– Я буду краток, Лали, – пообещал он и быстро рассказал ей все, что считал нужным.
Для прежней Лали она оказалась даже слишком терпеливой. Не перебивая, маленькая императрица выслушала его, затем вызвала Квеко и приказала принести чернила и бумагу.
– Отнеси это Растуму, – Лали вложила свиток в руки офицера. Ты будешь вести переговоры от моего имени. Если монги захотят получить эту долину, отдай ее, в Серендине много земли. А сейчас отправляйся и делай то, что тебе велено. И не беспокой меня по пустякам, иначе я попрошу сира Блейда отрубить тебе голову. Иди!
Лали протянула руки к Блейду.
– Снимай эти пыльные доспехи, любимый! И обними меня скорей! Я так долго мечтала об этой минуте… я больше не могу ждать!
Блейд все еще сжимал в кулаке нефритовую статуэтку. Гладко отполированный камень приятно холодил пальцы, хоть немного отвлекая от терзавшей его боли.
– Я так грязен, – попытался он оправдать свою нерешительность – Две недели не вылезал из седла…
– Ничего, мой варвар… Ну, иди же ко мне…
Блейд, не выпуская нефритовую фигурку, нагнулся, чтобы поцеловать ее. Губы Лали слегка приоткрылись, и она, положив руки ему на плечи, мягко притянула Блейда к себе.
Боль снова ударила в голову. Тяжело охнув, он повалился на Лали, прижав лицо к ее мягкой груди.
– Блейд, Блейд, что с тобой?
Но в ответ он мог издать только бессвязный стон. Лали приподняла его голову, испуганно заглядывая в глаза.
Блейд падал и падал вниз, сквозь нефритовый туман. Он сделался теперь необычайно маленьким – пылинкой, микробом, микроскопической частичкой хаоса
– и он тонул в ее глазах. Лали потянулась к нему огромной рукой… но поздно, поздно! Он уже проваливался все глубже и глубже в это пульсирующее безумие, слишком зеленое для того, чтобы выглядеть естественным. Наконец он вылетел из нефритовой бездны прямо в сияющее зеленью небо; он знал, что будет там погребен навеки, навсегда. Его бешено закрутило вокруг яростно-зеленой планеты; странные звуки отзывались в ушах ударами колоколов:
– Блейд-Блейд-Блейд-бле-бле-бл-б…
Тишина.
Глава 19
Дж. не мог оторвать взгляд от маленькой нефритовой статуэтки. Превосходная работа! Результаты лабораторных анализов подтвердили, что на Земле не существует месторождений такого прекрасного нефрита. Известный американский минералог уже едет сюда из Штатов. Дж. пожал плечами. Действительно, как заметил Лейтон, второе путешествие в Измерение Икс с точки зрения их банальных запросов закончилось полнейшим провалом. Никаких ценных знаний, никаких сокровищ.
Но лорд Лейтон не был этим расстроен – наоборот, он ликовал: его устройство сработало превосходно, и Блейд привез обратно целый контейнер воспоминаний и впечатлений, которые затем под глубоким гипнозом надиктовал на пленку. Дж. как раз слушал одну из них.
– Монги – потомственные кочевники, воины и скотоводы, – продолжал монотонно бормотать голос Блейда. – Культура примитивная, варварская. Телосложение: небольшой рост, темная загорелая кожа, сильные руки и ноги, мощная грудная клетка. Некоторые из женщин довольно красивы, в бою дерутся столь же яростно, как и мужчины…
Дж. потянулся и выключил магнитофон, он уже три раза слушал эту запись. Шеф МИ6 зевнул, протер глаза и уже принялся набивать свою трубку, когда на пороге возникла скрюченная фигура лорда Лейтона.
