за себя.
Дальнейшей его целью было найти тех, кто пожелает с ним создать союз. И будучи тёмным, он рассчитывал на длительное время сохранить на длительное время эту дарованную ему Вульфгатами свободу. Ссорится с которыми, Райво больше не планировал.
Он и так в своё время был обманут. Сам ворвался на их территорию бесчинствовать и убивать. Наверное именно из-за этого и был пленён ими же. Правда иногда его выпускали для обучения молодняка. Но это была не более чем прогулка на короткие дистанции.
А сейчас его действительно отпускают на волю. Он это понял в тот же момент, когда заметил внушительную армейскую вертушку перед собой.
Райво даже потрогал твёрдый металл внушительной техники, когда приблизился достаточно близко. В тот момент он подумал:
«Раз ему дарован шанс, то грех им не воспользоваться.»
В дальнейшем, он рассчитывал с особой тщательностью обдумывать каждый свой будущий шаг. И больше не желал сломя голову лететь куда-то по наводке одного из своих, или чужих.
— Сам нарвался. — Выдохнул он залезая внутрь вертолёта.
Его взгляд в последний раз скользнул по бескрайним полям, с небольшим участком скал и густыми лесными насаждениями.
Знай он что так будет, не открыл бы портал прямехонько к логову этих зверей. Хотя, скорее всего именно благодаря им, он всё ещё до сих пор жив. Ведь светлые тогда не успокоились бы. Их выбор от чего-то пал именно на него и его шефа Зигмунда.
«Жив ли он сейчас?» Размышлял прикрывая глаза Райво, всё-таки инквизиторы лично участвовали в их поимке и уничтожении.
А ещё он размышлял о том, какой дар был преподнесён им в обмен на жизни практически пяти сильнейших тёмных. Или скорее всего один из дорвавшихся до власти светлых решил таким образом побаловать своё эго. У него не было точных фактов какие касались причины, и в данный момент он мог только предполагать.
Тёмные всегда делают, что хотят. Соответственно и убивают невинных ради силы. А ещё они могли быстро развивать практически любой бизнес благодаря своим силам. Всячески мешать конкурентам, насылая проклятье или болезни. В результате у них появлялось много врагов и завистников.
Светлые же наоборот пытаются добиться всего своим трудом, не прибегая к сторонним силам. Считая, что именно труд сделал из обезьяны человека. Хотя это не совсем верно.
Зачастую именно их и съедала зависть когда они добирались на вершину своим путём. Тёмные уже имели всё самое лучшее и даже больше.
Глава 40. Внезапное решение покинуть дом
Аврора стояла перед зеркалом разглядывая своё бледное отражение. Торопливо подкрашивая губы телесного цвета помадой, она нанесла лёгкий макияж на лицо. Макияж ложился не ровно, ведь она лично накладывала его едва ли не впервый раз в своей жизни.
— Уж лучше бы совсем не красилась… — изрекла она приходя к определённым выводам созерцая своё отражение в зеркале.
— Аврора, доченька, как ты? — Послышался со стороны ступеней обеспокоенный голос матери.
— Ну, вот… — застонала она подходя к тазу с водой для умывания.
— Ты уже взрослая девочка.
Начала нравоучительные высказывания Амалия.
— Мы с тобой ещё не общались на подобные темы.
По глухому вздоху было понятно, что ей самой не очень то и нравится подобный разговор.
— Ты уже должна понимать, что от связи с мужчинами появляются дети.
Амалия уже возникла в комнате и в её фиолетовых зрачках искрилась радость.
— Мам… — из груди Авроры вышел сердитый стон.
В голове появлялись эпизоды минувшей ночи. Да, червоточина на пару с умениями её волчицы вывела её в лес приближённый к родному поселению. И всё утро её тошнило из-за плохо переваренной или же сырой пищи которую в буквальном смысле заглатывала от голода её волчица.
— Мам, я просто съела что-то не то. — Поспешила она успокоить взволнованную мать.
— Как бы тебе сказать.
Амалия ещё некоторое время мялась стоя в сторонке, с усердием выгибая на руках пальцы.
— С оборотнями не всё так просто. Их ген очень сильный. И избавится от плода практически невозможно. Ну… если имеет место постоянная связь.
Девушка только обречённо выдохнула. А Амалия тем временем продолжала:
— Тут если он пожелает, ребёнок так или иначе появится. Так что тебе нужно переговорить с твоим постоянным партнёром, чтобы подобного не произошло. Уверенна он к тебе прислушается. Обычно оборотни прислушиваются к желаниям своей женщины.
— Мам.
Аврора только качнула головой и ухмыльнулась, пробормотав:
— Связей никаких не имею! Ивона к себе не подпускаю. Было один раз и то зельем опоила себя до тошноты. Да, и оно подействовало.
— Подойди, малышка.
— Мама! Меня машина ждёт, — с упрёком высказалась примерная дочка и тут же приблизилась к матери.
— Аврора, ну не мучай ты его. Он же вчера сюда приходил и со мной разговаривал. Обещал, что никогда больше не обидит тебя. Просто дай ему шанс, ты ведь тоже страдаешь.
Нарочно громко застонав, девушка только обречённо кивнула. Мать всё-таки не переспоришь, а её искрящийся взгляд то и дело блуждал по бледному лицу дочери.
— Сдаётся мне, что ты всё-таки ошиблась.
Погладив дочку по пояснице, она с уверенностью кивнула на дверь.
— Там внизу отец и твои братья. Они знают о твоём недомогании. Может через окно сбежишь? Я входную дверь придержу.
— Хех, смешно. — Высказала она матери.
Вот только Авроре было не до смеха. Настойка от тошноты ей помогла, но не на долго. А вот в своих словах она была полностью уверенна и сейчас ей действительно нужна была помощь кого нибудь из оборотней.
— Аврора, девочка моя. Я думаю, ты в праве его отталкивать. Но только не мучай себя, и своего зверя. С ним тебе будет… спокойнее. Он ведь и подсказать сможет кое-что, ведь его зверь с ним уже давно. А твой вот только недавно появился. Побудете вместе, авось всё и образумится. Всё-таки оборотни умеют любить.
Амалия всё так же заламывала пальцы на руках, и Аврора попыталась лёгкими объятиями успокоить мать. После чего поспешила спуститься вниз.
— У вас три секунды объяснить мне как избавится от тошноты после съеденной сырой живности.
Потребовала она от двоих братьев и отца, ожидающих её на первом этаже здания.
Конечно никто из них не ответил ей. Только отец приблизился слишком близко. Скосив не добро звериный взор, он лишь слегка наклонился с жадностью принюхиваясь к ней.
— Чем там Ивон занимается? — Сердито выкрикнул он почти сразу же отстраняясь от дочери.
— Ничего? — Переспросил в удивлении Карлос, один из братьев.
— Она пахнет мертвецом! Какого ты ночью делала на кладбище? Ты уже питаешься
