Читаем без скачивания Ответ Империи - Олег Измеров

– То есть монету подкинули мне тоже вы? Типа Бендер Корейко – «грузите апельсины бочками».

– Какую монету?

– Инга и про нее не сказала?

– К черту Ингу! – раздраженно обрезал Мозинцев. – Монета с вами?

– Пожалуйста, – ответил Виктор и полез в карман.

– Без резких движений!

– Егор Николаевич! Вам не кажется, что если бы я шел к вам не как к партнеру, то сначала бы хлопнул вас, потом ушел? «Беретту-кугуар» у вас, конечно, не достанешь, а вот волыны даже у малолеток сыщутся… Вот монетка, зацените.

Мозинцев осторожно левой рукой поднял с журнального столика алтын и повернул его орлом. Глаза его расширились.

– Что это?

– Если я верно понял, то не один вы охотитесь за бриллиантами тещи.

– Хватит тут клоуна строить! Удивляюсь, как вы еще живой.

– Что вы об этом знаете?

– Как и вы – ничего. У вас там в прошлом в тридцатых царь был?

– В нашем мире – нет.

– Виктор Сергеевич, хватит тянуть кота за хвост. Вам известно о параллельном мире, где в тридцатых в России царь, капитализм, Белая гвардия или еще кто-то там? По глазам вижу – известно.

– Известно. Фашисты там.

– Какие фашисты? Немцы?

– Наши фашисты. После падения демократического правительства Колчака, организовавшего массовый голод. А немцы в союзниках и подговаривают вместе напасть на Англию.

– Чего-чего?

– Хотели знать историческую правду – вот и знайте. На моем месте стали бы об этом говорить?

– Об этом, не об этом… Чего еще подозрительного заметили?

– Сегодняшний звонок на «Тринитрон» с вызовом в лес на Володарке не вы устроили?

Мозинцев с минуту сидел неподвижно, глядя на Виктора, затем неожиданно вновь обрел дар речи:

– Не мы. Рвать вам надо отсюда. Сегодня же. С диском в Москву, там в загс. Потом напишете признание, что мигрант из Германии, вас моментально вышлют. Все будет, подтверждение будет, немецкие документы, все.

– В Германию на ПМЖ?

– Вам не нравится?

– Я тут по вашему инету пошарился – чего-то там ультраправые раздухарились, а одного фюрера я уже там видел в пятьдесят восьмом, так что мне это не прет. В Канаде как-то поспокойней.

– С деньгами можете хоть в Новую Зеландию.

Мозинцев подошел к телефону и потыкал кнопки:

– Это я говорю. Он у меня. Срочно сюда с машиной. Потом объясню.

Глава 2

Вопрос жизни и смерти в одном флаконе

Темнело, синие сумерки окутывали город, и на затянувших небо облаках отпечатывались горящие вывески крупных магазинов, смотревшие с крыш на подгоняемых ночным холодом прохожих.

Светло-серый ижевский бюджетничек с надписью «Прокат» над нишей заднего колеса на миг остановился у светофора на перекрестке возле универмага. Инга сидела за рулем, позади нее – Виктор и Мозинцев.

«Выскочить здесь? Тут же здание МВД. А, черт, они же теперь тоже на Кургане. А этот дурак выстрелит. И потом они с диском меня не замочат? Если им нужен я, то нет. А я нужен скорее Инге, Мозинцеву куша с диска хватит, особенно если мою долю поделить. Инга… Вряд ли это просто частное лицо. Так уж эти журналюги взяли и посреднику доверили. Звонок от Мозинцева был практически сразу после отбытия Штольца в фатерланд. Штольц знает Ингу Лацман, раз доверяет ей такую сенсацию, Инга чем-то страшно ему обязана, что не сливает инфу другим, Инга знает Мозинцева, им с Мозинцевым документы достать раз плюнуть…»

Инга дотронулась до сенсора приемника. Из акустики донеслось попурри на тему мелодий из «Ва-банк». Похоже, она тоже нервничала. Светофор переключил свет; пискнуло, и засветился указатель на дисплейной панели. Инга мягко вдавила педаль, и автоматическая коробка послушно отозвалась на это движение сапожек. Через мгновение они уже опускались вниз по Фокина, чуть задержавшись возле «зебры» у гастронома, где в свете фонарей через улицу беззаботно спешила стайка молодежи; какая-то девушка, обернувшись, помахала машинам.

«Выскакивать глупо. – решил Виктор. – Глупо, потому что этого наверняка ожидает Мозинцев. И нападения в удобный момент он ждет. Это предсказуемо. А что непредсказуемо? То, что имеет другие объяснения, чем попытка к бегству».

Он скосил глаза на автомобильный навигатор: это была бюджетная модель с монохромным экраном, где на черном фоне крупными пикселами сияли травянисто-зеленые линии, но место и маршрут движения она показывала абсолютно верно.

