выполнял без отвращения, но и без энтузиазма. В финале по совету Игнатьева на полчаса поместил оба изделия в раствор соли и соды в живой воде. Темный налет окислившейся меди постепенно пропал.
Работа с камнесталью, идея насчет барельефов и защитных камней подкорректировали мои приоритеты. Доработал свое исходное украшение начинающего масона — теперь навык повышался на единичку и две десятых доли. И сразу же проверил на присланных Булатом болванках. Экипированный браслет Каменщика действительно влиял на зачарование аналогичных изделий, но база знаний подсказывала огорчительную новость: напялить по украшению на каждую руку смогу, но толку не будет. Выход один — делать диадему или кулон. Вот только этих схем у меня нет, надо выпрашивать доступ к алтарям, искать. Не проще будет купить искомый артефакт через Тамару?
Идея ходила-бродила на периферии сознания, а тут внезапно пришла и расселась по-хозяйски! Откупорил футляр и поинтересовался у Наблюдателя, не желает ли тот стать ключевым элементом фокусного камня.
— Неожиданно.
— Это все, что ты можешь сказать на мое щедрое предложение? Гениальная же идея! А какие перспективы!
— А мне это зачем?
— Хорош прохлаждаться, пора поработать! Знаешь, в нашем мире верят, что трудом можно искупить былые прегрешения, воспитать лучшую версию себя. Более того, наши ученые полагают, что труд сделал из обезьяны человека. Значит, и с коварным аборигеном справится.
— Нет ни малейшего смысла меня оскорблять.
— Ой, все. Какой ты чувствительный мальчик, Томми!
— Я не Томми.
— Знаю. Ты же специально не говоришь грязедемону Борису свое имя. Чтобы я не получил над тобой абсолютную власть. Заточить бы тебя в игрушку для половых утех. Признавайся, негодник, хочешь изучить богатый внутренний мир принцесс из башни? Или ты по принцам?
— Борис, я выбираю фокусный камень.
На мой взгляд, Наблюдатель сдался слишком легко. Напомнив отчаянную просьбу братца Кролика из детской сказки: «Только не бросай меня в терновый куст!».
— Что, прям вот навсегда готов заселиться?
— Мне не дано знать свою судьбу.
— Ладно, не бойся. Я быстро расту и надолго в рабочей приспособе ты не задержишься. Но придется потрудится.
Пленник не ответил, но меня игнором не проймешь. В общей сложности годы сожительства с психо-террористками закалили меня безмерно. Могу закинуть его в безмолвие пространственного кармана на недельку, но мне незачем самоутверждаться, мне нужен фокусный камень. Сегодня. Сейчас.
— Ты прикинь, каждый день масса новых впечатлений от общения со мной! Узнаешь множество важных секретов, опять же. Поднять мои параметры будет проще, мы ведь договорились?
Наблюдатель опять не ответил. Наверное, не считал схемы производства примитивных изделий важными секретами. Или не горел желанием помогать мне за идею.
— О, мудрейший из мудрых! Узри же прекрасное завтра! Ты будешь занят созидательным трудом, активно спасая ваш мир от Бездны. Однажды ты выведешь всех своих внуков на балкон личной башни и скажешь им: смотрите, мелкие спиногрызы, я спас этот мир ради вас! Совсем чуть-чуть мне помогал демон Борис по прозвищу Суетолог. Но если бы не я, этот мир рухнул в Бездну! Ты записываешь?
Пока мотивировал арестанта сотрудничать, высыпал на рабочий стол горку добытой прежде асфальтоподобной щебенки, разровнял и при помощи башенного ключа напитал энергией. Не забыл перед началом работы нацепить диадему и улучшенный браслет Каменщика.
— Я уже согласился! — простонал пленник, — Чего тебе еще надо, грязедемон?
— Как что⁈ Твое активное участие, о разумнейший из разумных! Мне нужен лучший фокусный камень в нашей Дикой Перди! Гордость мастера, понимаешь? Чтобы у Бобовича глаз выпал!
— Борис, а ты точно артефактор?
Бабушка была права: с кем поведешься, от того и наберешься. Этот гад набрался от меня нехорошего.
— Я в тебя верю, мой хитровыделанный друг! Вопреки всему верю! Погнали творить шедевр!
Глава 18
Ночью оазис накрыл незапланированный, но обильный ливень, подарив растениям желанную влагу, а людям пару часов восхитительной свежести перед рассветом. Небесная благодать в строго необходимом количестве омыла листву и траву, прибила пылищу и впиталась в почву без остатка. И грязи нет и сорколинам пару дней никакой мороки с поливом грядок. Запасы воды увеличились без человеческих жертв и каких-либо телодвижений. Хорошо? Просто прекрасно!
По холодку Петрович утащил меня в башню, не позволив не то что насладиться свежестью, но и принять душ, выпить чашечку кофе, манерно отставив мизинец при этом. По поводу спешки у нас сложилось взаимопонимание: я почти не возмущался, а он не ругал меня аристократом-дегенератом и разными обидными словами. Правда, подгонял безжалостно, словно нас ждал Искандер собственной персоной. И когда я-таки разогнался, инвалид отстал на деревяшке и, запыхавшись, воззвал к моим личным качествам в своей манере:
— Свиненок ты, Борька, неблагодарный и шуток не понимаешь!
— Не перехвалите меня ненароком, Николай Петрович!
— Позвезди мне еще, щегол пестрожопый!
— Отстаете, Николай Петрович! Хорошо, не в развитии!
Едва мы, подвинув длинную очередь, ввалились в алтарный зал, Матвей благоразумно выскочил, прихватив корзину с хлебными лепешками из продовольственной поставки. Мешки с мукой и крупой остались у стены. Управляющий заявил с лестницы, что еще не закончил и будет жаловаться, но Пабло убедительно и почти без мата попросил господина управляющего потеряться.
Для эксперимента с получением табельного оружия комендант привлек троих молодых дружинников. Для статистики. Их руки привычно сжимали разные убойные предметы и элементы экипировки, приготовленные отправиться в божественные мастерские. Глаза мужиков светились предвкушением. Не знаю, чего им наговорили и каких чудес они себе домыслили сами.
— Боря, не подведи! — напутствовал Баталер, переживая сильнее моего.
Вчера улучшил Божественный язык бусиной, а прочие необходимые для контакта с мастерами навыки упорной работой. Поэтому был уверен в себе на все триста процентов. В любом случае, ожидается интересный опыт.
С подачи Баталера начали с даров Тысячеликого. Каким-то немыслимым образом, у меня появилась возможность выбирать из предложенных вариантов желаемый. Едва Петрович шагнул к триолиту, не касаясь его, как в системе управления появился список подходящих баз для передачи, который я озвучил:
— Владение мечом, владение арбалетом, заклинание «Физический щит», «Ободрение ближнего», специальную способность «Сокрушающий удар».
Ни для кого, кроме меня и дружинников новая возможность сюрпризом не стала.
— Во! Вот удар бери! — предложил возбужденный Пабло.
— Не учи отца и баста! — охладил его пыл Петрович, жертвуя Тысячеликому черную жемчужину и дюжину граммов песка, — «Сокрушайка» с дробящим хорош, а у тебя с дубиналом только двое охломонов бегают. На
