был не от того, что он чего-то испугался, а от того, что он будучи тем, кем он есть так легко и глубоко влюбился. «Ну, почему!? Я ее совсем не знаю! … Почему она!? …Сейчас я просто перестану на нее пялиться, выкину из головы и забуду. Я сам подам рапорт. Пусть переводят меня куда угодно, хоть в штурмовики». Матвей не питал совершенно никаких иллюзий на счет своих шансов. Возможно, если бы на его месте был Антон или кто-то еще из знакомых, то он уже давно обрадовался бы внезапной удаче и действовал бы. Матвей же именно потому и был в ужасе, понимая, что никогда в жизни не видел никого прекраснее. Даже их общая с Антоном подруга детства Эйли Хоуми была не так хороша, как эта Люба. Матвей как мог отгонял навязчивые мысли насчет нее. Однако картинка, где он обнимает и укрывает ее совсем некрупное такое изящное тело своими руками, как некая птица в гнезде своих детенышей, уже не отпускала его воображение. С каждым новым взглядом на эту мелкую и щуплую с виду девушку украдкой оно только росло и усиливалось. Наваждение было настолько сильным, что казалось поглощало все его существо от головы до пят.
— Слушай, что не так, а? — спросила Люба, глубоко вздохнув и открыв глаза.
Матвей испугался и тут же закрыл свои, притворившись спящим. Он словно сквозь сон продрал свои очи и состроил удивлённый взгляд. Любомира же вздохнула еще раз и посмотрела на него прямо:
— Я что, слепая по-твоему? Не вижу, как ты пялишься? … Мы знакомы?
— Я… Нет… Просто смотреть больше не на что, а лететь нам еще не один час — попытался сбивчиво объясниться Матвей.
— А проекцию запустить не пробовал? … Кстати, какие там новости за бортом?
Матвей немного ожил. По новостям он был своего рода спец.
— А, ну, поединок вот только окончился — сказал он и сразу умолк.
«Во, дурак, нашел хорошую новость!». Матвей лихорадочно перебирал другие новости, но их было так много, что ни одну больше толком он вспомнить и не мог, как ни старался.
— Так что с поединком? — решила уточнить Любомира.
— Ничего… Он закончился — совсем растерялся Матвей.
«Что ты несешь, Бочка! Просто заткнись!». Ему отчего-то стало как-то слишком жарко. Экзо-костюм тут же отреагировал на изменения тела и включил дополнительное охлаждения. Теперь Матвей прям на спине ощутил холодок. Он заерзал, пытаясь угомонить «климатику» скафандра.
— Я смотрю, ты не часто такое носишь да? — попыталась Люба сама оживить не клеящуюся беседу.
Матвей кивнул головой.
— Ну, так сразу бы и сказал, что некомфортно… Не вижу никаких нарушений в протоколе, если скинешь его и оденешь обычный комбез. Я ж не арестованная, не сбегу.
Матвей снова кивнул головой, но не сдвинулся с места. Люба выжидающе посмотрела на него. Тот все еще ерзал, но старался делать это незаметно. Она тяжело вздохнула и опять откинула голову назад.
— Ну, включи что ли проекцию. Посмотрим, что за бортом сейчас. Не против?
Матвей опять кивнул, но уже и сам понял, насколько все это глупо выглядит со стороны. Он попытался собрать остатки гордости и как-то реабилитироваться:
— Почему сама не включишь? В этом нету ничего сложного.
Любомира даже позу сменила, уставившись на него широко раскрытыми от удивления глазами. Матвей еще больше засмущался.
— Знаешь, как тебя там… Матвей… Я частенько получала задания от своего… хм… руководителя, которые требовали не дюжей смекалки и изобретательности… Так, вот, ты его переплюнул!
Матвей широко открыл свои маленькие глаза и лишь смотрел на нее не моргая. Его щеки заметно побагровели. Люба решила таки его «добить»:
— Ты же не хочешь, чтоб я отправилась в кокпит шаттла и влезла в панель управления, да?
Матвей отрицательно покачал головой. Он растерялся совсем и никак не мог понять, что происходит. Почему простой разговор между ними не клеится от слова совсем.
— Ты ж меня сам только что с Фобии забрал… А там нейро-обручей не выдают! — выдала она прямо.
— Ах, да… Извини… Я не часто летаю за арестан… пациентами забирать с Фобии или еще откуда… Протоколы знаю, но могу что-то не учесть… Прости.
Любомира отмахнулась. Вдоль стены напротив вспыхнул 3-мерный экран с реконструкцией того, где они сейчас пролетали. Смотреть, по сути, было особо не на что.
— Закажи мне напиток и какие снэки, я б перекусила — снова обратилась Люба, уже немного успокоившись.
На столе появились закуски и графин с метой. Люба улыбнулась и причмокнула, одобряя выбор. Она наполнила себе бокал и не забыла про Матвея, который молчал, как в рот воды набрав, и не шевелился.
— Ну, так что там с поединком? Кто с кем? — снова спросила она, возвращаясь к началу разговора.
Матвей взял стакан и немного отпил. Жидкость попала не в то горло и он закашлял.
— Да, сними ты этот свой доспех уже наконец! Подавишься, так и помочь не смогу! — возмутилась Люба не столько на невозможность похлопать по спине, сколько на то, что тот сразу не переоделся.
То, что экзо-костюм благодаря внутренней системе мониторинга справился в итоге с кашлем даже лучше, она умолчала. Зато это подействовало, и Матвей, словно пленник гонимый палачом, удалился в соседнюю каюту.
Любомира лениво закинула еще пару кусочков чего-то там, когда дверь отъехала, и к столику постаралась незаметно шмыгнуть какая-то тень. Она обернулась и тут же прыснула от смеха, не в силах сдержаться.
— Ого! Внезапно! … Ладно. Извини, что я рассмеялась… Немного отвыкла я видеть полноватых тыловых офицеров.
Матвей со своими 110-ю килограммами веса и 177 см роста, будучи в классическом серебристом комбинезоне Патруля неспешно влез за стол, где сидел прежде, но в доспехе. Он прям светился багряным румянцем на все лицо. Люба уже наконец поняла, в чем дело. «Видимо, он и сам не рад своим формам. Ну, хотя бы теперь мне ясно отчего этот Матвей так комплексует».
— Ладно… Если уже не хочешь мне рассказывать про какую-то там дуэль, то расскажи о себе, что ли. Чем вы там на башне занимаетесь?
— Мы похоже облажались. Лайтон погиб. Капитан Терра-Новы победил — грустно вздохнув, наконец отчитался Матвей, будто игнорируя смену темы.
Его глаза по прежнему бегали по сторонам в поисках, за что зацепиться, не желая «отдохнуть» на лице Любы. Она все это видела, но вполне, как считала, догадалась почему. Ответ же насчет поединка ее расстроил не меньше.
— Лайтон? Лайтон би-Моль, капитана «Нео», погиб? — переспросила она, не веря услышанному.
Матвей кивнул головой. «Кто вообще надоумил
