На верхней палубе вновь загремели выстрелы. Она вынула фонарик из футляра – вместо линзы срез на торце прикрывала металлическая сеточка. Ева надломила трубку. Шарнир щелкнул. На нижней части, ставшей теперь рукоятью, из потайного отверстия выскочила кнопка, очень удобно легшая под большой палец. И тут Ева вспомнила, как в доме Бремена один из наемников достал подобную трубку, точно так же надломил и прожег стену какой-то светящейся жидкостью.
Она вернула рукоять в прежнее положение, сунула трубку за пояс и начала перебирать письма. На конвертах значились разные адреса получателя, но обратный был один, парижский. Только имя не указано, стояла пометка «До востребования»…
Крупная темная капля упала на пол, едва не задев конверт. Ева коснулась пальцами верхней губы. Понятно – стукнулась о стену, вот и пошла носом кровь. Отложив письма, она достала платок, вытерла лицо и пол, затем взяла фотографию – симпатичный юноша с вихрастым чубом. Взглянула на оборотную сторону: «Заботливому отцу на память».
Неужели… Юноша был очень похож на Макалистера, только нос чуточку длиннее и губы тоньше. Она сравнила почерк на конвертах. Выходит, все эти письма от… Вот это да! У Макалистера есть сын, живущий в Париже. Весьма ценная информация.
Стрельба на палубе в очередной раз смолкла. Еве осталось просмотреть бумаги в кожаной папке, но внезапная тишина заставила ее замереть. Если опять включат форсаж, лучше сесть на пол и прижаться к стене. Но вдруг наемники сбили аэроплан и вот-вот начнут спускаться с палубы?
Она быстро сунула ящик в тумбу, но задвинуть до конца не успела – услышала голос Макалистера, отдающего команды. Судя по всему, наемники упустили аэроплан, удалявшийся рокот которого по-прежнему долетал в комнату, но готовились атаковать кого-то еще, неожиданно возникшего у них на пути.
Тратить время на выяснение, кого именно, Ева не хотела. Она открыла папку…
Вот оно! На первом же листе, заполненном на печатной машинке, взгляд наткнулся на имя Люсии Фернандес. Какой странный документ… Взгляд замер на верхней строчке. Так это анкета! Анкета из колледжа Святого Иоанна в штате Нью-Йорк, где Люсия когда-то преподавала историю и математику. В графе «Гражданство» стояло «США». А под ней… От боли в затылке перед глазами начало двоиться, но прочесть строчку все-таки удалось. У Люсии к тому времени уже была дочь. Дочь, которую звали Ева и которая родилась в США!
Свет, лившийся через иллюминаторы в соседней комнате, вдруг померк. Ева сложила анкету, сунула в карман жилетки и, задвинув ящик на место, поспешила к выходу.
Когда она оказалась в обеденной комнате, солнце за иллюминаторами закрывал серый ребристый бок огромного дирижабля. Мимо проплыли надпись «U.S. Air Force» и флаг США перед хвостовым оперением.
Откуда он здесь взялся? Ева хлопнула ладонью по кнопке на панели. Стена с шелестом начала смыкаться у нее за спиной. А потом случилось то, что она однажды видела в небе над Парижем.
Громыхнул пулемет. Некоторое время дирижабль, закрывавший обзор, продолжал лететь прежним курсом, Еве даже удалось рассмотреть в его гондоле приникших к иллюминаторам людей с испуганными лицами.
Странно, но почему на них полосатые арестантские робы вместо военной формы? Мелькнула вспышка. Несущая емкость американского дирижабля смялась и обуглилась в центре, словно хрупкий папирус над костром, и гондолу объяло пламя.
Всё. Ева бегом вернулась к выходу на открытую палубу, зажмурившись, стукнула себя кулаком по носу и, охнув, опустилась возле лестницы на пол, размазывая кровь по лицу.
– Парсонс! – раздался голос Макалистера у нее над головой. – Какого черта бросили женщину? Помогите ей немедленно!
Ева подняла измученный и полный боли взгляд. Ей даже играть не пришлось – голова раскалывалась, удар в нос получился что надо.
– Леди Мендель! – Парсонс показался на лестнице. – Леди Мендель, как же так? У вас кровь! – Он бережно обнял Еву за плечи и помог ей встать.
– Ведите ее ко мне в каюту, Парсонс! – приказал Макалистер и начал отдавать команды наемникам.
– Вы меня слышите, леди Мендель?
– Да. – Ева взглянула на камердинера – в глазах у старика был искренний испуг.
– Идти сможете?
– Наверное… – Она сделала шаг и схватилась за голову. – Ох, затылок… Кажется, я упала, когда…
– Включили форсаж, – закончил за нее Парсонс. – Простите, я… я должен был быть рядом, но сэр Роберт…
– Ничего страшного.
– Возьмите платок.
Они проделали тот же путь, которым Ева вернулась к выходу на палубу минуту назад, только в обратном направлении. Парсонс, поддерживая ее за локоть, помог войти в обеденную комнату, открыл стену и отпер дверь в каюту ключом, висевшим у него на шее.
Ева шагнула через порог и невольно вздрогнула, встретившись взглядом с Люсией Беатрис Фернандес.
Глава 9
На виражах
Руководствуясь рекомендациями судей, участники гонки не рискнули сближаться с незнакомым летательным аппаратом, но Гепард был явно не из пугливых. К тому же, по мнению капитана, этот дирижабль не относился к классу военно-транспортных, а беглые каторжники захватили именно армейский летательный аппарат. Скорее всего, стариком Гепардом овладели два чувства: любопытство и стремление с легкостью утереть нос остальным, ведь другого шанса могло и не выпасть.
Аскольд достал револьвер, забыв про расчеты. В его душе тоже смешались два чувства: долга и желания предупредить Гепарда об опасности. Аскольд был уверен на все сто, что Небесный Механик появился здесь не случайно. Более того, он каким-то образом узнал, что Аскольд не просто участвует в гонке, а летит в одном самолете с Гепардом.
Неужели его сдал Батист? Но это означает неминуемую смерть информатора и угрозу его родным. Небесный Механик не станет с ним церемониться, узнав о недавнем предательстве.
Аскольд выщелкнул барабан, проверил патроны в каморах и привел оружие в боевое положение, взведя курок.
– Господин капитан… – заговорил он в переговорное устройство и замолчал, подыскивая слова. Нужно было все-таки предупредить Гепарда, но сделать это убедительно и естественно.
– Что, сынок, – бодро отозвался старик, – заметил наконец изменения вокруг?
– Этот дирижабль… он…
– Чего ты мямлишь, как тряпка? Каких-то каторжан испугался?
– Это не каторжане, господин капитан…
– Сам вижу.
– …но люди на дирижабле опаснее беглых преступников. Опаснее вдвойне!
Гепард даже голову повернул, будто в шлеме его не было наушников, через которые доносился голос штурмана.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
