Неразумные молодчики, которые могли избрать предметом своих злых насмешек кого угодно на дороге, получили по заслугам. Слуги? А что? В этом мире, убив господина, о благополучии его слуг не думают. Вот и Олег не забивал свою голову подобным, размышляя о взятых украшениях, желая хотя бы приблизительно понять, сколько они могут строить. То, что это обычная ювелирка, молодой человек уже успел понять. Для магических целей она не подойдёт, но её можно переплавить, дабы никто не смог заподозрить, от кого и каким именно способом золотишко досталось одинокому дворянину, едущему по дороге на неказистом муле.
Глава 18
Через несколько дней Олег увидел на дороге необычную для себя процессию: впереди тащились рыдающие в голос женщины, на повозке везли нечто, похожее на стол, поверх которого лежало тело, обложенное зелёными ветвями. За повозкой шагали люди, облачённые в светлые одежды, и о чём-то весело переговаривались. На пересечении дорог процессия свернула и двинулась к лесу.
Словоохотливые прохожие с готовностью объяснили иностранцу, что это похороны. Олега удивил контраст между плачущими и смеющимися, но и это имело причину. Оказалось, что согласно древней традиции провожать покойника надо радостно, поскольку его душа переходит из одного мира в другой, несомненно, лучший. Если какой старый человек начинает чувствовать, что недолго осталось, то собирает родичей и раздаёт своё имущество. Весёлый вид провожающих указывает, что умерший закончил свой земной путь правильно, и память о нём сохранится доброй. Оказавшись близко к смертному одру, некоторые идут дальше необходимых действий и прощают все долги, чтобы не только родственники вспоминали с теплотой.
Плакальщицы же своим видом намекают, что умерший мог бы сделать ещё больше хороших дел, но просто не успел, и, поэтому, следует начать творить добрые дела как можно раньше. И чем позже человек принялся всерьёз задуматься о своём исходе из этого мира, тем больше его родственникам приходится нанимать плакальщиц. Олег изумился, но не мог не признать, что народная логика опять акцентирует внимание на правильных вещах. Ведь мы часто оставляем самые важные дела на потом, а конец всегда может быть неожиданным.
Дворянин на похоронах, — хорошая примета, и молодого человека, несмотря на некоторую его несуразность и чуждость, пригласили на поминки. Поскольку Олег уже шестой день не ел нормально, зачастую останавливаясь на ночёвку в самых неблагоприятных местах, желая как можно скорее достичь своей цели, то он с готовностью согласился. Ему отвели одно из почётнейших мест и, хотя он и не знал умершего, его появление было истолковано как намёк на лучшую новую жизнь усопшего земледельца.
Было бы неразумным отвергать такое предположение, и Олег его всячески поддерживал. От него не убудет, а этим людям приятно. Молодой человек ещё не знал о другой стороне этого обычая, о чём ему сказали уже вечером, когда люди давно наелись и который час распевали весёлые песни.
Оказывается, если умерший не имеет сына и оставляет жену детородного возраста, то самый важный гость на похоронах должен переспать с вдовой, поскольку родственники мужа обязательно её прогонят, поскольку не родила наследника. И если после такого странного события родится мальчик, то он объявляется законным сыном, и вдова остаётся в том домовладении, которое и созидала всю свою замужнюю жизнь. Правда, в этом обряде имеется условие, — важный гость не должен проживать поблизости. Во избежание, так сказать.
Десятки пар глаз вперились в дворянина, и до него дошло, что отказ вообще не предусмотрен. Нет, это неправильно! Он — дворянин и не обязан следовать дурацкой традиции. Но, то ли ещё далеко не старая вдова была очень даже ничего, то ли окружавшие его люди начали показательно так хмуриться, но Олег согласился. Радостные крики в очередной раз огласили окрестность, и снова полились весёлые песни. Через час поминки закончились, и молодой дворянин почти половину ночи посвятил тому, чтобы повысить шансы вдовы остаться жить в собственном доме.
Да, Отто был прав, — местные женщины и в сорок лет могут выглядеть как иные двадцатилетние.
Вскоре показались верхушки гор. Хотя до них было ещё далеко, но конечная цель обозначилась, и ехать стало веселее. То тут, то там вырастали холмы, и дорога начала петлять между ними, соблюдая пологий подъём. Всё чаще попадались гружённые камнем повозки, всё чаще рядом с поселениями виднелись столбы чёрного дыма от литейных печей и кузней.
Неожиданно у дороги показались мраморные руины. Да, это то, что люди называют храмом ушедших богов. Большинство колонн ещё стоят, хотя некоторые уже повалены, но само сооружение на редкость почти целое. Нигде по дороге сюда Олег не видел подобной сохранности. Чем это можно объяснить? Одно из разумных предположений, — рядом находятся горы, где добывают железо неплохого качества, и нет нужды скидывать многотонные барабаны колонн ради одного или двух килограмм, которое ещё надо суметь вытащить из камня. Правда, потом появилась версия, что содержание инопланетного металла в стяжках и крепежных элементах именно этого храма ушедших богов довольно низкое, и нелёгкая работа по его добычи не окупалась.
Как бы там ни было, но Олег с удовольствием побродил по древним галереям и лестницам, с удивлением рассматривая каменный потолок громадных помещений, возведённых непонятно для чего представителями таинственной инопланетной цивилизации. Здесь оказалось немало барельефов и неплохо сохранившихся скульптур, пусть зачастую и не целых. Попаданцу особенно понравилось изображение льва, чья морда забавляла и вызывала искреннюю улыбку. Древние скульпторы (или кто-то там ещё) имели хорошее чувство юмора, что добавляло им очков от землянина.
Вот только Олега удивило, что нигде не сохранилось ни одной надписи на инопланетном языке. Возможно, потому, что эти громадные здания ранее были покрыты большими каменными плитами, а надписи, если они и имелись, были сделаны на этих не сохранившихся декоративных элементах. Сейчас же руины храма демонстрировали лишь костяк, на который когда-то накладывалась каменная кожа,
