Читаем без скачивания Остров Вальгалла - Сергей Самаров

– Максимыч разговаривал по телефону с одним иностранным бизнесменом. У нас сложилось впечатление, что именно этот бизнесмен – бывший, кстати, россиянин, ныне постоянно проживающий в Великобритании – и финансирует деятельность школы. Однако, согласно нашим данным, сам он не настолько богат, чтобы швыряться деньгами. Предположительно, за всем этим кто-то стоит. Кто-то более крупный. Но это уже наша задача – выяснить детали. А тебе передаю предупреждение. Максимыч почувствовал, что ему наступают на «хвост», и решился, видимо, натравить на «Вальгаллу» кавказцев. Откровенных бандитов, что обосновались у нас в городе. Разговор шел в том числе и о тебе. Если заработаешь миллион, у тебя его попытаются отобрать кавказцы. Если выстоишь, то тобой займутся вплотную. Хотят использовать тебя в какой-то пока нам непонятной деятельности. Будь готов к любому повороту событий.

– Я буду настороже. Но все-таки ты не сможешь забрать у меня деньги, если они у меня будут? На время, пока я со всем этим не разберусь.

– Попробую организовать. Могу сам подъехать, могу кого-то подослать.

– Лучше сам.

– Хорошо. Я организую встречу. Что сейчас планируешь делать?

– Готовиться. Моя группа вот-вот соберется.

– Значит, до завтра.

– До завтра… Хотя я попрошу тебя еще задержаться на месте. Могут возникнуть дополнительные организационные вопросы.

– Договорились, не буду выключать компьютер. А какие вопросы предвидятся?

– Хорошо бы какой-нибудь транспорт подбросить. Для обратной дороги. Что-нибудь серьезное.

– «Тойоту Лендкрузер»? – Макиавелли съязвил, памятуя машины преподавателей «Вальгаллы». – Или уж сразу «Порше Кайенн»?

– Мне бы хватило грузовика. Небольшого. Скажем, «Газель». Лучше грузопассажирская.

– Это найдем без проблем. Я сейчас подберу карту и сброшу тебе на электронный адрес.

– Будет очень кстати.

– По квадратам посмотришь, скажешь, где поставить машину.

– Отлично. Можно без водителя. Только пусть водитель об угоне сразу не заявляет. И документы оставит в машине.

– Времени мало осталось, но сделаем. Кстати, сразу вижу способ, как у тебя деньги забрать. Ничего, если я в форме дорожного инспектора подъеду? По поводу угона тобой машины.

– Нормальный ход.

– И на время осуществлю задержание.

– Годится.

– Тогда я буду готовиться.

3

Сундук стоял в кабинете Максимыча. Красивый сундук, стилизованный под простецкую старину, с декоративной оковкой по стенкам и крышке. И даже сам Максимыч, несмотря на «болезнь», приехал в «Вальгаллу», чтобы посмотреть, как пройдет завершающий этап. Правда, за рулем его «Лендкрузера» сидел какой-то молодой омоновец. С «высоким давлением» сесть за руль демонстративно полковник не решился. Даже в присутствии президента «Вальгаллы» Счастливый, за один день привыкший командовать, распоряжался всем. Он опять был в камуфляже и в «краповом» берете и вид имел вполне боевой, хотя и слегка суетился. Максимыч на эту суету посматривал чуть ревниво, наверное, нервничал, отчего у него по-настоящему повышалось давление, но молчал, не решаясь показывать всем свою ревность.

Встретившись со Станиславом в коридоре незадолго до первого инструктажа, Счастливый с добрейшей, хотя и слегка высокомерной улыбкой поинтересовался:

– Ну что, спецназовец, время на раздумья вышло. Ты скажешь мне что-то разумное, доброе и вечное в ответ на мое предложение?

Рядом никого не было, но майор тем не менее говорил шепотом, и Ратилов даже обеспокоился, сможет ли уловить слова микрофон диктофона. Тем не менее ответил на улыбку майора не менее приветливой улыбкой.

– Смысла в этом сотрудничестве не вижу, поскольку не вижу среди курсантов достойных соперников. Думаю, что справлюсь и без посторонней помощи. А если сам справлюсь, зачем мне с кем-то делиться? И вообще, товарищ майор, я по характеру максималист – или все, или ничего. С такими принципами я себя лучше чувствую в жизни.

– Гордыня человеческая – один из самых страшных смертных грехов, – назидательно сказал майор. – Слышал, наверное, что во времена настоящего христианства актеров запрещали хоронить на освященной земле и хоронили только рядом с самоубийцами за пределами кладбища? Это потому, что у них во главе всего гордыня стоит. Они к гордости стремятся, без нее жить не могут. Не возгордись…

– Алчность, товарищ майор, тоже грех не из легких. И еще обман – тоже из той же серии…

– И жадность… – отпарировал Счастливый.

