не придраться. И вообще, несмотря на то, что по договору оплата идет в течение недели с даты отгрузки — ага, значит, срок считается с того дня, как из деревни выехала телега, — ее по факту делали пару раз в месяц, но целиком. А зачем?
Это странно. Нет, понятно, когда совсем денег нет, как это бывает с кредитами. Просрочка, но потом получил зарплату и внес сразу все платежи. Или когда вроде бы деньги есть, но нужны позарез на что-то другое — холодильник починить или сапоги напрочь расклеились. Но тут впечатление, что Рейджи просто лень было возиться. Что же, тоже логично… Или нет?
Они относятся к королевской казне и деньги идут им оттуда…
Я всерьез зарылась в размышления. Так, по идее схема была довольно простой. Гарнизон расписывал нужды, эти нужды им утверждали и выделяли определенную сумму из казны. Кое-что вот не одобряли. Например, судя по бумагам, в начале года маршал запрашивал средства на приобретение нескольких крылоконей, а ему отказали, мол, достаточно и нечего тут устраивать барскую жизнь. А за несколько лет до самого маршала я нашла ряд запросов на капитальный ремонт — а выделили только на косметический. Тоже без претензий, казна не бездонная. Так что, чисто все?
Может, и нет, подумала я, глядя, как Пыль пробирается через окно с очередной мышью. Подкармливает она меня, что ли? Я что, настолько плохо выгляжу?!
А вот например… Когда мы собирали деньги с родителей, благо сейчас уже почти такого нет и не надо с этим возиться, собирали вроде бы как на цели — ремонт, закупка… К тому же собирали-то все, а вот закупали не все и не сразу, к тому же не все дети сдавали тут же… Так вот классные руководители тогда запускали руку в школьный кошелек, потом докладывали, конечно, то есть фактически не было воровства, просто — пользование чужими денежными средствами.
И Рейджи делают так же? Но, черт их возьми, зачем? А логически все довольно стройно, потому что они родня и рука, как говорится, руку моет. Но по кой леший им здесь, в глуши, пользоваться деньгами? Их и не потратить же никуда?..
И суммы все какие-то довольно ничтожные. Если исключить еду, потому что тут ни до какого магазина не доберешься, то будто бронезавра нанять…
Я вздохнула. Нет, тут явно нужны другие мозги. С одной стороны — поймала за руку, можно спросить?
И я таки спросила. И даже растерялась, когда ответили.
— Так удобнее, — пожал плечами папа Рейджи. — Процентов до двух недель нет. А что мне постоянно гонять деньги туда-сюда?
— А как, кстати, вы эти платежи отправляете?
— Так вот кто-то из нас до речного порта ездит и там капитану передает, — поведал он. — Так быстрее, ну и почта королевская. Капитан на это уполномочен. А если деньги приходят сюда, опять же через капитана, то точно так же в деревню отвозим.
Ага, точно, староста говорил, что финансирование идет из гарнизона, но как бы и из казны. Ну все верно, тогда он бесился справедливо, но это не я тупая — просто еще не привыкшая.
Я смотрела в честные глаза Рейджи, всех троих, и меня грыз червячок сомнения. Ну даже если они запускают руку в казну…
— Я эту практику отменяю, — мрачно сказала я. — Теперь все платежи — сразу по мере поставок. Обоз выехал — пошла оплата. Все равно на нас риски, что еда не доедет, так и в договоре написано.
Так-то да. Почему были такие условия — я не знала, а раз не знала, то и менять не могла. Лучше всего было это обсудить с маршалом, но он все еще гневался на меня из-за композита. Впечатление, будто я ему в душу наплевала, хотя, может, все же и да?.. Прошлась ботинками по его вере, так сказать, в человечество.
Зато следующий день встретил нас ослепительным солнцем, криками «ура» и всеобщим ликованием. Работы были заброшены, ссоры забыты — начиналась спартакиада.
У меня в итоге вышло восемь команд по четыре человека — всех желающих я снять с дежурства не могла, но пообещала, что и на их улице обязательно будет праздник. Команды противостояли друг против друга, четыре на четыре, формируя дополнительные и непредсказуемые препятствия соперникам. Причем препятствия можно было создавать коллективно, а вот проходить полосу — только четверым. То есть против одной четверки у меня стояло на всем протяжении шестнадцать человек. Четверка могла выбивать соперников, и если они выбивали больше, чем четверых, то другая четверка могла начать с того уровня, на котором закончила первая. Если же четверка не справлялась, то следующая начинала с нуля.
Ну, это у меня такое реал-рпг, подумала я. Я как гейм-мастер. Интересно же! И голову здорово разгрузить от цифр.
Первая четверка начала очень резво, но двоих сразу выбили — уже на болотце, а из соперников выбыл только один. Дальше, через небольшой лабиринт с огнем, пробирались уже двое, и все было бы здорово, потому что проходили как раз аквамант и геомант, но они не рассчитали, слишком сильно шарахнули по огню и оказались присыпаны обрушившейся крышей. Команда спасателей, состоявшая из самых опытных основных, тут же их откопала, так что обошлось без жертв, но второй четверке пришлось начинать все с начала.
Было и еще одно правило: если кто-то из четверки проходил этап и выбивал лично двух соперников, он мог присоединиться к четверке новой. Как бы приобретал очки. Вторая четверка ошибки учла, прошла и болотце, и лабиринт без потерь, выбив еще двоих соперников, но все четверо срезались на плоте. Вот незадача! И я видела ошибки, конечно, видела, сверху-то оно виднее, мне специально башню отстроили. Но ради этого все и затевалось.
Основной отряд слишком зациклен на постоянных парах, их следовало разбивать, чтобы бойцы не терялись в любой ситуации. А запасники тоже владеют магией — кто неплохо, а кто и вовсе классно, но вообще не умеют учитывать навыки партнера по команде, теряются, забывают об окружении и в итоге проигрывают даже не соперникам, а себе! Так, например, то, что никогда не сделает профессиональный игрок: если ему попал мяч, но он понимает, что его не добросит или что соперники с этого места его отобьют, опередят, помешают, — он никогда не будет делать «все сам», отдаст тому сокоманднику, у кого шансов больше. А у нас пока доминировала не командная игра, а соревнования
