Читаем без скачивания Часовой механизм - Михаил Март

— Хитро. Все продумал. Не зря свой хлеб ешь, товарищ начальник. Даже если они не в Рудне, то все дороги все равно в один узел сходятся.

— Вот именно. Дадим им отдохнуть пару дней, а потом выставим кордоны по всем узловым точкам, кроме наших с тобой направлений.

Ершов поднял вверх руки.

— Сдаюсь, командир. Замечаний нет. Четкий план. Из такого невода им не выбраться.

На столе зазвонил телефон. Майор снял трубку.

— Требухин на проводе.

— Здравия желаю, товарищ майор. Лейтенант Полосухин из Еланского райотдела беспокоит.

— Беспокоишь, это точно. Если бы Артюхова взяли, то Пустовалов сам бы позвонил.

— Одним Артюховым неприятности не кончаются. На пятом километре Михайловского шоссе обнаружен труп депутата Ярыгина. Огнестрельное в висок. Сами.приедете или кого пришлете? Надо бы к нему домой заглянуть. Может, сын его дома. Отпечатки собрать…

— Не учи ученого, лейтенант. Известие принял.

Требухин бросил трубку.

— Садись в машину, Антон, и дуй на пятый километр Михайловского шоссе.

— В зону Пустовалова?

— Там труп Ярыгина найден. А он проживал в нашем районе.

— Виталий?!

— Ну, хватит рожи корчить. Прочти все протоколы внимательно, прежде чем подписывать.

— Экспертов брать?

— У Пустовалова своих хватает Дело на нем висит, пусть расхлебывает. Наблюдай, но не вмешивайся. А мне наши эксперты самому понадобятся. Я еду к Ярыгину домой. Посмотрим, что там творится. Этого нам только еще не хватало. Вот теперь скандала не избежать. Все начальство как воронье на помойку слетится.

Через минуту кабинет опустел.

 6 часов 23 минуты

Как говорится: «На ловца и зверь бежит». Одинокую фигуру Алены Журавлев увидел на окраине города. Девушка шла решительной походкой, очень целеустремленно. Несколько раз она доставала сотовый телефон и куда-то звонила, но ей, похоже, не отвечали.

Журавлев пошел за ней. После того как он познакомился со всеми архивами девушки и ее дневником, он понял, что имеет дело не с ребенком, а с серьезным игроком, который умеет ловко плести интриги, создавать свои теории, ставить перед собой задачи и своеобразным образом решать их. Удивляло другое. Девушки должны иметь подруг или друзей, с кем можно поделиться и перед кем похвастаться. Алена делилась только со своим дневником, так как ее подруги и мальчики служили подопытными кроликами, над которыми она проводила свои эксперименты. Ничего дорогого и близкого сердцу у молодой красавицы не существовало, кроме отца, к которому она проявляла трогательную любовь. Богатство и слава были ее кумирами и королями. Все остальное не имело значения. Что же с ней дальше будет? И что маленькая стерва задумала на этот раз? Куда она так торопится?

Окольными путями они вышли на широкую улицу, где в глубине огромного участка высился белый, покрытый зеленым плющом особняк. Таких в городе больше не было. Высокий забор — витая кованая решетка — не скрывал красоты клумб и аллей.

В уездных городах в таких особняках заседало главное начальство, ныне называемое администрацией.

Девушка, не раздумывая, ловко перелезла через ограду. Увидев овчарок по другую сторону ограды, Журавлев не решился следовать за ней. Облака порозовели, до восхода солнца оставались минуты, но улица и сад все еще рисовались в предрассветных тонах. Света в окнах не было.

Судя по беседкам и ухоженным клумбам, этот дворец принадлежал частному лицу. А таким лицом в этих местах мог быть только Хлебников. Да и фотографии, сделанные Метелкиным, это подтверждали.

Собаки девушку не тронули. Значит, она здесь бывала не раз. Неужели Хлебников настолько глуп, что приводил в свой дом несовершеннолетнюю любовницу, да еще дочь начальника милиции, при живой жене? Каким бы сумасбродом ни был главный фальшивомонетчик страны, но связываться с Пустоваловым — дело опасное. Он держит район в крепком кулаке и кулак этот боевой, а не бутафорский.

Журавлев стоял у решетки и наблюдал, как девушка приближается к крыльцу дома. Она не пряталась и шла очень уверенно.

Кажется, она удивилась, что дверь была не заперта. Сначала Алена хотела постучать в окно кабинета, где в последнее время ночевал Хлебников, но приоткрытая дверь ее удивила, и она решила войти без предварительного сигнала. Обычно Алексей впускал ее через окно, но сейчас — не тот случай. Теперь уже можно идти напрямую.

Она зашла в дом. Огромный круглый зал, сверкающий паркет, мраморная лестница и дубовые двери по обе стороны. По центру нависала громадная хрустальная люстра.