Профессор, как показалось Дж., впервые за эту неделю выглядел бодрым и отдохнувшим. Наверное, ему наконец-то удалось нормально выспаться. Желтые глаза его весело посверкивали, и даже изуродованные полиомиелитом ноги с большей энергией несли старческое тело. На Лейтоне был надет длинный, кое-где перепачканный мелом, серый пиджак, который както сглаживал торчащий на спине горб. Галстуки профессора всегда приводили в дрожь консервативного Дж., и сегодняшнее яркое желто-красное чудовище не являлось исключением. Стараясь не смотреть на него, Дж. сосредоточенно чиркнул спичкой и поинтересовался, как здоровье Ричарда.
Лорд Лейтон хлопнул в ладоши, потом радостно потер их.
– Прекрасно, прекрасно! Он все еще спит. Но через пару часов будет готов к выходу наружу. Нужно дать парню отдохнуть. Я полагаю, трехмесячный отпуск ему не помешает. За это время я придумаю что-нибудь новенькое.
Дж. промолчал. Нет смысла в очередной раз высказывать свои страхи и опасения.
Лейтон вприпрыжку бродил по комнате, что-то бормоча себе под нос и изредка всплескивая руками. Эта привычка была неприятной, и она сильно действовала Дж. на нервы. Немного подождав, он спросил:
– Что-то волнует вас, профессор? Вы не хотите поделиться со мной своими планами?
– О, пустяки, мой дорогой. Просто я не могу удержаться от смеха, когда думаю, что Блейд самовольно присвоил себе рыцарское звание. Сир Блейд! Почти сэр Блейд! Хе-хе-хе-хе, – смех Лейтона напоминал Дж. скрип плохо смазанной дверной петли.
– Обычное дело. Ему надо было как-то возвыситься в глазах этих дикарей, – возразил шеф разведки.
Лорд Лейтон ухмыльнулся.
– Знаете, какая мысль пришла мне в голову? Может, нам действительно стоит пожаловать мальчику дворянский титул? Это несложно – я могу посодействовать.
Сэр Ричард Блейд! Дж. призадумался. А почему бы и нет? Сейчас титулы раздают всем – от продюссеров мыльных опер до клоунов. Скоро каждый удачливый саксофонист станет рыцарем!
Он покачал головой.
– Боюсь, нам не стоит этого делать. Это привлекло бы к Ричарду слишком много внимания… и, думаю, он сам не захочет. Дик ведь очень реалистичный человек. Он только посмеется над нами.
– Ну, хорошо, хорошо, – профессор сел в кресло и начал что-то искать в карманах. – Не надо раздражаться по пустякам… Бог с ним, с титулом, – он вытащил клочок бумаги и принялся с невероятной скоростью покрывать его какими-то каббалистическими письменами.
Дж. подумал, что его голос и в самом деле прозвучал слишком резко. После того, как Блейд вернулся обратно, шеф МИ6 не находил себе места и не знал, что ему делать: плакать или смеяться от счастья, или же напиться до положения риз – что случилось с ним в последний раз во время Всемирной Гребной Регаты в 1928 году.
Лейтон уставился на Дж. своими янтарными львиными глазками и нетерпеливо постучал карандашом по бумажке.
– Это путешествие, Дж., полностью подтвердило мою теорию. Жаль, что мне не удастся ее опубликовать, хе-хе-хе-хе! Привести половину моих коллег в шоковое состояние и заставить другую половину поносить меня в течение многих лет! Прелестно! Впрочем, не это главное, а совершенно новая теория строения вселенной. Вселенная не одна, вселенных много! Каждая локализована в определенной ячейке пространственновременного континуума, и воспринимается только специально настроенным на нее мозгом. Боже, какая картина! Представляете себе… – Лейтон проделал какой-то замысловатый жест скрюченной рукой. – Вот! Вы видите? Через какие миры, с какими людьми – или нелюдьми – я сейчас протягиваю руку? Мы не знаем, Дж., потому что ваш мозг и мой не могут их воспринять… Но для Блейда эти новые миры вполне реальны.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
