Миниатюрная медсестра обнимала суетливого младенца, напевая ему какую-то песенку. Она уже перепробовала все, что могла, чтобы успокоить его, но ребенок не желал успокаиваться без матери. Брин отпустила утомленную, опустошенную и озабоченную состоянием здоровья сына женщину в кафетерий, чтобы та могла перекусить и восстановить хоть часть сил.
"Давай я расскажу тебе историю". – Брин поправила кислородную маску ребенка, а тот изучал лицо Брин, широко распахнув свои глазенки. Брин погладила ребенка по шелковистым темным волосам. – "Ты такой симпатичный, "Раздраженный Джеймс Смит", – мягко прошептала она. – "Ты напоминаешь мне кое-кого". – Младенец засопел, будучи неспособным сопротивляться волшебному мелодичному голосу медсестры и ее умению обращаться с детьми. Она прижала его к груди. – "А теперь я расскажу тебе историю…"
"Историю может слушать любой? " – В проеме двери, опираясь о косяк, стояла Алекс. Ее красивое лицо и улыбка словно освещали палату.
Брин качнулась в кресле-качалке.
"Я сделаю исключение. Обычно я говорю "нет", если человек не болен или не устал". – Зеленые глаза блондинки вредно заискрились.
"Я вся внимание", – игриво усмехнулась хирург.
Брин ухмыльнулась.
"Ревнуете, доктор Морган? "
Алекс изобразила обиду.
"Если только чуть-чуть".
Светловолосая медсестра рассмеялась.
"Не волнуйся, я расскажу тебе историю чуть позже". – И, понизив голос, с придыханием прошептала: – "Испорченный надоедливый ребенок".
Алекс вернулась к профессиональным задачам и подошла поближе к кушетке, чтобы осмотреть пациента. Надев наушники стетоскопа, она забормотала
"Я слышу это…"
Брин улыбнулась и помогла мальчику сменить позу, чтобы Алекс было легче его осматривать. Хирург была аккуратна и нежна, не желая причинить боль пациенту. А тот доверчиво смотрел на Алекс своими огромными синими глазами все время, пока она слушала его сердце и проверяла его. После осмотра, хирург встала, а на лице возникло напряженное выражение. Брин сразу сообразила, что с ребенком было что-то не так.
"Что случилось, Лекс? "
"Его сердце работает с трудом, а он не жалуется и не плачет. Чем быстрее я прооперирую его, тем лучше. Я собираюсь назначить операцию сразу же; я не могу ждать до конца праздника Благодарения. Если я этого не сделаю, у него может остановиться сердце. Мне жаль, но мы, возможно, должны отложить наше возвращение домой".
"Хорошо. Я не возражаю". – Брин аккуратно укладывала ребенка на кушетку. – "Его родители действительно боятся, Лекс. Они потеряли их первенца из-за той же болезни".
"Я знаю. Я попробую вытащить его и поддержать их. Если операция будет проведена немедленно, у него будет много шансов выздороветь. Встретимся дома вечером". – Алекс взяла карточку с данными больного, и, приложив два пальца к губам, потом прикоснулась ими к губам Брин.
***
Доктор Морган сидела за столом в своем кабинете, напротив нее сидели родители мальчика. Первая встреча с родителями пациентов всегда казалась трудной для Алекс. С ними она всегда пыталась быть и аккуратной, и откровенной одновременно.
"Как вы уже знаете, меры, предпринятые нами, были временными. Тогда было необходимо улучшить приток кислорода и стабилизировать работу сердца. Далее должна последовать сложная операция, чтобы вылечить сердце. Операция на сердечной артерии". – Доктор Морган глубоко вздохнула, – "я могу представить себе, как вам сейчас больно, но должна задать вопросы. Вашему первому сыну делали операцию на сердечной артерии? "
Симпатичная молодая женщина, приложила платок к глазам.
"Нет, мы не знали об этом, когда родился наш Роберт. Но доктор Кардин, предложил, чтобы мы приехали в Атланту. Доктор Кардин сказал, что подобного рода операции делаются только тут, и что Вы лучший специалист в этой больнице". – Она запнулась на мгновение, пытаясь вернуть контроль над собой. – "Доктор Морган, мы больше не можем иметь детей. После Роберта, Рилей – наша единственная надежда". – Она начала кричать. – Мы не можем потерять его… мы не можем. Он – наш мир". – Слезы потекли по лицу Элисон Смит, а ее муж пытался успокоить ее.
Алекс почувствовал глубокую симпатию к молодой паре. Она подвинула коробку с одноразовыми платочками поближе к женщине и терпеливо ждала, когда та успокоится. Когда поток слез закончился, хирург заговорила.
"Я уверена, что вы понимаете, что я не могу дать вам каких-либо гарантий, но я верю, что Рилей будет здоров. Как вы уже знаете, смещение артерии – очень серьезный дефект. Но я делала эту операцию сотни раз, и на сегодняшний день смертность по этой операции равна нулю". – Алекс вынула диаграмму и начала объяснять, используя карандаш как указатель. – "Если вы дадите разрешение, мы подключим его к искусственному сердцу, вскроем грудь, и я "переключу" неправильные положения легочной артерии и аорты. Также будет освобождена коронарная артерия, а потом я все зашью. Шрамы будут тонкими". – Алекс тепло улыбнулась. – "Если все пройдет хорошо, мне кажется, что он сможет даже играть в команде Лиги, если захочет, и он совершенно точно сможет вести полноценную жизнь". – Доктор Морган выдержала паузу. – "Конечно, любая операция имеет определенную долю риска, особенно операции на сердце. Но он сейчас хорошо себя чувствует, у меня много опыта, и если операция состоится, здоровье Рилея будет превосходным".
Отец Рилея прокашлялся.
"У нас материальные проблемы, доктор Морган. Счета от больницы, когда болел наш первый сын, превышали даже страховку. Мы заплатим каждый цент, но нам может потребоваться немного времени".
"Доктор Кардин объяснил ваше положение… И я решила отказаться от оплаты".
Молодая пара была ошеломлена.
"Но… как мы можем отблагодарить Вас? " – В унисон спросили они.
"Пришлите мне фото вашего здорового и счастливого ребенка. Он очень красивый малый. И очень скоро он будет абсолютно здоровым, и розовым, а не синим, как сейчас". – Алекс ласково улыбнулась и сцепила руки. – "Я назначу операцию на завтрашнее утро вместо следующей недели. Чем скорее я помогу ему, тем лучше для Рилея. Должна сообщить вам, что планировала на праздник Благодарения уехать в Кейп-Код. Я оставлю Рилея на попечение доктора Стефани Мур. Она будет помогать мне оперировать мальчика, и она превосходный специалист. Но если будут какие-нибудь послеоперационные осложнения, то я отложу поездку".
"Спасибо, доктор Морган. Вы понятия не имеете, что для нас значит ваша доброта! " – Чад и Элисон Смит встали с кресел, чтобы уйти, но остановились и обняли Алекс. Несмотря на то, что хирург чувствовала себя неловко от проявлений привязанности к незнакомым людям, все же застенчиво обняла их в ответ.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
