предприниматели, предлагая продать им «лицензию» на производство товаров под моим именем, я даже не знала, что это слово означает. Кого только среди них не было: и семейный бизнес по продаже шелковых платков, и опытный бизнесмен с 7-й авеню, который хотел продавать рубашки, сделанные из тканей Ферретти, и владелец небольшой фирмы по продаже чемоданов, который хотел выпустить новую коллекцию сумок под моим именем, и ловкий предприниматель, решивший заняться изготовлением очков. Я подписывала контракт за контрактом, пока мое имя не появилось на 17 категориях товаров. К концу 1976 года продажи по лицензионным соглашениям перевалили за сто миллионов долларов. Мне было 29.
Казалось, все, к чему я прикасаюсь, превращается в золото. Косметическая линия, которую я разработала вместе с подругой просто потому, что люблю косметику, не была исключением. Идея начала зарождаться, когда в одной из поездок я потеряла всю свою косметику и мне надо было срочно найти ей замену, но оказалось, что продукция, которая продавалась в универмагах, безнадежно устарела – и с точки зрения упаковки, и даже запаха. Все косметические средства были слишком скучные и не соответствовали новому игривому настроению, царящему в моде. «Раз у меня так хорошо получается одевать женщин, – сказала я себе, – почему бы не дать им возможность поэкспериментировать с ярким макияжем, который сделает их еще красивее?»
Лично я обожала пользоваться профессиональным театральным гримом, который продавался в магазине Make-Up-Center в квартале от моего первого офиса. Я не могла устоять перед красными, лиловыми, бирюзовыми и фиолетовыми баночками и скупала все цвета, что у них были. Мне нравилось усаживаться на большую квадратную столешницу в своей ванной, опускать ноги в раковину, чтобы быть ближе к зеркалу, и пробовать разную косметику. У меня было подходящее для макияжа лицо: широкие верхние веки и выразительные скулы. Другим я тоже любила делать макияж и хорошо в этом наловчилась.
Идея превратить это увлечение в бизнес укрепилась неожиданным способом. Я была в Лос-Анджелесе, в отеле Beverly Wilshire. В то время у меня был мимолетный роман с кинозвездой Райаном О’Нилом, и он должен был зайти за мной, чтобы мы вместе потом отправились на ужин. Поднявшись ко мне в комнату, он начал подкалывать меня из-за количества косметики, которая стояла у меня в ванной. «Зачем тебе все это нужно?» – спросил он.
Хоть он и был большой звездой, а я всего лишь его молоденькой поклонницей, я не смогла оставить без ответа его снисходительный тон. «Мне это не нужно. Мне просто это нравится», – ответила я.
Он не отступился и продолжил с высокомерием поучать меня, тогда в ответ я решила похвастаться. «Я подумываю купить этот бренд», – сказала я. Это был блеф чистой воды, но в тот самый момент я решила, что выпущу собственную линию косметики и займусь бьюти-бизнесом.
Дурацкая идея на самом деле. При всей своей любви к косметике я ничего не знала об этом бизнесе. Как и моя подруга Сильвия Шантекалье, которая только что переехала из Парижа со своим мужем Оливье и новорожденной дочерью и искала, чем бы ей заняться. (Сейчас у нее своя очень успешная косметическая линия, которой она занимается вместе со своей дочерью, теперь уже взрослой малышкой Оливией, – я помню, как она училась ходить среди банок с декоративной косметикой и кремами.) Сильвия тоже обожала косметику, так что мы стали ездить по лабораториям и общаться с опытными разработчиками товаров с целью определить дальнейший план действий. «Выпустите парфюм, – твердили нам все как один, – на этом можно отлично заработать».
Я понятия не имела, с чего начать, поэтому наняла специалиста в этой области – бьюти-консультанта Боба Лоэба, и втроем мы разработали мой первый парфюм – легкий приятный аромат, названный в честь моей четырехлетней дочери Татьяны. В парфюме «Татьяна» сочетались чудесные ароматы белых цветов – гардении, жимолости и жасмина. В качестве рекламной кампании мы распространили тысячи бесплатных пробников аромата, прикрепив их к биркам платьев, которые я отправляла по всей стране. Официальные продажи парфюма «Татьяна» начались в 1975 году, и он довольно быстро стал очень популярным, а также положил начало волне новых цветочных ароматов, таких как, например, «Чарли» от Revlon.
В процессе работы над усовершенствованием парфюма и развитием косметической линии я начала собирать информацию для написания своей первой книги «Книга красоты Дианы фон Фюрстенберг: как стать более привлекательной, уверенной в себе и чувственной женщиной». Довольно смело с моей стороны было полагать, что я могу раздавать такие советы в возрасте 28 лет, но где бы я ни появлялась, меня спрашивали, как я живу, что ем, как поддерживаю себя в форме и какой косметикой пользуюсь. Всем было интересно узнать мои секреты красоты, и я решила написать об этом книгу. На самом деле я не считала, что у меня есть какие-то секреты, но эти вопросы заставили меня задуматься о концепции красоты.
А еще у меня был скрытый мотив. Таким образом я хотела разузнать все, что только можно, про бьюти-бизнес. В поиске материала для книги я беседовала со множеством экспертов о питании, процедурах для волос, уходе за кожей, занятиях спортом, косметике – обо всем, что было связано с вопросами красоты. Собирать данные для книги мне помогала Эвелин Портрет, очаровательная жена Боба Лоэба. Книга была опубликована в 1976 году и хорошо продавалась.
Презентация нашей косметической линии состоялась в конце 1975 года в маленьком магазинчике, который я открыла на Мэдисон-авеню (недвижимость в то время была дешевой). В передней части помещения я установила четыре небольшие стойки с высокими стульями, где можно было экспериментировать с тестерами, – мне хотелось, чтобы женщины получали такое же удовольствие от процесса, как и я, когда развлекаюсь с косметикой, сидя на краю столешницы в ванной. Этот бутик стал моей версией магазина Make-Up-Center, и я была от него в восторге. Как и женщины, которые приходили без четкого понимания того, как лучше наносить макияж, а уходили с кучей товаров и индивидуальной схемой, которую им подбирал наш профессиональный визажист Николас. В семидесятые было модно наносить много косметики, так что наш проект пришелся как нельзя кстати.
Я была довольна своим маленьким косметическим стартапом – мы с Сильвией не вкладывали в него много денег, продавали товары в заводской упаковке, работали в моей квартире и особо не спешили делать из него что-то большее, чем магазин на Мэдисон-авеню. Наконец легендарный Марвин Трауб из Bloomingdale’s уговорил меня открыть там свой косметический бренд-корнер и запустить продажи по всей стране. Я тогда была очень занята работой над платьями и своими лицензионными товарами, а сделка с Bloomingdale’s означала необходимость нанимать дополнительных
