопровождающий груз негр поднялся на мостик в третий раз.
— Все согласны следовать по маршруту или есть сомневающиеся? — спросил негр.
Ответом была напряженная тишина.
— Я не хочу оставлять в ваших сердцах сомнений.
Два раза в месяц мы отправляем корабли по этому маршруту. Каждый раз на одном из кораблей поднимают бунт, и половина экипажа погибает по собственной дурости.
— Мы не сможем держать скорость наравне с другими кораблями, ты убил десять членов экипажа.
— Нет причин для беспокойства, утром другие корабли восполнят потери.
Негр с откровенной усмешкой пошел в свою каюту, где на столе стоял хороший компас.
Первое место выгрузки принесло капитану Сэму Симпсону разочарование, это оказался русский порт под названием форт Святой Екатерины. Причем форт был самым настоящим со ста шестьюдесятью пушками, которые защищали подходы и с моря, и с суши. Мощная башня с пушками на четырех уровнях исключала любые попытки атаковать порт. Корабли выгрузили несколько пушек, порох с прочими припасами и, отсалютовав русскому флагу на форте, пошли дальше. Вторым местом выгрузки оказался русский форт Святой Елизаветы.
— Откуда здесь русские? — спросил боцман.
— Какая разница откуда? — ответил Симпсон. — Главное — они уже здесь, и без войны с Россией это место не взять.
— Это место не взять и с войной. Они построили копии своих кронштадтских фортов, штурмовать которые никто не рискнет.
После выгрузки на кораблях остались только матросы с захваченных крейсеров, которые теперь назывались просто рабами.
Сэм Симпсон беседовал с португальским генералом Бенту Гонсалвиш, которого с остатками португальских войск привезли в Танжер. Каждому было что рассказать о своих злоключениях.
— Мы уже почти закончили свой рейс и были в предвкушении свободы, — говорил капитан, — но вдруг напали черные пираты и захватили мои корабли. Так я снова стал рабом.
— Вы говорили, что на ваших кораблях были вооруженные негры. Почему они не пытались отбиться от нападавших?
— Во время нападения они даже не пытались сопротивляться.
— Какие у нас шансы в этом городе?
— У раба два пути: или евнухом к арабам в гарем, или рабом в Турцию. Следующий турецкий корабль придет через четыре дня. А как вы попали к неграм?
История адмирала была удивительной. Возле экватора стояла маленькая португальская крепость Луанда, гарнизон которой ловил рабов для бразильских ферм.
Три месяца назад негры сначала разгромили отряд работорговцев, а потом захватили саму крепость. Остатки гарнизона вернулись в Лиссабон и рассказали невероятную историю. Луанду атаковал негритянский отряд в полторы тысячи воинов, которые стояли организованным строем с двенадцатью пушками. В Лиссабоне к разгрому крепости отнеслись серьезно и немедленно отправили карательный отряд. Для карательной экспедиции генерал Бенту Гонсалвиш получил дивизию в шесть тысяч человек и двадцать четыре пушки.
Корабли вошли в гавань и без помех высадили карателей на берег. Но дальше события развивались по неожиданному сценарию. На вершине прибрежного холма появились пушки и полуторатысячный отряд негров По приказу Бенту Гонсалвиша дивизия начала строиться полковыми линиями, орудия сосредоточили в центре построения. Но негры атаковали первыми открыв огонь из своих пушек, которые вынесли на фланги. Причем свои пушки они настолько приблизили к берегу, что стреляли практически вдоль строя полков. Ядра косили португальских солдат десятками.
В это время негритянская пехота вышла на дистанцию в восемьсот метров и открыла из ружей уничтожающий огонь.
Бенту Гонсалвиш был вынужден скомандовать отступление и вызвал с кораблей шлюпки. Но ничего не получилось, пушки дикарей сначала расстреляли шлюпки, а потом перенесли огонь на корабли. Эскадра снялась с якоря, чтобы подойти к другому берегу бухты и там безопасно взять десант на борт. Дивизия попыталась прорваться вдоль берега, но в результате попала под свинцовый дождь. Под фланговым огнем вражеской пехоты и фронтальным огнем артиллерии солдат охватила паника. Бенту Гонсалвиш приказал сложить полковые знамена. Сражение поиграно, его долг — сохранить жизни оставшимся воинам.
