— Практически дети, — смеется Хэтти.
— Но… но… мы ходим в садовые центры и совершаем однодневные экскурсии по независимым книжным магазинам, — возражает Меган. Она не ошибается, это два наших любимых занятия.
— Мне надоело знакомиться с парнями в этих приложениях. А нельзя ли мне просто познакомиться с кем-нибудь по старинке, засунув язык им в глотку на танцполе и надеясь, что я не подхвачу воспаление желез?
— Метод Хэтти? — Меган смеется.
— Эй, он работает!
— Но я же уже в пижаме?
— Да ладно тебе, Меган. Пожалуйста? — я не против попрошайничества, теперь я решила, что это то, чем хочу заняться. — Будет весело. Может быть, сегодня вечером мы познакомимся с нашими будущими мужьями.
Глава 30
Кара
Полчаса спустя мы совершаем набег на мой гардероб, накладываем макияж и садимся в такси. Возможно, мы выглядим не лучшим образом, но мы справимся.
«Райли» — единственное место в нашем городе, которое действительно можно назвать ночным клубом. Он находится наверху, в помещении, которое много-много лет назад являлось бильярдной. Думаю, мой отец играл там в своей молодости. Снаружи небольшая очередь, и я чувствую себя древней старухой по сравнению со всеми остальными. Либо это так, либо им всем по пятнадцать, и мы случайно оказались на дискотеке для несовершеннолетних. Здесь холоднее, чем я ожидала, но, конечно, мы не взяли с собой верхнюю одежду, поэтому я благодарна вышибале, который машет нам рукой, когда мы поднимаемся по лестнице и входим в двери клуба.
Здесь шумно, душно и грязно. Столики и стулья расставлены по обе стороны большого танцпола в центре зала, который нам нужно пересечь, чтобы добраться до бара, расположенного вдоль задней стены. К счастью, в воздухе витает отвратительная завеса от дымовой машины, поэтому я не чувствую себя так, будто нахожусь на витрине мясного рынка.
Мы бывали здесь несколько раз, обычно на дни рождения других людей, но нас нельзя назвать постоянными посетительницами. Мы протискиваемся к бару, Хэтти привлекает внимание бармена и заказывает три порции двойной водки с колой. Я бы предпочла бокал белого вина, но здесь не та атмосфера.
— Тут ужасно! — кричит Меган мне в ухо. — Я чувствую себя такой старой.
— Я тоже! — кричу я в ответ и допиваю свой напиток. — Пойдем потанцуем. — Мы уже собираемся направиться на танцпол, когда Хэтти приносят поднос с текилой. Она так дурно на меня влияет, я даже не видела, чтобы она ее заказывала. Знаю, что пожалею об этом, но все равно выпиваю свою и, схватив их за руки, тащу на танцпол.
Мы находим подходящее местечко для нас троих возле кабинки диджея. Я правда люблю танцевать. Или, по крайней мере, мне нравится двигать своим телом так, чтобы это, как я надеюсь, напоминало танец. На самом деле у меня нет никакого чувства ритма, я не всегда могу вспомнить слова, но если в песне хороший ритм, то нет ничего лучше, чем просто прыгать. Особенно когда я достаточно выпью, чтобы не обращать внимания на то, что подумают другие. По моим венам течет музыка, и этого достаточно, чтобы просто почувствовать себя живой и свободной на какое-то время.
Мы с Адамом никогда раньше не ходили в подобные места. Сначала это было связано с тем, что мы очень много экономили, но даже когда мы стали старше и достроили дом, нам это не нравилось. Иногда мы ходили куда-нибудь на дни рождения к друзьям, но Адам всегда был рядом со мной, и мы никогда и нигде надолго не задерживались. Я думала, он такой романтичный, никогда не хотел меня отпускать, всегда защищал, но теперь думаю, что, возможно, это было не так уж и хорошо. Временами он мог сильно ревновать, даже если не было причин для беспокойства.
Не знаю этой песни, ноги у меня подкашиваются, Хэтти нигде не видно, а я так вспотела после танцев, что мне нужно будет принять душ, когда вернусь домой.
— Выпьем? — я подаю знак Меган, она кивает и идет за мной обратно к бару.
