Читаем без скачивания Два дня и три ночи - Алистер Маклин

– Вы спросили у меня, зачем я пришла... – наконец отозвалась она с улыбкой, которая словно была приклеена на ее лице.

– Я знаю, мадам. Вы хотели бы услышать одну историю. Это непросто, мадам. О начале этой истории могут рассказать только несколько человек в мире. А финал знает только один из них. И вы, мадам, обратились по адресу.

– Да, – признала она. – Я хочу знать все. Когда я дебютировала в театре, я играла маленькие роли, но всегда понимала, какое значение они имеют для целого спектакля. Это очень важно, иначе я бы ничего не смогла сделать. Здесь я тоже играю совсем небольшую роль, но мне дали текст и показали мизансцены, совершенно не объяснив смысла и содержания пьесы. Я появляюсь на три минуты во втором действии, не зная, что было в первом, и играю несколько эпизодов в третьем акте, не имея понятия, что будет в четвертом. Это унизительно для актрисы. И для женщины.

– Вы действительно не знаете, как начиналась эта история?

– Честное слово... Можете мне верить...

Я поверил ей, поскольку знал, что она действительно говорит правду.

– Тогда принесите мне чего-нибудь общеукрепляющего. Бутылка там, в кают-компании. Иначе я не смогу связать и двух слов.

Она охотно согласилась, и скоро я имел достаточно сил, чтобы связать не только два слова, но еще и двоих пиратов. Хотя неизвестно, что в данный момент было сложнее.

– Это будет рассказ о некоем триумвирате, – начал я, – в котором роли Цезаря, Помпея и Красса исполняли люди, хорошо, и даже очень хорошо вам знакомые: сэр Антони, его бухгалтер, а вернее, финансовый поверенный Лаворский и Долльманн – административный директор «Океанских линий Ставракиса», непосредственно связанных с «Нефтяным сообществом» вашего мужа. Сначала я думал, что шотландский адвокат Мак-Кольм и парижский банкир Анри Бишар работают с этой «святой троицей» в одной упряжке. Но я ошибался. Во всяком случае в отношении Бишара. Его пригласили, чтобы поговорить о делах, а при случае выведать информацию, необходимую для подготовки новой аферы. Но француз вовремя понял, куда ветер дует, и сбежал. Мак-Кольм последовал его примеру.

– Оба не остались тогда на «Шангри-Ла», они переночевали в отеле «Пальмира» и больше не появлялись на яхте.

– Возможно, им не понравилось, как ваш муж обращался с вами.

– Я тоже была не в восторге... Но в чем состоял замысел?

– Он был не так уж сложен. Но для его воплощения необходимо было, чтобы в исполнителях в полной мере присутствовали такие качества, как беспринципность, жестокость, неудержимое стремление к обогащению любой ценой, и одновременно отсутствовали понятия о жалости, чести и справедливости. Если бы это сочетание встречалось среди людей достаточно часто, пиратам уже очень скоро пришлось бы грабить своих коллег. Но поскольку это не так, у них остаются определенные преимущества перед честными людьми. Во всяком случае на первых порах. Так вот. Инициатором и мозгом всех махинаций был Лаворский – я думаю, что сумею это доказать в суде. Однажды он понял, что королевству Ставракиса насущно необходим прилив свежей крови – живых наличных денег, и решил, что нужно придумать что-нибудь незаурядное, используя, к примеру, морские возможности сэра Антони.

– Но мой муж миллионер. Он владеет самыми дорогими домами, кораблями, самолетами...

– Я имею в виду другое. Ему не хватало денег точно так же, как не хватало их владельцам заводов, газет и пароходов, которые в период великой депрессии десятками прыгали из окон верхних этажей небоскребов. Владение недвижимостью не всегда синоним богатства. Впрочем, сейчас не время для лекций на экономические темы. – Я подумал, что последняя фраза была совсем неплоха в устах человека, который никогда в жизни не имел никаких сбережений, и продолжал: – Лаворский предложил перехватывать корабли, транспортирующие ценные грузы на суммы от миллиона до нескольких миллионов фунтов стерлингов.

От удивления Шарлотта приоткрыла рот. У меня уже давно не было таких зубов, как у нее. Большую часть я потерял в стычках с врагами деда Артура. А сам дед, несмотря на преклонный возраст, посещал дантиста только в целях профилактики.

– Вы все это придумали... – прошептала она.