Алена безошибочно направилась к нужной двери. В эту секунду вспыхнул свет. Незваная гостья резко обернулась.

На белых ступенях стояла жена Хлебникова — Тамара, в длинном полупрозрачном пеньюаре, держась одной рукой за перила, второй опершись на бедро, со злобой в глазах разглядывала девушку.

— Совсем обнаглела, сучка недоношенная? Уже открыто ко мне в дом приперлась.

Алена поняла, что разбудила ее своим звонком. Мобильный Хлебникова не срабатывал, и она позвонила по городскому, что ей делать запрещалось, так как у жены стоит параллельный аппарат. Впрочем, теперь это уже не имело никакого значения. Перед тем как звонить Хлебникову, Алена позвонила дежурному в управление, чтобы узнать, где находится отец. Она хотела вернуться домой и взять кое-какие вещи, но не хотела бы с ним столкнуться. Лейтенант доложил дочке начальника, что найден труп Ярыгина в машине на шоссе. Ее план сработал. Не смог убить Горочка-дурачок, так это сделал за него отец. В этом она не сомневалась. Теперь в убийстве можно обвинить кого угодно, начиная от Хлебникова, кончая сыном депутата, который в итоге повесился. Одним ублюдком стало меньше. Настал черед Хлебникова. Уж теперь-то он попляшет.

— И давно ты себя здесь хозяйкой возомнила, старая грымза?

У Тамары обвисли руки, словно кто-то перерезал ей сухожилия.

— Ах ты, мелкая тварь! Ты знаешь, что я с тобой сейчас сделаю? М… М… м…

— Заело? Ничего ты со мной не сделаешь. А муженька твоего скоро переселят в Магадан. Там для вас климат более подходящий. Только квартиру тебе дадут немного поменьше этой. Будешь ведра со студеной водичкой сама таскать. Запасайся валенками, чувырла потрепанная.

Алена распахнула дверь кабинета и вошла. Жена хозяина бросилась за ней.

Хлебников спал на животе, свесив руку с дивана до пола.

— Вставай, Алеша. Извини, но твоя зануда прилипла ко мне и мы явились обе. Семейные проблемы потом решать будешь. Сейчас надо выносить другие решения. Ярыгин убит выстрелом в висок на нашей территории, и от тебя будет зависеть, как зовут его убийцу!

Девушка зачитывала приговор. Ясно, четко, громко, без пауз.

— При чем здесь Ярыгин? — удивилась Тамара. — Почему Алексей должен что-то решать? Они даже не общались…

— Заткнись, тупица! Твой муж грозил Ярыгину убить его — есть неопровержимые улики против Хлебникова. Но у него есть шанс выкарабкаться, если решится на некоторые жертвы. Впрочем, тебя это не касается. Твое дело ногти красить, а не совать свой нос в политику.

Но Тамара ее уже не слышала. Она приблизилась к дивану и наклонила голову. Вокруг рта мужа и ноздрей скопилась кровавая пена. Белое лицо походило на восковую маску.

— Алеша? Что с тобой?

Она дернула его за руку, и он сполз на пол, перевернувшись на спину. Тут и медиком не надо быть, чтобы понять, жив человек или его уже нет.

С молодой гордячки, стоящей в дверях, быстро слетела судейская маска, и она вскрикнула детским еще голоском.

Тамара опустилась на пол и откинулась на ножку дивана. Она не кричала, а как загипнотизированная уставилась в одну точку и только трясущиеся губы говорили о том, что она в сознании.

Алена все же сумела взять себя в руки. Она подошла к столу, сняла телефонную трубку и набрала номер дежурного. Ей не надо было изменять свой голос, это и так был лишь сдавленный хрип.

— Говорит жена Алексея Хлебникова. Мой муж мертв.

Бросив трубку мимо рычага, девушка направилась к дверям, а Тамара продолжала неподвижно сидеть, еще не понимая, что же произошло.

 6 часов 47 минут

Пустовалов выслушал доклад дежурного и отключил рацию.

— Хомутов и Велихов, останьтесь здесь. Сейчас прибудет Требухин или кто-то из его помощников. Ознакомьте представителя побратимого ведомства с протоколами и пусть подпишет протокол опознания, если не приедут родственники погибшего. А потом отправляйте тела в морг на вскрытие. И держите жирновцев на должной дистанции. Экспертов я забираю с собой. У нас еще один покойничек нарисовался. Похоже, началась эпидемия.

Майор повернулся к Метелкину:

— Вам везет на сенсации, Евгений Михалыч. Не успели на свет белый вылезти, как посыпались сюрпризы со всех сторон. А я-то думал, что все ограничится поисками беглого зэка.

— Вы правы. Я всегда попадаю в гущу событий. Так вы берете меня с собой?