class="p1">- А он вбил, что вы с Кириллом должны пожениться? - спрашиваю осторожно. Рита кивает.
- Он считает, я просто дурю. Перебешусь и буду жалеть, что совершила ошибку, отказавшись от Кирилла. Просто не знает, что его любимец обычный кобель, который еще и изменял мне. А может, ему и на это плевать. Главное же, что статус подходящий.
Рита выплевывает последние слова со злостью, явно пародируя отца. Так, кажется, нас ждут еще новые испытания. Вряд ли Ритин отец сильно обрадуется нашему с ней роману. Тем более, если учесть все обстоятельства. Но сейчас мне не хочется об этом думать. Хочется только утешить, успокоить Риту.
Одно ясно: откладывать разговор с Кириллом нельзя. Иначе, боюсь, весь удар окажется направлен на девушку, а это полное дерьмо. Решено, завтра, как только друг появится в офисе, все ему расскажу. И с Ланским переговорю. Как раз ведь ему документы повезу.
А сейчас...
Я беру пальцами Риту за подбородок, чуть его приподнимая, девушка вопросительно смотрит мне в глаза.
- Я знаю один хороший способ расслабиться, - говорю ей с улыбкой. Глаза Риты тут же вспыхивают огнем, выбивая у меня из легких воздух. Она сама тянется ко мне и целует нежно, ласково, и при этом страстно.
Отстранившись на пару сантиметров, спрашивает:
- Все будет хорошо?
И если пару дней назад я не мог дать сразу утвердительный ответ, то в этот раз говорю, не задумываясь:
- Да.
Потому что теперь я все сделаю ради нас. Может, высокопарно звучит, или даже банально, но так и есть. Я никогда ни к кому не испытывал того, что чувствую к ней. И потерять это все не имею никакого права.
Она молча смотрит на меня, а потом кивает и начинает целовать.
Глава 32 Рита
Странный день. Я то порхаю, окрыленная новым чувством, то зависаю от предстоящей неизвестности. А грудную клетку то распирает от счастья, то сдавливает тягостным спазмом. Дима просил дать ему возможность самому все объяснить Кириллу, но когда приезжаю домой, жалею, что пообещала ему не рассказывать о нас первой. Впрочем, он не запрещал. Просто я понимаю, как для него это важно.
Кирилл, видимо, догадываясь, что я определила его номер в черный список, звонит с неизвестного. Но я узнаю об этом, лишь подняв трубку. Отвечаю резко, что говорить нам не о чем, и на его жалкие попытки оправдаться, выпаливаю - меня это уже не волнует.
Да, мне интересен другой, но кто, не поясняю, кладу трубку и в сердцах отбрасываю телефон, а потом резко поднимаю голову, обращая внимание, что дверь в мою комнату открыта.
На пороге стоит папа, и, кажется, разговор он слышал. Стоит с таким мрачным видом, словно я во всех грехах виновата. Я и так постоянно чувствую его превосходство, а сейчас к тому же сижу, становится неуютно, и я поднимаюсь с кровати, гордо выпрямляясь.
- Что между вами произошло? - спрашивает он так просто, словно откровения между нами обычное дело. Вместо ответа хмурю брови:
- Снова будешь его защищать?
- Тебе ведь нравился Кирилл, замуж за него собиралась, а теперь вдруг мнение поменяла.
- Передумала.
- Так нельзя, сначала хочу, потом не хочу, - качает головой отец. Его строгий взгляд прибивает к месту, но мои щеки пылают от негодования.
- А что ты так печешься за него, я не понимаю?
- Дело не в нем. Мы всегда всё для тебя делали, я много работал и работаю, чтобы вы с мамой ни в чем не нуждались. Но вижу, что для тебя вообще не имеют ценности мои старания. Вбила себе в голову глупости, взять хотя бы твой проект - я согласился помочь, вот только ты устроила из этого целое представление. Твой мужчина не обязан вникать в твои дела.
Последнюю фразу отец выплевывает небрежно, а я ещё больше закипаю. Просто невероятно, как Кирилл перевернул всё с ног на голову! И видимо, это было не так сложно, учитывая, что папа в Кравцовых души не чает.
- Это он тебе так сказал? Что всё из-за моего проекта?!
- У него полно дел помимо твоих капризов, - игнорирует он мои вопросы. Впрочем, игнор - это его обычное средство в общении со мной.
- Причина в другом, папа. Твой дорогой Кирилл совсем не святой! Но тебе, я смотрю, вообще плевать на то, что на самом деле произошло.
Теперь я вдыхаю и выдыхаю, душит обида, к горлу подкатывает ком, человек, которого я считаю родным, совершенно меня не понимает. И никогда не понимал. Но я не вещь и тем более не одна из его удачных сделок. Вот только мои собственные чувства здесь никого не волнуют.
Подкатывающие слезы тут же подавляю, в груди всё стягивает в тугой узел. Болезненный, окутывающий своим отчаянием. Как будто только сейчас доходит смысл всех разговоров о Кирилле.
Папа смотрит, не отводя взгляд:
- Мне не плевать. Но твои капризы уже переходят все границы, Рита. Сегодня хочу Кирилла - завтра не хочу. Так не делается. Он - надежный партнер, я знаю его отца, вместе начинали, и если ты хочешь хорошее будущее, наконец включай голову и прекращай свои детские выходки!
Отец взвинчен. Мне кажется, здесь кроется что-то ещё, поэтому выпаливаю, как только это что-то и приходит в голову:
- И сколько ты предложил Кириллу? - задаю вопрос, игнорируя его выпад. - Сколько, папа? Я топнула ножкой, и ты побежал его покупать? А ты спросил, нужна ли мне эта покупка?
- У Кирилла крупная компания, ему не нужны мои предложения. А вот тот, кто там возле тебя вьется - скорее всего, не прочь воспользоваться моими капиталами.
И снова папе будто всё заранее ясно, но он не представляет, как заблуждается.
- Да не нужны никому твои капиталы! Ты помешался на деньгах, папа!
- Ну раз не нужны, может, попробуешь прожить без них?
На его лице такая насмешка, что тут же накатывает новая волна негодования.
- Я как раз собиралась!
Выбегаю из комнаты, чуть не задевая папу плечом, в коридоре натыкаюсь на испуганную маму, ничего не объясняя, проношусь мимо, слыша, как она кричит мне вслед, а потом что-то говорит отцу. Папа успокаивает её, мол, сама вернётся, когда поймет, что он прав. Но я знаю, он ошибается.
Знаю.
В висках стучит, и вовсе не от страха остаться без денег. У
