class="p1">У Миссис Палмер, готовившейся в скором времени разменять седьмой десяток, было на редкость кислое выражение лица. Она взяла на работу двух молодых девушек, чтобы те держали в чистоте «общественные места» – так она называла прихожую и лестницу – и прислуживали в столовой. У нее был вечно недовольный вид, как будто война и все ее последствия были созданы исключительно для того, чтобы докучать ей.
В первый вечер, когда Имоджен и Джой сидели в столовой, немного взволнованные непривычной обстановкой, и ждали, когда им подадут их более чем скромный ужин, миссис Палмер заявила, что если будет еще одна бомбардировка, то она закроет дом и уедет.
– Это просто позор! – возмутилась она и с грохотом поставила две тарелки жидкого томатного супа перед своими новыми квартирантками. – Я не представляю, как мы все это переживем.
Когда она вышла из столовой, располагавшейся в комнате с высоким потолком, Имоджен и Джой весело рассмеялись.
– Только посмотри на нее! – сказала Джой. – Она просто ходячий анекдот!
Неделю назад их перевели из Госфорта в штаб нового департамента, находившийся в Лондоне, в районе Сент-Джеймс. Девушки получили документы о новом назначении в один день и тут же бросились искать друг друга.
– Джинни, – воскликнула Джой, – я еду в Лондон!
– Я тоже, – ответила Имоджен. – Это так необычно! Как думаешь, чем мы будем заниматься?
– Мое руководство сказало, что они готовят специальную группу для какой-то новой операции… и очень секретной. Набирают девушек отовсюду: машинисток, операторов радиолокационных станций, радисток, много кого.
– Но почему пригласили именно нас?
– Не знаю… Но все равно это так здорово, правда?
– Да… очень, – согласилась Имоджен.
– Ты же сама говорила, что хочешь начать все с чистого листа, – сказала Джой. – И кажется, твои пожелания были услышаны.
После того как первая радость от нового назначения утихла, им предстояло волнительное прощание с родными на вокзале в Ньюкасле. На платформе отец так крепко обнял Имоджен, что она с трудом могла вздохнуть.
– Я оплатил вам обеим ланч в вагоне-ресторане для пассажиров первого класса, – сказал он, целуя ее в макушку. – Ваш столик забронирован на час дня, так что не опаздывайте… и насладитесь едой. Возможно, в ближайшее время вам больше не удастся так вкусно поесть.
Его голос был громким и уверенным, но Имоджен чувствовала, что отец вот-вот расплачется, когда целовал ее на прощание.
В горле у нее стоял комок, и единственное, что она смогла из себя выдавить, было:
– Спасибо, папа.
Мать, всегда умевшая сохранять спокойствие в непростых ситуациях, обняла дочь и просто сказала:
– Мысленно я всегда буду рядом с тобой, дорогая. Будь смелой, сильной и постарайся особо не проказничать! Помни: я тобой очень горжусь.
С трудом сдерживая слезы, Имоджен поцеловала мать в ее мягкую щеку.
– Ах, мамочка! Я боюсь так же сильно, как тогда, когда меня отправляли в Озерный край. Я буду очень скучать.
– Я тоже, – сказала Роуз. – Но помнишь, как тебе было весело в Озерном крае? И ты там стала… такой самостоятельной. Тебя выбрали на эту должность потому, что ты хороший специалист в своем деле. Ты должна собой гордиться. А теперь поезжай и не забывай писать нам!
Выглянув из окна вагона, Имоджен наблюдала за тем, как ее высокий нескладный отец взял за руку маленькую, всегда держащую идеальную осанку мать, и они вместе направились к выходу с платформы. Сердце Имоджен наполнилось нежностью. Родители, которых она всегда считала своей надежной опорой, которые были готовы поддержать ее в самых критических ситуациях, неожиданно показались ей одинокими и беззащитными. Глотая слезы, она вдруг подумала, что, возможно, видит их в последний раз. Но в этот момент поезд наконец тронулся, и, когда они пересекали мост через реку Тайн, Имоджен прогнала от себя грустные мысли и поудобнее расположилась на своем месте.
– Правда, это похоже на день эвакуации? – взволнованно спросила Джой. – Только теперь у нас на шеях нет бирок с нашими именами!
Тем же вечером, подъезжая к обветшалому викторианскому особняку в районе Белсайз-парк, они обрадовались, узнав, что будут жить в одной комнате. Однако, когда они увидели потертый линолеум, холодный пустой камин и тонкие одеяла, на смену радости пришла тревога.
– Ох, Джой, – сказала Имоджен, опуская свой чемодан на пол, – здесь мрачновато… Но с нами ведь все будет хорошо, правда?
– Разумеется, дорогая, – весело ответила Джой. – Не обращай внимания на обстановку. У нас все будет замечательно, как в старые добрые времена.
В отличие от их обшарпанного жилища, офисы, в которых им предстояло работать, располагались в элегантном доме в георгианском стиле в районе Сент-Джеймс. Как они впоследствии выяснили, мужчинам и женщинам из трех основных видов вооруженных сил – армии, флота и ВВС – предстояло работать вместе, что было весьма непривычно. После беглого изучения плана здания девушек попросили подписать документ о неразглашении государственной тайны, что немного взволновало обеих.
– Все сказанное или сделанное в стенах этого здания считается совершенно секретной информацией, – предупредила старшина, когда Имоджен и Джой только приехали. – Вам ясно? Ваша работа необычайно важна для страны.
Девушки нервно кивнули и подписали документ.
– На всех документах вы увидите штамп с надписью «БИГОТ», – продолжала старшина. – В свое время вы поймете значение этого слова. А теперь поднимитесь на второй этаж, там вы получите задание.
Джой, как она и предполагала, направили в отдел машинисток, где женщины много часов подряд печатали документы для представителей руководящего состава, которые находились в здании. Наиболее квалифицированные секретари размещались отдельно – их работа была особенно важной. Имоджен, работавшую в Ньюкасле оператором радиолокационной станции, теперь определили в личную канцелярию одного из крупных военачальников флота, адмирала Сполдинга.
– Входите, рядовая Митчелл, – сказал он и вежливо встал при ее появлении.
Это был высокий светловолосый мужчина с добрыми светло-голубыми глазами. Он указал ей на стул напротив своего стола. Имоджен села, с трудом сдерживая волнение.
– Вы приехали из Ньюкасла, как я понимаю?
– Да, сэр… вчера.
– Нормально разместились?
– Да… все замечательно, сэр.
– И вы работали там оператором?
– Да…
– Работа была напряженной, как я понимаю. В Северном море всегда много кораблей.
– Да, сэр… но было интересно. Мне очень нравилось. И мне повезло, что мои родители живут в Госфорте, поэтому не пришлось уезжать из дома.
– И вы изучаете архитектуру?
– Да. Окончила первый курс Архитектурной школы в Ньюкасле. Я училась в Королевском колледже – он входит в Даремский университет. Но потом пришло время идти служить, и в июне я поступила в «Рены», прошла подготовку и стала оператором.
– Почему вы выбрали службу во флоте?
– Ох, понимаете… у них такая милая форма… – Имоджен улыбнулась и
