Фальсификация русской летописи, проведенная при Мономахе в определенных политических целях, производила впечатление на современников и на историков, которые впервые знакомились с «Повестью временных лет». Так появилась варяжская, норманнская теория происхождения Русского государства, по которой само имя Руси связывалось с варягами.
Однако методы PR-деятельности в те времена были еще грубоваты, и позднейшие исследователи обнаружили и следы» и причины переделок.
Моисей. Без креатива
Любопытно, что с самого начала определились и типы пиарщиков, и их специализация. Игумен Моисей из богатого Выдубицкого монастыря, расположенного под Киевом, подготовил то, что сегодня можно было бы назвать сводным отчетом. Он использовал богатейшую библиотеку рукописных летописей, чтобы скомпилировать в своем «Киевском своде» 1198 года все, что было написано другими летописцами ранее. Точнее все, к чему монах Моисей смог «получить доступ».
Лишь небольшая часть заметок, преимущественно придворного характера, принадлежит самому Моисею.
А заканчивалась сводная летопись текстом кантаты, пропетой монахами Выдубицкого монастыря «едиными усты» в честь великого князя.
Это был один из первых случаев, когда вместо оригинального креатива и реального исследования заказчику преподносят скомпилированный чужой текст и неумеренные личные комплименты.
Так современные пиарщики, готовя презентацию для очередного клиента, просто берут презентацию предыдущую, касающеюся похожего случая, и лишь заменяют в тексте названия продукта и логотипы будущего заказчика. Халтура это, а не пиар.
Петр Бориславич. Боярин от PR
Знатный боярин, киевский тысяцкий Петр Бориславич был не только создателем летописи, но и ее героем. В силу своей должности и статуса он, ясно дело, пользовался источниками, которые не были доступны простым смертным монахам. Анализировал договоры, письма князей и королей, документы из захваченных у врага архивов, дневники военных походов, записи заседаний Боярской думы и важных княжеских съездов... Читатель и сегодня охотно поглощает газетные статьи, основанные на рассекреченных документах. А тогда это производило просто ошеломляющее впечатление, у читателя создавалось ощущение приобщенности. Вообще же взгляд столичного мэра — именно такой была его должность — отличался широтой, которая соответствовала масштабу этой личности. Наш мэр тоже, как известно, нередко грешит публицистикой — видимо, много философских мыслей вызывает пребывание на этом непростом посту.
У Петра Бориславича получалась уже не просто летопись, а отчасти и мемуары.
Его труд пестрит речами, сказанными якобы по тому или иному поводу. Вероятно, с помощью этого приема Петр Бориславич раскрывает собственные представления о том, как должно все выстраиваться на Руси. Эта политическая программа состоит в следующем. Князь управляет делами княжества, включая вопросы войны и мира, совместно с боярами, живущими в стольном граде. Его прерогативами являются правосудие и забота о «расправе земской» (управлении). Дальние завоевательные походы и тем более междоусобицы не нужны. Единственное, ради чего стоит прибегать к оружию, «сести на конь» — это защита страны от внешних захватчиков.
Любопытно также то, что эта летопись — произведение вполне светское, в ней нет религиозной фразеологии и интереса к церковным делам.
Так и в нагремевшем в конце 60-х годов двухтомнике маршала Жукова «Воспоминания и размышления», к удивлению многих, не было ссылок на священные авторитеты марксизма. Красный маршал? Да, он член партии, коммунист по убеждениям.
Но в первую очередь демонстративно — профессионал, прагматик.
Петр Бориславич. Пресс-портреты
В силу понятных причин мультимедийные материалы в XII веке отсутствовали, и презентации были максимально затруднены. Петр Бориславич нашел возможность визуализировать свою PR-концепцию. Он создал галерею словесных портретов важнейших деятелей современной ему Руси — великих князей киевских почти за весь XII век.
Автор вводит «стандартный модуль», согласно которому строится описание каждого: внешность, характер, властные качества, полководческие таланты, особенности придворной жизни, индивидуальные черты. Стараниями Татищева сохранились выписки из первоначальной летописи Петра Бориславича — так называемого раскольничьего пергамена. И теперь государственные деятели Древней Руси навсегда обречены оставаться в нашем представлении такими, как в его пресс-портретах.
Внук Мономаха был красив, богато награждал верных вассалов и дорожил своей честью.
Правнук Мономаха был так силен, «яко его лук едва кто натянуть мог». «Все князи его боялись и почитали. Хотя часто с женами и дружиною веселился, но ни жены, ни вино им не обладало. Много книг читал и в советах о расправе земской (об управлении) с вельможи упражнялся». Другой князь был любителем охоты и ловли птиц. «И в пении церковном учен. Часто мне с ним случалось в церкви петь». Враг «Мстиславова племени» Юрий Долгорукий соответственно и обрисован: «Великий любитель жен, сладких пищ и пития; более о веселиях, нежели о расправе и воинстве, прилежал». Был ли он таким? Кто знает. Но таким он остался в нашей истории.
Даниил Заточник.
Первое резюме профессионального пиарщика
«Я, князь, не ездил за море и не учился у философов, но как пчела, припадающая к разным цветам, наполняет соты медом, так и я из многих книг выбирал сладость словесную и мудрость», — писал Даниил суздальскому князю примерно в 1197 году. Его челобитная вошла в историю под названием «Слово Даниила Заточника» (есть еще «Моление Даниила Заточника», написанное позже и ошибочно приписываемое ему же). Самопрезентация Даниила, впервые включавшая эту знаменитую формулировку «мы академий не кончали», была написана в излюбленной средневековыми авторами форме афоризмов и стала очень популярным произведением. Его читали и переписывали на протяжении нескольких веков.
Фактически же это — развернутое резюме пиарщика. Даниил был заточен на озере Лаче (отсюда — «Заточник») за какое-то свое литературное произведение («художество»), а теперь предлагает услуги князю, так как он «одеянием оскудей есмь, но разумом обилен». Он был ранее дружинником или монахом и, возможно, вел летопись при дворе Всеволода Большое Гнездо.
Даниил Заточник хорошо продумал план своего возвращения из ссылки. Челобитную он составил настолько изобретательно, что становится ясно: такому профессионалу нечего делать в северной глуши, его надо поскорее возвратить туда, где кипит политическая жизнь. «Был язык мой, словно перо книжника-скорописца, и приветливы уста, как быстрые струи речные», — так, во-первых, он представляет себя. Во-вторых, он демонстрирует свою компетентность и свои возможности. Его средневековое «расширенное резюме» включает самые разнообразные обличения: тиунов, притесняющих мелких феодалов (средний класс того времени), богачей, которых слушают только из-за их денег, послов, которые вместо исполнения дипломатических дел проводят время в «дому пировном». Таким образом, князю свои услуги предлагает профессионал, который владеет материалом и не побоится отстаивать интересы высшей власти в боярском окружении.
