Возразить ему было нечего. Она была своевольна и упряма, привыкла стоять на своем – словом, крепкий орешек. И она говорила дело. Несомненно, Дижа могла быть полезна.
Джакс надеялся, что Ларант не будет против.
Но вышло так, что ему и не пришлось ее спрашивать.
Она лежала в отдельной палате, что удивило Джакса: простым смертным не полагались такие привилегии. Он заподозрил, что это Дижа пустила в дело свои деньги и обаяние, чтобы обеспечить тви’леке самый лучший уход.
Ларант только что прошла курс интенсивной терапии в бакта-камере. Световой меч почти отсек ей правую руку и глубоко проник в правый бок, повредив печень и поджелудочную железу. Не прижги рану жар энергетического клинка, она бы истекла кровью, еще не упав на землю.
Когда он зашел, она была в сознании. Он снова заглянул ей в лицо и был удивлен тем, что она не спит и наблюдает за ним. Ее взгляд был еще суровее, чем обычно. Она не ответила на его приветствие. Вместо этого она сказала:
– Я ухожу.
– Уходишь?
– Из твоей команды. Я решила, что буду полезнее, действуя в одиночку и не отвлекаясь на загадки, которые должна расследовать полиция сектора. – Она подняла здоровую руку, предупреждая любые возражения или вопросы. – Я по-прежнему буду недалеко, Джакс. Думаю, наши дороги пересекутся. Но все же будет лучше, если каждый пойдет своим путем.
Джакс, все еще огорошенный вестями, преподнесенными Дижей, вовсе лишился дара речи. Он стоял разинув рот, словно падаван, впервые увидевший проявление Силы. В конце концов, не придумав ничего другого, он потянулся к ней нитями Силы, чтобы узнать ее чувства; он не ожидал встретить ничего, кроме привычного непроницаемого панциря, который она носила.
И испытал потрясение. Она была вся как на ладони.
Помедлив, он потянулся дальше. Она не защищалась, но и не ждала его с распростертыми объятиями. И все же Джакс понимал, что для этого она собрала все свое мужество.
Такое доверие требовало взаимности. Он открылся сам, обнажив свои потаенные чувства насколько мог. У него было мало опыта в самоанализе и саморазвитии: когда Храм стоял незыблемо, обучение выстраивало его поведение на свой лад. Теперь же он старался всецело раскрыться в Силе.
Он ощутил ее прикосновение, почувствовал, как ее мысли переплелись с его собственными. Сначала она действовала нерешительно, потом настойчиво и, наконец, неистово. Она что-то искала в нем.
Он понял, что она ищет, лишь когда наткнулся на это чувство в самой тви’леке. Она отнюдь не скрывала его, но выказывала его настороженно, с опаской, словно поднимала изорванный стяг на крепостной стене.
Открытие ошеломило его.
«Я никогда не думал о тебе так», – сказал он про себя, поручив Силе донести смысл фразы до адресата без ненужных слов.
«Я тоже. Но порой что-то меняется». Она посмотрела на него. Ее мысли текли спокойно и неторопливо, но чувства ее, которые он ощущал в Силе, были совсем иными. Они были глубокими и истинными, как ее любовь к свободе и справедливости. Джакс ощутил их жар, но тот сразу же пошел на спад: тви’лека справилась с собой.
«Подожди», – воззвал он, но было уже поздно: как будто захлопнулась дверь. Тяжелый психический панцирь, призванный сдерживать чувства калибром с термодетонатор, вернулся на место и одел ее целиком. Она отвела взгляд.
– Как я сказала, я буду неподалеку, – произнесла она. – А сейчас прости – мне нужно отдохнуть. – Она опустила голову на подушку и закрыла глаза.
Джакс вышел и принялся ходить по коридору, пытаясь понять, как так получилось. Он чувствовал себя глупо – но откуда ему было знать? Жизнь в Храме мало чему научила его в отношении прекрасного пола, а жизнь после, хотя и сильно отличалась от прежней, сталкивала его только с теми, кто либо тоже был далек от этого, либо использовал пол в качестве разменной монеты или оружия.
Он относился к Ларант Тарак как к товарищу по оружию, но не совсем. Он внезапно понял, почему у тви’леки стало часто меняться настроение и почему она невзлюбила Дижу Дуаре. Она не могла тягаться с зелтронкой: даже без психохимических способностей та была серьезным противником. У нее были деньги, привлекательность и такое умение одеваться, что у самых известных портных на планете текли слюнки, как у голодной нексу. Ларант уступала Диже по всем статьям.
Тви’лека умела лишь сражаться. Ей принадлежало только отважное сердце. Она отдавала себя целиком.
