все они, как видно на картах, отрезаны от своих «коллег» на западе ареалом бытования культуры шаровидных амфор.
Шаровиков мы выводили в качестве оконечного результата волнового преобразования культур, стартовавшего всё из того же степного-лесостепного ареала. А что по их поводу может сказать генетика?
А вот что. В Европе мы сегодня видим R1a-L664 (или R1a1a1a) – немногочисленную и бытующую только в Западной Германии, Нидерландах, на Британских островах и… в Скандинавии (если говорить о её потомках-субкладах) гаплогруппу. Но по происхождению она – самый древний субстрат на территории Западной Европы, попавший туда ещё до разделения R1a1а1 на азиатскую и европейскую ветви. Сформировалась она, согласно данным Yfull, 4700 тысяч лет назад (ПОП, последний общий предок, – 4100 лет назад). И попадает население с этим маркёром как раз на время бытования на этой территории культур воронковидных кубков и шаровидных амфор. А они обе выводятся из земледельческо-скотоводческой части ареала степных культур. Конкретно – среднестоговской, которую мы и видим первою, отправившуюся во время засухи искать лучшую долю на прохладном севере.
Субстраты R1aв Европе
Следовательно, материнская для R1a-L664 гаплогруппа и будет гаплогруппою среднестоговцев. Это гаплогруппа R-CTS4385.
На следующей картинке видна эта часть генеалогического древа R1a:
Ещё раз только напомним сами себе, что гаплогруппы лишь в общих чертах можно идентифицировать с археологическими культурами, как и археологические культуры – с этносами. Поэтому скажем корректнее: мужчины с маркёром R-CTS4385 присутствовали среди среднестоговского населения.
Соответственно, предковая R-M417 (R1a1a1) появляется 8,5 тысячи лет назад, а последний общий предок жил 5,5 тысячи лет назад. А по географии она оказывается в пространстве между Днестром и Волгою! И примерно совпадает это с бытование буго-днестровской культуры, которая – вот ведь совпадение! – после опустошения примерно в 7500 году назад этого региона вследствие нашествия носителей культуры линейно-ленточной керамики мигрировала остатками населения –
– в ареал днепро-донецкой культуры, где сыграла свою роль в создании среднестоговской культуры. /164/
Что называется – бинго! Генетика подтвердила археологию и подтвердилась археологиею. А всё вместе опять приводит нас через M198 (R1a1a/старый R1a1) всё к тому же «Балканскому рефугиуму», с которым связывают М198 (formed 14100 ybp, TMRCA 8500 ybp – анетовско-кукрекские культуры). А далее – к оленьеостровскому парню. Это уже упоминавшийся мужчина с Оленьего острова на Онеге. Только вот принадлежал он к Y-хромосомной линии R1a1*-M459+. То есть представлял совсем другую популяцию, никак не связанную с ямниками. Чего, конечно, и следовало ожидать, раз его возраст оказался 8800–8000 лет назад. Причём, если судить по краниотипии, парень этот пришёл с юга. Возможно, всё из того же «балканского убежища».
С ямниками он не связан не то чтобы совсем – субклад R1a1-M459 вообще предковый для всех R1a, кроме разве что R1a* и R-YP4141. Просто этот конкретный парень со звёздочкой умер 8 тысяч лет назад, а последний общий предок людей М459 жил 14 100 лет назад. То есть родичи, как все R1a, но очень дальние.
Так что чтобы быть предельно точным, то к той стадии развития R1a, когда она ещё мигрировала в разные стороны из протоцентра в Центральной Азии.
А поскольку все эти субклады – с одного «куста», то очень похоже, что они когда-то и образовывали ту языковую группу, которую иногда называют «германо-балто-славянским единством». И скорее всего, именно это и сыграло решающую роль в разделении некогда общего языка шнуровиков на названную общность и на – условно – кельтскую. Которая сложилась вокруг «оторвавшихся от корней» на западе Европы парней с преимущественно R1b и приняла влияние тамошних кентумных наречий.
А совсем на восток – по степям – ушли (или стали уже там) преимущественно R1a-Z93. Их можно определить как будущих «протоариев» – это как раз андроновцы-синташтинцы. И здесь у этих ребят и развились языки, которые стали называть индо-иранскими.
Но это в скобках. А перед нами, очевидно, вновь выступает на первый план то же социально-биологическое обстоятельство, что когда-то делило человечество на гаплогруппы. Опять же повторюсь: мы не знаем сейчас, что было первично – мутация, срывавшая голову некоему опассионарившему парню, который вставал и уходил, уводя за собою часть общности, или же разделение общности по неким объективным причинам, вслед за которым выделившуюся часть популяции осеняла мутация как следствие новых условий среды. Но разделение ямников на разные субклады, очевидно, происходило под влиянием неких вождей. Которые в условиях изменившейся среды «знали, как надо». И, соответственно, уходили, собирая и забирая воинов своего рода и их женщин.
А уж потом складывались большинства уже в новых популяциях.
Так что избежим распространённой ошибки, согласно которой топорники с R1b ушли покорять Западную Европу, а R1a – Восточную, хотя нечто подобное я сам только что говорил. Но нет, речь и тогда, и сейчас шла о другом: расходились смешанные общности, но всегда существовало некоторое большинство одних, которые постепенно его и усиливали за счёт меньшинства. В силу простого родового характера тогдашних обществ.
Именно это обстоятельство и позволило примерно в эти же времена преимущественно выделиться в Скандинавии гаплогруппе I1, хотя прежде здесь, как и везде, превалировали I2. Правда, для этого нужно было кому-то насильственным образом сделать большинство меньшинством. И этим «кто-то» были топорники, которые и извели в Скандинавии местных носителей I2a-M423. И не только в Скандинавии, а вообще по Западной Европе. И вот их место и заняли носители I1, жившие севернее и в условиях охотничьей, а не оседлой жизни. Поди доберись до них со своим топориком. Скорее, сам ёжиком окажешься, утыканным стрелами из-за ох каких пригодных для обороны лесистых скал Скандинавского полуострова…
А вот в западной части Европы – на территории Франции, Швейцарии, Италии и Испании – ещё 7 тысяч лет назад оседло жили культуры не очень понятного происхождения – шассей (Франция), лагоццо (Италия), кортайо (юг Германии, Швейцария). Вероятно, это именно они были авторами мегалитических сооружений и при этом сохраняли значительную долю маркёра I в своих общностях. Вот на них и набросились благодарные от обилия богатств и женщин ярые потомки степняков в первом-втором поколениях.
И получилось в итоге в Западной Европе – уже хорошо населённой, освоившей чуть ли не городскую цивилизацию, строившей, фигурально говоря, небоскрёбы – для тогдашних-то условий, – распространение R1b несколько насильственного характера. Через захвативших эти города, сообщества и женщин представителей вооружённой элиты. Потому мы и видим сегодня совсем другие антропологические типы индоевропейски говорящих французов и испанцев, нежели северно– и восточноевропейские: Y-хромосому-то ты свою внедрил, но антропологический тип большинства, в создании которого женщины тоже частично участвуют, перебить не в состоянии.
В Восточной Европе картина несколько иная. Конникам тут