Мы только что допили еще одну порцию водки с колой и направляемся обратно на танцпол, когда Меган обхватывает мое лицо обеими руками и поворачивает мою голову. В углу Хэтти, похоже, нашла себе мужчину, который, кажется, так сильно сжимает ее задницу, что вот-вот оторвет ее от ее тела. Мы оглядываемся друг на друга и разражаемся смехом.
— Видишь здесь кого-нибудь, кто тебе нравится? — кричит Меган мне в ухо, и мы обе пытаемся незаметно оглядеться, танцуя вместе, а затем качаем головами.
— Думаю, это была ужасная идея, — кричу я. Честно говоря, не знаю, о чем я думала. Все здесь намного моложе нас, и хотя возраст, кажется, не беспокоит Хэтти, мне неприятно думать о том, что я совращаю двадцатидвухлетнего. Мы не вписываемся, выглядим очень неловко, и чем дольше мы здесь находимся, тем больше я смущаюсь, что потащила их с собой.
После того, как мы протанцевали до одиннадцати, не вызвав даже намека на интерес со стороны наших коллег по клубу, я готова отправиться спать. Обнимаю Меган за талию и притягиваю к себе.
— Хочешь уйти?
— Да, правда хочу, извини, это нормально? — перекрикивает она другую песню, которую я не узнаю.
— Все в порядке! Давайте позовем Хэтти.
Оказывается, Хэтти вполне счастлива оставаться в объятиях того, кем бы он ни был.
— Напишу вам, когда вернусь домой, — кричит она, и мы с Меган выходим на улицу. На ограниченное количество такси стоит большая очередь, поэтому мы, взявшись за руки и прижавшись друг к другу, направляемся по узкой главной улице, ведущей в мою часть города.
— Не знаю, почему я решила, что поход в клуб — это хороший способ познакомиться с мужчиной, Меггс.
— Я тоже не знаю, моя дорогая, но, думаю, это один из тех уроков, о которых тебе нужно время от времени напоминать.
Я смеюсь, икаю и рыгаю одновременно.
— Почему мы позволили Хэтти купить текилу?
— Не думаю, что мы могли на это что-то сказать. Может, возьмем чипсов?
— Да-а-а! Люблю тебя! — кричу я.
Магазин чипсов находится сразу за переулком, который ведет к кофейне «Солнечное сияние», и, когда мы проходили мимо, кое-что привлекло мое внимание.
— Эй, смотри, — указываю я. — У Люка горит свет. Давай зайдем.
— Уже почти полночь, он закрыт.
— Ну, значит, он оставил свет включенным. Сделаю фото и расскажу ему. — Мы держимся друг за друга, пока, пошатываясь, выходим во двор, стараясь не наступать на булыжники в наших нелепых туфлях. Дверь заперта, но когда я выглядываю в окно, то вижу Люка внутри. Мы громко стучим, пока он не открывает нам.
— Что вы двое здесь делаете?
— Мы были в клубе, — говорит Меган, врываясь внутрь и усаживаясь за столик с высокими стульями. Я странно этим раздражена. Я всегда сажусь за наш столик у окна, и, думаю, он замечает, что я смотрю на него.
— А ты почему здесь так поздно? — спрашиваю я. Он так хорошо выглядит в своих темных джинсах и бордовой футболке, и поскольку он был создан, чтобы мучить меня, то немного закатал рукава, демонстрируя еще больше своих бицепсов.
Мм-м-м, бицепсы.
— Не мог уснуть и пришел, чтобы заново покрыть столы лаком. Давно хотел это сделать.
Он начинает тереть поверхность стола салфеткой, его предплечья напряжены и сексуальные, и все, что я могу представить, это как лежу голая на его кровати, а он растирает меня с ног до головы таким же образом. Мне нужно взять себя в руки.
— Хотите кофе? — спрашивает он.
— Я сделаю, — говорю я, направляясь за стойку, но он протягивает руку и, обхватив меня за талию, оттягивает назад. Ощущение упругости его кожи на моем животе вызывает у меня стон, вырывающийся из груди.
— Нет, не сделаешь.
— Но я же не против, — качаю я головой.
— Я против, — смеется он и ведет меня обратно к столу, где Меган строит башню из пакетиков с сахаром. — Ты здесь не работаешь, Кара.
Он занимается нашими напитками, а когда приносит их, то спрашивает:
— Ну, как прошел вечер в клубе? — И мне нравится, что он выглядит по-настоящему сексуальным стариком.