– Смотри, чтобы хвоста не было, – сказал Мозинцев Инге, когда они проезжали по дамбе нового, стального моста через Десну, как раз неподалеку от того места, где в третьей реальности машина с Виктором попала в засаду.

– Все нормально, – ответила она, – поворачиваем на площадь.

– За диском идем вместе, – сказал Мозинцев Виктору, – Инга в машине ждет у остановки.

– Хорошо. Только под руку не говорите, а то не ту цифру введу.

…Щелкнул электромагнит, и Виктор, потянув ручку, медленно открыл дверцу.

«Движения должны быть спокойными и очень осторожными, – думал он. – Хорошо, что ячейка невысоко…»

Он не спеша сунул руку в пакет и, нащупав пальцами мобильник, потянул его на себя наружу, не отрывая от дисков, затем нажал кнопку включения. Засветился дисплей; когда система прогрузилась, Виктор ввел PIN-код и положил мобильник обратно в пакет.

– Все? – спросил его Мозинцев, когда он подошел к нему с пакетом в руке. Виктор кивнул в сторону тоннеля перехода.

– После ввода пароля, замаскированного под PIN-код, пакет можно перемещать, – пояснил Виктор, – но мобильник должен оставаться в пакете с дисками около часа. Это второй секрет.

Мозинцев шел молча; глаза его бегали по сторонам. Казалось, в них затаенным страхом блестит белый кафель облицовки стен.

Они вышли из тоннеля с левой стороны крыльца. У тротуара, сразу за автобусной остановкой, подрулила машина Инги. Открылась правая передняя дверца, Инга показалась наружу и, улыбаясь, помахала рукой: в свете зажегшихся фонарей ее фигура в шерстяном брючном костюме и короткой куртке казалась еще стройнее, чем раньше.

«Ну вот и все. Жаль, что со всем этим приходится так неожиданно расставаться. Осталось недолго. Что я хотел бы запомнить? Вот это небо с загорающимися звездами, запах костров в ночном воздухе и этот гудок поезда, который меня уже никогда не повезет».

– Не спешите так, – шепнул сзади Мозинцев.

– Все нормально, – успокоил его Виктор. И для верности через секунду повторил: – Все нормально.

Инга была уже в двух шагах.

– Подождите! До Супонева! Срочно! В оба конца!

Чуть не оттолкнув Виктора, к машине подскочил молодой парень со спортивной сумкой. Сзади за ним с другой стороны подлетели еще трое.

– В чем дело? – возмутилась Инга. – Вы что, не видите, что это не такси?

– Да вы поймите, гражданочка, тут вопрос жизни и смерти! Вот ему вот – срочно надо. Вы уж отвезите его сейчас, мы заплатим, сколько надо!

– Вы с ума сошли! Вон телефон для вызова такси! Милицию позвать?

– А что тут случилось? – спросил еще один парень, подошедший с девушкой сзади.

Со стороны площади вырулил мини-вэн и, взвизгнув тормозами, подрезал путь ИЖу. Из открывшихся дверей выскочили еще трое.

– Документы предъявите, пожалуйста, – уже спокойным голосом произнес «спортсмен». В руке у него была красная карточка-удостоверение.

– Я протестую, – холодно сказала Инга, – правительство Федеративной Республики Германия расценит ваши действия как провокацию.

– У вас будет возможность подать жалобу на наши действия, фрау Лацман, – подчеркнуто вежливо ответил «спортсмен», – но сейчас я прошу вас и ваших спутников показать свои документы.

– Пожалуйста, – Инга достала паспорт из кармана куртки, – и мне надо позвонить.

– Найн проблем. – «Спортсмен» протянул ей большую черную мобилу. – Звонок за счет нашего государства.

Мозинцев спокойно вынул свою корочку с никелированными уголками и, пожав плечами, протянул ее старшему. Виктор, порывшись в карманах, вынул свою. На потертой кожаной обложке, купленной еще в 80-х, красовался тисненый герб СССР.

«Вот и пригодилась».

Старший раскрыл паспорт, перелистал несколько страниц и повернул корочку набок.

Виктор заметил, как в глазах Инги мелькнуло удивление. Мозинцев выглядел безразличным – или он еще просто ничего не понимал.

– Прошу вас пройти с нами, – сказал старший Виктору, – остальных также, будете свидетелями.

– Пестик. – Виктор кивнул на Мозинцева. Того перекосило, вначале он хотел выругаться, но потом взял себя в руки.

– Прошу занести в протокол, что я сдал добровольно, – торопливо забормотал он, пока один из парней выуживал «байярд» из его внутреннего кармана, – у этого гражданина в пакете бомба, он мне угрожал и дал оружие.

– Бомбы нет, – улыбнулся Виктор и отдал пакет оперативникам.