— Сент-Джордж и Херст отсиживаются в охотничьем домике, — сказал Ганнибал, — похоже, никто не знает, что у Херста есть такой домик. Выиграл его в карты у какого-то богатого торговца месяцев шесть назад. Но все равно ему пришлось связаться со своим человеком в Лондоне — говорит, хочет «цивилизованных» продуктов.
— Скорее всего, у него просто кончилось спиртное. Сомневаюсь, что тамошнее вино по вкусу Херсту, да и Сент-Джорджу тоже. Хорошо, что человек Херста заодно и наш человек.
Ганнибал согласно кивнул, устраивая свое крупное тело в кресле.
— Когда он выгнал Роджерса, стало сложновато. Но с Эпплби все в порядке. Этот тупоголовый придурокХерст его вообще не подозревает.
— Не такой уж он тупоголовый, если сумел заметить тебя с Роджерсом в пабе, — напомнил Рейф. — Может, он пьянчуга и хам, но недооценивать Херста нельзя.
— Это точно, Дракон, мы дали маху. Больше такое не повторится.
Рейф достаточно хорошо знал своего слугу, чтобы не сомневаться в его словах.
— Ну а что нам делать сейчас? — спросил Ганнибал.
Рейф откинулся на спинку кресла.
— Просто приглядывайте за ними. Если Сент-Джордж или Херст уедет из Ланкашира, я хочу этознать. Вдруг кто-нибудь из них решит вернуться в Лондон.
Он не думал, что Сент-Джордж снова попытается похитить сестру Джулианны, раз уж она обручена и вот-вот выйдет замуж. Но с этим негодяем никогда ни в чем нельзя быть уверенным.
При мысли о Джулианне его снова охватила тоска. Он по ней скучал. Скучал по мелодичному голосу, по солнечной улыбке, по грациозной, быстрой походке, по оживленным жестам. Ему не хватало разговоров с ней, не хватало даже совместного молчания — тех минут, когда казалось, что они остались на планете вдвоем.
Пальцы задели за серебряный нож для писем, лежавший на столе, и прохлада металла вырвала Рейфа из размышлений. Подняв глаза, он увидел, что Ганнибал наблюдает за ним понимающим взглядом.
Сделав вид, что не заметил этого, Рейф продолжил разговор:
— Что вы еще выяснили?
— Наш человек, Эпплби, говорит, что покаХерста нет, он может, как следует пошарить по дому. Говорит, нашел какие-то дневники, в которые вы, наверное, захотите заглянуть.
— Интересно! Обязательно надо их достать. Никогда не угадаешь, какие подробности Херст мог в них записать.
— Я заберу их у него при следующей встрече.
Рейф кивнул.
Они еще несколько минут поговорили о других делах, потом Ганнибал встал и вышел из кабинета, шагая наудивление тихо.
Рейф вернулся к работе — точнее, к попыткам работать, но через пять минут сдался и взял «Морнинг пост» в надежде, что газета поможет отвлечься от мыслей о Джулианне.
Небрежно перелистывая страницы, он уже хотел отложить газету, как вдруг зацепил взглядом знакомые имена в колонке светской хроники. Перевернув страницу назад, он начал читать заметку.
«В прошедший вторник граф и графиня Грессингем дали изысканный обед для друзей в честь помолвки своего сына, отставного майора Уильяма Уоринга, и леди Мэрис Дэвис, сестры графа Аллертона и Джулианны, леди Хоторн. Собравшемуся обществу подавали жареных голубей и филе палтуса. Завершился обед шоколадом с взбитыми сливками и кофе. После обеда многие гости перешли в бальный зал, в том числе очаровательная будущая невеста…»
Рейф перестал читать и торопливо посмотрел в конец колонки.
«…Леди X. потрясающе выглядела в платье из ярко-красного атласа с верхней юбкой из валансьенских кружев. Она танцевала в этот вечер несколько раз, причем дважды с весьма достойным лордом С. Возможно, в необычном решении его светлости остаться в Лондоне после окончания сезона кроется что-то большее, а не только дела? Есть основания полагать, что не только леди М. вскоре наденет обручальное кольцо».
Рука непроизвольно смяла газету. Саммерсфилд! Кем же еще может быть этот лорд С? Неужели Джулианна встречается с Саммерсфилдом? Разумеется, она и граф получают приглашения на одни и те же балы, поэтому то, что они танцуют, может ничего и не значить, но все же…
Неужели она всерьез собирается замуж за этого человека? Рейф не мог в это поверить. Не так быстро после их связи! Тем более что она клялась, что не хочет больше замуж.
Однако всем известно, что женщины легко меняют свои решения.
И Джулианна тоже?
Внутри у Рейфа все пылало, на виске стучала жилка. Разгладив газету, он стал читать дальше.
«Оба семейства вскоре отбывают в деревню. Венчание майора Уоринга и леди Мэрис состоится в начале сентября в Дэвис-Мэнор в Кенте. Медовый месяц счастливая чета собирается провести в Шотландии».
Значит, Джулианна скоро уедет в деревню. Рейф знал, что раньше или позже это произойдет, но до сих пор испытывал странное утешение при мысли о том, что она совсем недалеко от него, в Мейфэре.
Хотя возможно, что ее отъезд из Лондона только к лучшему. Может быть, тогда он сумеет ее, наконец, забыть? Несмотря на пролитые ею слезы в тот последний день в доме на Куин-сквер, она, наверное, уже успокоилась, больше не вспоминает о нем и прекрасно себя чувствует. Даже подумывает о новом замужестве.
Вырвав газетный лист, он сердито скомкал бумагу.
И если она собирается выйти за Саммерсфилда, что предпримет он, Рейф?
Ничего, понял он. Абсолютно ничего.
— Объявляю вас мужем и женой.
Пытаясь успокоиться, Джулианна вытерла слезы шелковым платком.
Она не могла сдержаться и начала всхлипывать с первых же минут церемонии. Еще одна слеза покатилась по щеке, когда Мэрис и майор Уоринг— «Уильям, — поправила она себя, — ведь теперь он мой зять» — обменялись первым поцелуем уже как муж и жена.
Джулианна опять вытерла мокрое лицо. Собравшиеся гости разразились аплодисментами, несколько приятелей Уильяма, отчетливо выделявшиеся среди других своими алыми мундирами, восторженно закричали «Ура!».
Рука об руку Мэрис и Уильям пошли обратно по проходу приходской церкви. Семьи и друзья уже вышли накрыльцо, чтобы приветствовать их. У входа дожидались и другие друзья Уильяма, обнажив сабли и сделав из них арку в честь новобрачных.
Смеясь, Мэрис и Уильям пробежали под ней и сели в ожидавшую их карету, украшенную белыми лентами, желтыми штокрозами и пушистыми белыми гортензиями. Супружеская чета поедет вДэвис-Мэнор, где состоится свадебный обед, а все остальные пойдут туда пешком.
В толпе собравшихся Джулианна заметила Гарри, подошла к его карете и устроилась на сиденье. Борясь с усталостью, она поняла, что больше всего хочет сейчас оказаться дома, незаметно пробраться наверх и немного вздремнуть. Однако придется вместе с другими встречать гостей. Но потом, решила Джулианна, она все-таки извинится и улизнет хотя бы на пол часика.
