— Можно я поем кукурузных хлопьев?
— Почему же нельзя?
— Ладно! — Неуклюже отсалютовав, мальчик выбежал из комнаты.
Анна напряженно смотрела на Джека. Больше нельзя было держать ее в неведении.
— С Делреем все в порядке, но он очень расстроен. Кто-то проболтался и сказал ему про визит Сесила в больницу.
Прижав кулаки к вискам, она беззвучно выругалась.
— Вы прямо-таки повторили мои слова, — заметил Джек, хотя она не смотрела на него и не могла понять, что он говорит.
Вчера до тех пор, пока она и Дэвид около полуночи не вернулись из больницы, он не знал покоя. Не ставя Анну в известность, он последовал за ней и мальчиком, когда они после визита Сесила Херболда поехали в город. Он хотел посмотреть, сдержит ли заключенный свое обещание самому навестить Делрея, и не удивился, обнаружив на больничной автостоянке его «мустанг».
Поставив грузовик неподалеку, Джек остался сидеть в его кабине. Вскоре он увидел, как блюэрский полицейский направляется вместе с Сесилом к его «мустангу». Когда тот отъехал, машина шерифа последовала за ним и сопровождала Сесила до границы округа. С этого момента Джек сменил полицейских и вел Сесила еще двести миль.
С каждой милей он все больше нервничал. Ему не следовало так долго отсутствовать. Решив вернуться, он, нарушая все правила, как можно быстрее погнал машину в Блюэр и был рад тому, что успел приехать на ранчо раньше Анны.
В больнице она находилась в относительной безопасности.
Карл не дурак и знает, что ему нельзя появляться в общественных местах, раз его физиономию показывают во всех выпусках новостей.
Солнце уже клонилось к закату, а к работе он сегодня даже не приступал. Принявшись за то, что было абсолютно необходимо сделать, Джек все время поглядывал то на дом, то на часы. Его все больше беспокоило, что Анна не появляется.
Даже после захода солнца воздух оставался горячим и неподвижным. Потрескавшаяся земля, словно радиатор, излучала накопленное за день тепло. Джек периодически обходил территорию, прислушиваясь к необычным звукам и осматривая местность в поисках подозрительных теней. Время от времени ему приходилось возвращаться в трейлер и стоять там под кондиционером, чтобы просохнуть от пота. Он и так волновался, а из-за жары ожидание становилось просто невыносимым.
Проходил час за часом, и Джек представлял себе все новые чудовищные напасти, которые, как он был уверен, обрушились на Анну и Дэвида. Мог снова заглохнуть мотор, и тогда они застряли в темноте. Джек все-таки не механик. Надо было, чтобы этот топливопровод проверил специалист.
Или, может быть, они с Дэвидом попали в аварию. Тогда ее отвезут в больницу и там кто-то спросит про ее ближайших родственников. А ее единственный ближайший родственник лежит этажом выше. Никому и в голову не придет извещать какого-то работника, который на ранчо сходит с ума от беспокойства.
И наконец, Херболды. Ну, проследил он Сесила аж до самого Арканзаса. И что с того? Это ведь отпетые мерзавцы.
Они испорченны от рождения и провели многие годы в тюрьме, где стали закоренелыми преступниками. Трюк, придуманный Сесилом, вполне может служить дымовой завесой для Карла.
Сесил проделывал отвлекающий маневр, в то время как Карл следил за Анной и Дэвидом — единственными родными и близкими людьми для Делрея. Так вот оно что! Их похитили Херболды!
Он уже садился в пикап, готовый мчаться в больницу, чтобы удостовериться, все ли в порядке с Анной и Дэвидом, и в эту минуту увидел свет фар въезжавшей в ворота машины.
Когда машина подъехала к дому, Джек уже стоял в тени возле веранды. Ему нужно было дать о себе знать и предложить внести в дом Дэвида. Надо было выйти вперед и спросить о состоянии Делрея.
Однако, вспомнив ее последние резкие слова, сказанные в то утро, Джек, все еще несколько обиженный на Анну, так и остался в тени, наблюдая, как она забирает с заднего сиденья спящего сына и несет его в дом.
Джек не возвращался в трейлер до тех пор, пока не убедился, что они находятся в доме в полной безопасности. Уставший от нервного напряжения и измотанный долгими часами езды, он упал на кровать и провалился в сон.
Сейчас, чтобы привлечь внимание Анны, он дотронулся до ее руки.
— Что произошло в больнице? Херболд угрожал вам или Делрею?
Она взяла блокнот и написала: «Я ходила с Дэвидом вниз на обед, но Марджори была там. Херболд пришел в комнату для посетителей и потребовал, чтобы его пропустили к Делрею. Ему сказали, что туда нельзя. Он устроил сцену. Вызвали полицию. Она его выпроводила. Вот и все».
— Вполне достаточно, чтобы расстроить Делрея, когда он об этом узнал. — Джек почесал в затылке. — Какого черта он так сделал? Что все это значит?
Но Анна ему не ответила. Торопясь одеться, чтобы уехать в больницу, она уже повернулась к выходу из кабинета. Но выйти оттуда не успела. В дверях стоял горько плачущий Дэвид.
— Я пролил молоко, — сквозь слезы лепетал он. — Я не хотел, мамочка. Я случайно.
Измученная Анна с ошарашенным видом помчалась на кухню.
Устремившийся следом Джек остановил ее, схватив за рубашку.
— Идите одевайтесь, — спокойно сказал он обернувшейся к нему Анне. — С ЧП здесь я разберусь, а вы разбирайтесь с ЧП в больнице. Дэвид сегодня может остаться здесь со мной.
— Можно, мамочка? Можно? — Вытирая слезы, Дэвид возбужденно запрыгал на месте. — Я ненавижу больницу. Там пахнет уколами. Разреши мне остаться с Джеком? Ну пожалуйста!
— Я хочу, чтобы ты уехала. Сегодня, же. Вместе с Дэвидом.
Джек тогда сказал, что Делрей тоже захотел бы, чтобы они уехали. Джек был прав. Джек часто оказывается прав, что одновременно успокаивает и беспокоит.
Анна приняла его предложение посидеть с Дэвидом — весь день, если будет такая необходимость. Анна чувствовала бы себя виноватой за то, что доставляет Джеку такое неудобство, если бы не видела, с каким энтузиазмом они вытирали пролитое молоко. Стоя на четвереньках — Джек в линялых джинсах, Дэвид в пижаме, — они рассеянно сказали ей «до свидания».
Как только Анна прибыла к Делрею, он сразу же начал убеждать ее в необходимости уехать из города и
Забрать с собой Дэвида. Щеки Делрея порозовели, но не от того, что его состояние улучшилось, а от волнения.
— Мы в полной безопасности, Делрей.
— Где-нибудь в другом месте вам будет еще безопаснее.
— Я не оставлю тебя, пока ты в больнице. Как ты мог подумать, что я уеду в такое время?
— При обычных обстоятельствах — конечно. Но вчера здесь был Сесил Херболд. Так что ситуация совершенно неординарная.
Он не знал, что Херболд сначала приезжал к нему домой.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
