«Ничего, по дороге выровняется...» — утешила себя девушка, решив, на всякий случай, пройтись по смятой юбке мокрыми руками.
Застегнув узорчатый поясок на талии, полностью скрывший линию схождения юбки и жакета, Агнесса убрала грязные вещи в отдельный мешок на дно саквояжа и выбралась из палатки. Переодевание заняло явно больше пары минут, но Честер и не подумал её попрекать — напротив, сидел с предельно сосредоточенным и почему-то сконфуженным видом и смотрел на потрескивающие угольки, словно в них был начертан ответ на все мыслимые вопросы мира. Задумавшимся он при этом совсем не выглядел.
— А, о, ты уже? Ну и славно, давай, пока еда не остыла! — заметив девушку, встрепенулся вор.
Повернувшись к ней и окидывая оценивающим взглядом, с видом знатока протянул:
— А неплохо выглядишь. Твой цвет. Покрой, конечно, для госпожи мага простоват, но сойдёт!
— Спасибо на добром слове! — рассмеялась девушка, слегка зарумянившись от похвалы, пусть даже и такой неоднозначной. — А почему это простоват? Посмотри, какая вышивка!
— Да ла-а-адно, вот выучишься, будешь ходить в золоте да парче, как эти, с Верхнего!
Порывшись в развороченном рюкзаке, парень вытащил оттуда пару плоских деревянных мисок и принялся делить содержимое сковороды. Агнесса отметила, что делил он «по-братски», честно отдав ей половину сготовленного. Живот снова заурчал, и она поспешила присоединиться к трапезе, стараясь не запачкаться.
— Кстати, а откуда печка взялась? — взгляд девушки остановился на этом, абсолютно неуместном в лесу, кухонном атрибуте.
— М-м? С собой принёс, — невозмутимо ответил Честер, отправляя в рот очередную ложку еды.
Агнесса была вынуждена признать, что получилось очень вкусно — вор не забыл ни про соль, ни про специи, и умудрился всего добавить в очень приятных пропорциях. А вот что ей не понравилось — так это насмешка, которую она без труда прочла в его словах.
— Что-то я не видела её в рюкзаке! — подозрительно протянула девушка, размышляя — намеренно ли ёрничает Честер, и если да — то зачем?
— А она на самом дне, в шкатулке лежала, — нахально парировал тот, принимаясь совершенно варварски облизывать тарелку, кивком указав на лежащий неподалёку совсем небольшой ящичек.
— Ну, Честер, прекращай так шутить! В чём подвох?
— Магия! — рассмеялся парень, но совершенно беззлобно, даже добродушно.
Хотя это объяснение формой и интонациями и напомнило ей неприятно об «адвокатской конторе», Агнесса не разозлилась, а терпеливо уточнила:
— А если развернуть? Или ты сам не знаешь? — прищурилась с лёгким вызовом.
— Да чего тут знать? Артефакт, как та же палатка или зажигалка, — пожал плечами вор. — Только печь зачарована на уменьшение размера, а палатка — на снижение веса. Тут либо одно, либо другое. Погоди, сейчас будем складываться и я покажу, как оно работает.
Агнесса уважительно кивнула, размышляя с грустью над тем, что ей в быту не приходилось сталкиваться с подобными чарами. Возможно, это и было логично — к чему компактная печка, если есть обычная, полноразмерная? А палатка вообще — военного образца...
Она подозрительно сощурилась, и ей в голову пришла очень простая мысль: все эти вещи были специализированно походными. Покрутив в пальцах ложку, она даже нашла клеймо «В.С.» и только тяжело вздохнула. Ага, как же... забирал он «свои» вещи со склада. Вооружённые силы Его Императорского Величества ограбил, проходимец! Но порицать Честера за воровство, как было уже вполне очевидно, что швырять горох в стену. Добротную такую стену, цельнокаменную.
— Честер, скажи... зачем, всё же, ты за мной следил? А потом ещё и пошёл со мной? — по наитию спросила она, в который раз поразившись тому, что этот «тип вне закона» так охотно решил ей помочь.
— Сестрёнка, я ж говорил — проводить тебя, присмотреть — кабы не случилось чего, — с удивлением смотрел на неё вор, аккуратно разливая по походным чашкам чай.
