Виктор поднес руку ко рту, коснулся пальцами языка и те покраснели.
— Ты пыталась оторвать кусок от моего языка, тупая сука? Кириллу следовало обучить тебя лучше. Полагаю, этим займусь я.
Он вытер губы, выглядя так, будто жует свой пораненный язык, а затем сплюнул на пол. На его грубом лице промелькнуло замешательство. Он снова поднес руку ко рту и сплюнул на ладонь.
— Ты что-то подсунула мне в рот? – его голос был недоверчивым и ослабленным.
Молли медленно поднялась на ноги, когда рука Николая отпустила мое горло. Он повернулся, внезапно проявив больше энергии, чем я от него ожидал. Затем резко бросился к двум охранникам, которые с растерянным выражением на лицах наблюдали за своим боссом.
Одного он ударил ножом под подбородок, и кровь брызнула ему в лицо. Другой поднял пистолет на Николая, но я уже был там, мой удар застал его врасплох, когда я выхватил у него пистолет и повернул его к стене. На складе раздались выстрелы, и я схватил оружие, направил его на второго охранника и выстрелил ему в упор в грудь. Он упал, а я вихрем метнулся к двум другим. Они уже лежали на земле. Неуклюжая потасовка, которую затеял Нико ранее, внезапно обрела смысл.
Подойдя к одному из них, я увидел, что у него перерезана яремная вена. Я даже не заметил, как они свалились, поскольку был занят Виктором и Мэллори. Я обернулся к Виктору и увидел, как он, пошатываясь, опирается на стол. Молли внимательно наблюдала за ним. Как и Николай.
— Вот, – сказал он, передавая мне нож за окровавленную рукоятку. — Сделай это сам. Это мой подарок тебе, bratan, так что, возможно, ты передумаешь убивать меня за то, что я привел ее сюда.
Я повернулся, чтобы посмотреть на своего брата. В этом мире было не так много людей, которые по-настоящему знали меня. Молли и Николай были двумя единственными душами, которые видели мои лучшие и худшие стороны. Между выжившими на складе царила тихая близость. Интимная природа решения лишить жизни человека и позволить этому случиться.
Я взял нож и подошел к Виктору. Он хрипел, быстро теряя сознание. У него все еще был пистолет, но руки, казалось, не могли дотянуться до него. Я взял оружие и передал Молли. Она крепко сжала его. Черт, моя принцесса была сильной, когда ей было нужно. Я повернулся к отцу. Теперь он опустился на пол и слегка дрожал, а его глаза расфокусированно блуждали.
— Я бы сказал, что у тебя есть несколько минут, если я прав насчет того, что дала тебе моя жена. – Я взял пистолет и прижал к его колену. — Как раз достаточно, чтобы прочувствовать боль. – Я повернул пистолет вокруг его коленной чашечки, вдавливая в нее дуло. — Мне нравятся суставы. Они прекрасно ломаются. Ты научил меня этому.
Первый выстрел отозвался ревом боли Виктора.
— Это за стипендию и жизнь, которую я мог бы прожить без тебя, – мрачно сказал я ему, прежде чем перейти ко второму колену.
Со следующим выстрелом его крик стал тише.
— Это за то, что ты испортил моего брата до неузнаваемости, и за его мать тоже, – безжалостно сказал я. Поднял пистолет, на этот раз целясь ему в плечо. — Это за Фиону, которая заслуживала весь мир.
На следующий выстрел Виктор даже не отреагировал, просто уставился на меня. Мешок с раздробленными костями и кровью, уже мертвый, сам того не осознавая.
Я приставил пистолет к его сердцу.
— И последний, ты сам знаешь за что. Тебе не следовало прикасаться к ней. Когда ты впервые произнес ее имя, я понял, что все закончится именно так. За Молли, – прошептал я и нажал на курок.
Из-за высокого потолка выстрел прозвучал оглушительно. Казалось, он бесконечным эхом отразился от стен и одновременно от моей головы. Я снова опустился на колени, и через минуту Молли уткнулась мне в бок. Я прижал ее к себе. Зарывшись лицом в ее волосы, я поцеловал ее в макушку. Мой ангел в конце концов спас меня. Запах крови, мочи и смерти наполнил воздух, и я спрятал лицо в волосах Молли, чтобы найти успокоение в ее аромате.
— Кирилл, ты в порядке? – тихо пробормотала, прижимаясь к моей руке.