Финал карательной экспедиции генерал Бенту Гонсалвиш наблюдал в ожидании сдачи оружия. На Другом берегу залива в кустах были замаскированы две мощные береговые батареи, которые с первого залпа пробили борта четырем кораблям. С мыса у входа в гавань раздался предупредительный выстрел еще одной батареи. И корабли, и солдаты оказались в мышеловке, карательная экспедиция потерпела сокрушительный разгром, не сумев, со своей стороны, при этом нанести какого-либо урона. Негры показали отличную выучку, а бой провели тактически грамотно. Генерал не мог не признать, что дикари использовали свою артиллерию намного лучше, чем планировал он сам. Удивила и примененная новинка — ступенчатое использование пушек. Когда солдаты атаковали вдоль берега, то двадцатипушечная батарея стреляла залпами поочередно из пяти пушек с четырехминутным интервалом. В результате у атакующих сложилось впечатление, что орудия стреляют непрерывно. Бросок последней надежды превратился в паническое бегство под непрерывным дождем свинцовой картечи.
Наконец караван из двенадцати турецких кораблей забрал всех рабов. Товарищи по несчастью распрощались, генерал со своими офицерами остался в ожидании выкупа. Вопреки ожиданиям, в Стамбуле никого не продали, только частично выгрузили пшеницу и хлопок. Кроме того, с одного корабля под усиленной охраной вынесли два тяжелых сундука. Погрузили два десятка больших и тяжелых ящиков и несколько тысяч тюков с тканью. После выхода из Босфора корабли пошли на север, но уже через час были остановлены русским броненосцем. Вопреки ожиданиям, русские пропустили корабли дальше, и скоро все рабы сошли на берег в русском порту Херсон. Через месяц Сэм Симпсон получил в Махачкале дом, его назначили капитаном колесного буксира.
Генеральный директор Тульского банка оружейников Иосиф Аврумович Бронштейн собрал ежегодный совет директоров. Доклады о повышении доходов и увеличении числа клиентов не улучшили настроения Иосифа Аврумовича.
— Что вы мне тут говорите? Какие могут быть у нас улучшения и увеличения? — не сдержался генеральный директор.
Как это какие? — удивился Абель Самуилович. — у нас филиалы во всех губерниях, есть филиалы и в уездных городах, где мы ведем дела с серьезными людьми.
— У меня в сейфе лежит более миллиона рублей золотом и два миллиона рублей серебром. Вы хотите, чтобы я выкинул эти деньги на улицу?
— Но мы не можем давать кредиты любому желающему! — воскликнул Савва Борисович.
— Почему вы не даете кредиты промышленникам и судовладельцам?
— Вы не правы, — заявил Исаак Иосифович, — они имеют кредитов больше, чем стоит наш банк, кредиты берутся пароходами и оборудованием.
— Не надо мне объяснять прописные истины, скажите, как вложить деньги. Скоро на Балтике откроется навигация и хозяин мне привезет еще тридцать миллионов, а ему скажу: «Не надо мне денег, мне и эти девать некуда»! Деньги должны работать!!!
— Но дворянам деньги тоже не нужны, — буркнул Шлема Моисеевич. — Дворяне у нас в долгах, как в шелках. За золотые украшения и аристократичную мебель им еще лет пять расплачиваться.
— На благотворительность денег добавить, церкви или школы с больницами построить.
— За прошлый год истратили четыре миллиона, на этот год запланировано шесть миллионов. Это без учета содержания институтов, больниц и школ. У благотворительности тоже есть пределы.
— Может, купить еще земли или леса?
— И что потом делать? Людей везде не хватает! Это не вложение денег, а глупость!
— У императрицы лежит проект хозяина по защите Петербурга от наводнений. Может, протолкнуть проект через Сенат?
— Деньги мы потратим, а что получим? Казна с нами долго будет рассчитываться.
— Я у Тимофея видел копию проекта, там два рукава Невы пускаются вдоль берегов, плюс центральный судоходный канал, все окружено дамбами, как в Голландии. Если поставить ветряные мельницы и откачать воду, то мы получим земли миллионов на шесть.
— Все это будет потом. Хорошо, проталкивай проект с оплатой землями вокруг Петербурга и других городов. Надо у хозяина уточнить, где он будет строить заводы.
— Хозяин хотел строить заводы в Ярославле и рядом с Ижевскими заводами графа Шувалова.