– Чья? Ваша? Конечно… А у меня не жадность превалирует, а необходимость. Так что извините, сотрудничество у нас с вами не получается.

Счастливый от таких слов несчастным себя не почувствовал, и Ратилов еще трижды видел, как майор наедине беседовал с другими курсантами. Может быть, выбирал одного-единственного, может быть, всех сразу – в надежде, что кому-то из них будет сопутствовать удача. Возможно, все и отказались; но приятного в ситуации было мало, и к этим курсантам следовало присматриваться внимательнее. Но нового Станиславу, уже информированному и принявшему кое-какие меры, майор сказать ничего не мог, кроме того, где он спрячет ключ. А этого он скорее всего и сам еще не знал, потому что на острове не был.

Курсантов позвали в кабинет президента. Помещение было небольшим; тем не менее поредевшая в численном составе группа там поместилась, хотя стоять пришлось плечом к плечу. Максимыч сидел за своим столом. Рядом с ним стояли майор Базука и подполковник Веснецов, а перед столом, торжественно на всех поглядывая, встал майор Счастливый.

Едва курсанты замолчали в ожидании, Счастливый подошел к сундуку и открыл крышку.

– Вот здесь, в этом сундуке, в старинном предмете русской мебели, лежит чемоданчик, а в нем – миллион рублей. Тот самый миллион, за который вы готовитесь перегрызть друг другу глотку. Надеюсь, что зубы у вас острые и просто так этот миллион никому не достанется. Постараться придется. Проявить и силу, и находчивость, и хитрость. Мы специально поставили здесь сундук, а не сейф, чтобы вы помнили свои национальные корни. А то со времен Петра Первого, когда он устроил для России европейское иго, которое по сей день не закончилось, все национальное из обихода народа усиленно изгоняется. Но вы должны помнить, кто живет в наших городах, кто строит их, кто работает на заводах. Не тех должны помнить, кто на базарах торгует, а других людей, простых. Мы для того и учили вас здесь уму-разуму, чтобы вы оградили простых соотечественников от базарных торговцев и бандитов. Помните свои корни. Сундук как в народных сказках, а к нему ключ. Миллион рублей – именно рубли, а не долларовый эквивалент. Национальная валюта. Я сейчас закрою замок и всем вам покажу ключ, чтобы запомнили. Внимательно смотрите. Для чего это нужно, вам объяснит майор Базука. А я уеду с ключом, чтобы позже с вами встретиться.

Майор Счастливый закрыл навесной замок на сундуке, прошел перед курсантами, держа ключ перед своим носом, показывая всем, и, ухмыльнувшись, вышел из кабинета, уступая место майору Базуке, который выглядел слегка озабоченным. Тем не менее говорил он доходчиво и ясно, объясняя курсантом все, через что им предстоит пройти. Базука не торопился и не искал красивых фраз, но, объясняя, не упустил, кажется, ни одной мелочи. В заключение майор задал вопрос:

– Всем все понятно?

– Ясно все, – за всех сказал Вадим Караваев. – Будем ломать друг друга.

– Постарайтесь не переусердствовать, – попросил Базука. – Автобус ждет внизу.

При входе в автобус подполковник Веснецов вручал каждому по деревянному ножу из той коллекции, что использовал майор Счастливый на своих занятиях.

– Зачем это? – спросил Славик.

– И для самозащиты, и для нападения. Лучше для первого… – посоветовал подполковник.

Конечно, деревянный нож – оружие никакое. И все же это тоже оружие, и вывести противника из строя можно и таким ножом. Поэтому вооружились все, даже Станислав сунул нож в нарукавный карман своей куртки.

На сей раз группа обошлась всего одним автобусом. Поехали сразу, как только все расселись. И Веснецов устроился вместе со всеми. Только майор Базука поехал на своей машине, и не за автобусом, а впереди, словно показывая дорогу. Полковник Самохвалов остался в школе, но сидеть там в одиночестве и ему, наверное, смысла не было. Впрочем, уехал Максимыч или остался, это никого не интересовало. Курсанты были сосредоточены на своих мыслях, и даже обычной болтовни не было слышно.

Из города выехали довольно быстро. Повезло с отсутствием дорожных пробок. А за городом больше часа ехали по шоссе, потом свернули на боковую асфальтированную дорогу, которая вскоре сменилась растресканной и пыльной грунтовкой. Пришлось закрыть форточки и потолочные люки, чтобы не дышать пылью. «Лендкрузер» так и ехал впереди автобуса и являлся основным поставщиком пыли для группы. Однако, похоже, майору Базуке первому надоело поднимать пыль, и он остановился. Автобус встал рядом.