Я обнаружил, что у меня трясется голова, и это быстро перешло на руки.
— Я не в порядке. После этого я совсем не в порядке.
— Из-за убийства отца?
— Нет. Видеть тебя здесь, в опасности… – я выдохнул и попытался взять под контроль рычащих волков страха и безумия внутри меня. — Я далеко не в порядке.
До меня донесся мрачный смешок, и я напрягся.
— Ну, вот и все. Остались только мы, – обратился ко мне Николай, и металлический лязг поднятого оружия заставил меня вскочить на ноги. Я встал в стойку и направил на него пистолет, как раз в тот момент, когда он сделал то же самое.
Я толкнул Молли себе за спину.
— Держись позади меня, – предупредил я ее тоном, не терпящим возражений.
— Ну что, bratan? Все к этому шло.
— У нас было перемирие, – напомнил я ему, хотя это было бессмысленно. Мы оба знали, что до этого дойдет. Однако мне нужно было выиграть время, и завязать разговор с Николаем сработало бы мне на руку.
— Да, и мы так хорошо сработались, не так ли? – Николай снова рассмеялся. — Прости, что мне пришлось втянуть в это твою маленькую принцессу, но другого выхода действительно не было. Иногда для работы нужны трое.
— Он дал мне выбор, Кирилл. Он рассказал мне о своем плане, и я согласилась, – вставила Молли.
Конечно, она согласилась. Эта женщина была храбрее самого свирепого мафиози, которого я когда-либо встречал.
— Мы поговорим об этом позже. Сотня вещей могла пойти не так.
— Да, и ты мог умереть сотней разных способов. – Голос Молли был решительным. — Ты попросил меня подождать тебя, и я подчинилась. Но я не собираюсь ждать, пока тебя убьют, не попытавшись помочь.
— Ты просто невыносима, – процедил я, не сводя глаз с Николая. Он наблюдал за нами с настороженным выражением лица. — А сейчас не вмешивайся. Я серьезно, Молли. Только один из нас уйдет отсюда паханом, и это буду я.
— Я не был бы так уверен, – ухмыльнулся Николай, но как-то наигранно. Он выглядел подавленным, его обычная энергия маньяка-психопата отсутствовала.
— Кирилл, ты не должен этого делать. Никто из вас не должен. Работайте вместе. Почему бы и нет?
— Мы убьем друг друга через неделю, – огрызнулся я.
— Ну, это лучше, чем убивать друг друга сейчас, не так ли?
— Я никогда не смогу доверять ему. Он привел тебя сюда. Он не знает, что значит рисковать самым важным в жизни.
— Эй, я начинаю чувствовать себя обделенным в этом разговоре, – вмешался Николай. — Я предлагаю выстрелить одновременно, чтобы раз и навсегда выяснить, кто из нас лучший стрелок.
— Нет! Пожалуйста, не надо. Вы же братья! – заплакала Молли.
— Не лезь, принцесса. – Я старался, чтобы мой голос звучал успокаивающе.
Я не планировал умирать от руки Николая, но в ту секунду понял, что не уверен, что смогу убить его. Каким-то образом, покончив с Виктором, я нашел дно своей тьмы.
Из коридора до нас долетел какой-то звук, и мое напряжение ослабло. Я проглотил чувство вины и поднял пистолет, направив его в потолок в мирном жесте. Николай нахмурился.
— Я не собираюсь убивать своего брата. Ты права. Не думаю, что смогу оправиться после этого.
Пистолет Николая дрогнул, когда он уставился на меня, пытаясь понять, что, черт возьми, происходит в моей голове.
Затем дверь в комнату распахнулась, и внутрь ввалились мужчины. Одетые во все черное, они производили пугающее впечатление, когда рассредоточились в темноте.
— Опусти пушку, живо! – крикнул кто-то Николаю, когда его окружили еще четверо вооруженных людей.
Он повернул свое озадаченное лицо ко мне, медленно опуская оружие.
Тяжелые, медленные шаги раздались по складу, и группа людей расступилась, пропуская в помещение пожилого, интеллигентного мужчину.
Антонио Де Санктиса.
— Что ж, Кирилл, похоже, ты все-таки умеешь выполнять обещания, – сказал Антонио. Он повернулся, подошел к Николаю и оглядел его с ног до головы. — Это отлично подойдет, наряду с теми сделками, которые мы обсуждали.