— Я помню, что ты говорил. Мне интереснее то, что есть на самом деле. То, что ты думал, — Агнесса продолжала сверлить его требовательным взглядом.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Честер, настороженно покосившийся на неё исподлобья, неожиданно поморщился:
— Ну чего ты прицепилась... ладно, хорошо! Ты чай будешь?
— Буду. Так что «ладно»? — не дала сбить себя с толку девушка.
— Кошель этот... — вздохнув, повёл плечами Честер. — Ну, тот, что я у тебя пытался спереть на рынке. Он мой.
Девушка чуть из рук не выпустил протянутую ей чашку от такого заявления:
— Чего?! Я его сама сшила, даже не покупала!
— Да это не важно! — вор отмахнулся от её слов, как от назойливой мухи и с грустью уставился на непрозрачно-чёрную поверхность чая. — Просто... тут как. Всё, чего я коснулся — моё. Я даже не знаю... привычка?
— Принцип? — машинально уточнила Агнесса и парень бросил на неё неуверенно-признательный взгляд.
— Да, может и принцип. Только глубже. Мне из-за этого кошелька покоя нет... ты же у меня его прямо из руки вынула! И второй раз перехватила, в спальне! А потом вообще за пазуху прятать начала, как по городу шастала — что ж мне, к тебе в декольте лезть?!
Девушку до глубины души изумило то, что Честер ей сейчас словно бы выговаривал. Вот она такая плохая, кошелёк от воришки уберегла!
Она даже рассмеялась, но её спутник понял смех превратно и помрачнел:
— Давай, насмехайся над неудачником! У какой-то девчонки не смог спереть кошелёк, тьфу! — в сердцах стукнул он кулаком по коленку и тут же поморщился.
— Да нет же, Честер! Я... просто смешно, в целом, — к своему удивлению, злобы Агнесса не испытывала — ни капельки. — Так что... ты пошёл не за мной, а за кошельком?
— Не... — махнул рукой вор. — Я за тобой наблюдал, понял, что ты — та ещё штучка, а потом ещё и в историю с поездом влипла... Нет, я честно тебе помочь хотел.
— Даже если это значит, что вместе со мной пропадёт призрачная возможность всё-таки стащить кошелёк? Если ты, конечно, не решишь остаться в Бирмингеме, — возможно, это было плохо, но девушке сейчас даже нравилось подтрунивать над Честером.
— Даже так, — буркнул тот в ответ.
Было заметно, что её слова совсем не понравились ему, но парень держался. Это пришлось по душе Агнессе.
— А если я его тебе подарю?
— Что? — подозрительно уставился на неё вор.
— Просто подарю. Отдам. В конце концов, ты мне очень помог и это меньшее, что я могу сделать в ответ, — улыбнулась девушка.
Однако к её удивлению, вместо радостного согласия парень смешно сморщил нос — точь-в-точь как Дэмьен, когда ему предлагали на обед варёные брокколи...
— Это не то-о-о, — ...и ровно тот же капризный тон.
Агнесса всплеснула руками:
— Вот это да! И что же прикажешь мне делать?
— Просто прекрати его так хорошо прятать. Повесь на пояс, где был, а там и проверим, так ли плохи мои навыки!
Девушка закатила глаза, но согласно кивнула. Честер же откровенно просиял, явно не смущённый сложностью замысла. Далее завтрак проходил в благодушном молчании, нарушаемом бескультурным прихлёбыванием Честера и его же чертыханиями, когда он обжигал язык.
— Я помою посуду, — вызвалась Агнесса после того, как всё было съедено и выпит дошедший до кондиции чай.
Крепкий, настоявшийся и сладкий, он бодрил почище иного кофе, и в эту минуту девушка ощущала, что может до Бирмингема хоть бы и добежать!
— Ага, а я тут пока соберусь... — согласно кивнул было вор, но затем, вспомнив что-то, махнул рукой: — Стоп, замри! Фокус обещал же, точно!
Агнесса застыла на полушаге, опасливо покосившись на Честера. Тот же, безжалостно плеснув водой на печь, отчего та зашипела, быстро в нескольких местах нажал на слегка выступающие детали конструкции, которые на мгновение засветились голубоватым сиянием и отошёл назад. А печка, буквально в несколько секунд, сжалась до совершенно кукольных размеров.
— Вот это да-а... — протянула Агнесса даже с ноткой зависти — какой-то воришка запросто пользуется настоящими зачарованными предметами, а она глазеет, как какая-то деревенщина!