– Ты чем-то озабочен, Джакс? – вывел его из задумчивости голос И-5.
– Он хочет сказать, – раздался тоненький голосок Дена, – что ты выглядишь еще большим чудиком, чем обычно.
Джакс захлопал глазами. Он стоял в приемной, где с полдесятка людей и гуманоидов ждали своей очереди или вестей о близких, которым повезло меньше. Ден отделался лишь большой царапиной на правом ухе, а дроид вообще не пострадал.
– Я только что от Дижи и Ларант… – начал Джакс.
– Мы уже слышали, что выкинула Дижа, – прервал его И-5. – А как там Ларант?
– Жива и идет на поправку, – ответил Джакс. – И это радует… – Он было начал пересказывать им слова Ларант, как вдруг осознание пронзило его с такой остротой, что он замолк на полуслове и рассмеялся.
– В чем соль-то анекдота? – пожелал узнать Ден.
– Да уж, это точно анекдот! – воскликнул Джакс. Он сделал серьезное лицо и продекламировал: – Первостепенное внимание сдержанной бдительности относительно спасательной операции.
– О, где-то я это слышал, – начал припоминать Ден. – Ага, точно-точно – цефалон сказал нам это напоследок.
– Верно. – Джакс тряхнул головой. – Так он пытался предупредить нас об охотнике за головами. Об Орре Синг. Просто мы поздновато это поняли. – Джедай снова рассмеялся.
– А я думала, на этой работе никто не смеется и не шутит! – раздался у них за спинами женский голос. Они разом повернулись и увидели в прозрачной лифтовой шахте Дижу Дуаре. Лифт открыл двери, и она направилась к ним. На ней было платье, похожее на облачный наряд, который она носила накануне, но менее плотный: оно было голубое, и небольшие волны сбегали с ее правого плеча, прокатывались вниз до самого подола, набегали на ее левое бедро – и зыбь начиналась снова.
– Однако, – продолжила Дижа, – я слышу смех и вижу улыбки. Должна признаться, меня, как зелтронку, это очень радует. – Она встала рядом с джедаем и заулыбалась.
– Красивое платье, – похвалил он.
– О, у меня таких несколько. Ты еще увидишь последнее – оно сделано из огня.
Джакс усмехнулся. Он чувствовал себя превосходно, и остальное его мало волновало. Он не знал, в феромонах дело или нет, но ему было все равно. Да, проблемы никуда не делись: Вейдер по таинственной причине имел на него особый зуб, и Джаксу нужно было отомстить ситам за смерть отца. И еще он помнил данное ему Силой откровение, что Энакин Скайуокер жив, а значит, следовало отыскать юного джедая и вернуть ему пирониевый самородок. Еще оставалось решить, что делать с дистиллятом боты. Да, нужно было многое решить – когда придет срок.
А пока ему было довольно слышать смех Дижи, видеть ее улыбку, чувствовать ее прикосновения.
Краем глаза он видел, что Ден качает головой и бормочет себе под нос что-то вроде «се’лан», а И-5 согласно кивает. Джакс было встревожился, но вскоре успокоился: они просто ничего не поняли. Самое важное – это настрой: то, что заставляет вставать утром и помогает пережить день. Кто-то вроде Дижи гораздо больше подошел бы ему, чем сдержанная, суровая Ларант.
Когда-нибудь они поймут это. А пока…
– Пойдем, – произнес джедай. – Ринанн там один – нужно остановить его, прежде чем он продаст все с молотка через Голосеть.
* * *
Все дело в дроиде, внезапно понял Ринанн. Дроид – ключевая фигура. Он присутствовал при всех событиях, объединял их – и таинственную погоню с убийствами, случившуюся на Корусканте четырнадцать лет назад, и случай с Бэррисс Оффи на планете Дронгар, и открытие данных о чудесных свойствах боты.
Дроид – связующее звено. В этом эломин готов был поклясться.
Ханинум Тик Ринанн откинулся в кресле и улыбнулся. Головоломка попалась не из простых: некоторые ее кусочки отстояли во времени на год и больше и находились за пол-Галактики отсюда, и искать их было не только трудно, но и опасно. Но игра стоила свеч. Если хотя бы частица из сложенной им картины окажется правдивой, все усилия и расходы окупятся с лихвой. Эломин обретет такую мощь, что не только с легкостью восстановит свое прежнее положение, но и сможет бросить вызов самому Императору.
Да, загадка была мудреной, очень мудреной. Но на то и существуют эломины – настоящие мастера по их разгадыванию.
Подлинные мастера.
Примечания
1
Отсылка к событиям комикса «Джедай: Аайла Секура», после которых Орра Синг и угодила в тюрьму на Уво-4.