– Все это придумал Лаворский. У меня бы не хватило фантазии. Итак, цель была сформулирована. Теперь требовалось решить три проблемы. Первое: где получать информацию о ценных грузах (грабить случайные туристические яхты компаньоны с самого начала признали неэффективным). Второе: как организовать процедуру захвата кораблей. И, наконец, третье, возможно, самое сложное: где прятать похищенные корабли те несколько дней, которые были необходимы для вскрытия сейфов и перетранспортировки награбленного. С первой проблемой на том высоком уровне общения, который имел сэр Антони, справиться было не так уж сложно. Они воспользовались болтливостью или просто подкупили нескольких важных чиновников из финансового мира. Это доказывает их попытка наладить контакт с Бишаром. Я не думаю, что когда-нибудь нам удастся предъявить этим людям обвинение, но почти уверен, что мы сможем привлечь к ответственности главное связующее звено этих контактов – нашего доброго знакомого лорда Чарнли. Думаю, он выполнял роль своеобразного сводника. Я также думаю, что здесь очень пригодились связи титулованного маклера со страховыми компаниями. Ведь все пропавшие грузы были застрахованы, а в страховых документах есть информация о дате и месте отправки, маршруте и так далее.

– Но ведь лорд Чарнли такой богатый человек!

– Поймите, Шарлотта, богатство – категория неоднозначная. Он мог поставить не на ту лошадку в своих биржевых комбинациях, мог ввязаться в какую-нибудь финансовую операцию, которая закончилась крахом, а может, он действительно очень богат, но не умеет усмирить свою страсть к наживе. Деньги – это своего рода алкоголь. Одни умеют пить, другие – нет, эти становятся алкоголиками. Но вернемся к нашему триумвирату. Долльманн решил проблему номер два: он организовал процедуру похищения судов. Это тоже было не слишком трудно: ваш муж высылает свои танкеры в места не слишком цивилизованные, и стоит ли удивляться, что ему было нетрудно связаться с не слишком цивилизованными людьми. Впрочем, Долльманн сам не вербовал рекрутов для пиратской армии. Этим занимался его полномочный представитель – капитан Стикс, имевший богатое прошлое и большие связи в соответствующих кругах. И вот пришел день, когда команда пиратов была укомплектована, и оставалось только ждать выхода в море первого, а затем и очередных кораблей, предназначенных к похищению. В такие моменты вас с горничной высаживали на берег, а на борту «Шангри-Ла» появлялись господа пираты, а чуть позже – и их жертвы. Посредством постановки определенных сценариев – я вам о них еще расскажу – Стикс и компания захватывали корабли, плененные команды перевозились на берег, а корабли уводили к тайнику. Где бы вы спрятали корабль?

– Я... откуда я знаю? В Арктике... или где-нибудь на необитаемом острове... Я не знаю... Ведь корабль очень большой.

– На самом деле эта задача решается элементарно. Теоретически можно очень надежно спрятать любой корабль в любом месте. Достаточно утопить его.

– Так просто?

– Да, так просто. Мне кажется, я знаю, где сейчас располагается самое посещаемое и перегруженное морское кладбище в мире. Это место называется очень поэтично – «Вход в гробницу». В минуты, когда море спокойно, когда наступает равновесие между приливом и отливом, вы приводите корабль в заранее выбранное место и... буль-буль-буль... Сравнивая график приливов и отливов с датами похищений, можно сделать однозначный вывод: пять кораблей затонули около полуночи. Наверняка это было очень поэтичное зрелище. «Вход в гробницу». Можно ли найти лучшее место и название?

Она уже не слушала меня.

– Но ведь... – прервала она мой монолог. – Но ведь это рядом с островом лорда Кирксайда.

– Именно поэтому подводный тайник устроили в этих местах. Выбор сделал ваш муж. Он ведь давно знаком с лордом. Вчера я виделся с Кирксайдом, но он держит язык за зубами точно так же, как его очаровательная дочь.

– Вы встречаетесь со многими людьми. Я ее совсем не знаю.

– Очень жаль. Она считает, что вы интриганка, заарканившая беднягу-миллионера. Вообще-то она хорошая девушка. Но смертельно напугана. Она боится за свою жизнь и за жизнь нескольких близких ей людей.

– Почему?

– А как вы думаете, каким образом бандиты смогли убедить лорда Кирксайда участвовать в их деятельности или по крайней мере не мешать ей?

– Они могли его подкупить.

– Подкупить такого джентльмена? К тому же шотландца, дворянина и старейшину рода? За все сокровища мира лорд Кирксайд не пошел бы даже на такое преступление, как безбилетный проезд в автобусе. Да что там! Лорд скорее согласился бы, чтобы этот автобус переехал его насмерть, чем поступился бы своими принципами хоть на йоту. Он неподкупен, что не так уж часто встречается в наше время. Впрочем, я знаю еще одного-двух таких людей. (Стоило ли уточнять, что одним из моих неподкупных знакомых был я сам?)