На пороге Кристина. В коротком шёлковом халатике, сонные глаза, волосы в живописном кудрявом безумии. Несколько секунд, чтобы справиться с растерянностью, заспанные глаза-щёлочки удивлённо распахиваются, в них неподдельная радость.
– Лёшка!!! – визжит Кристина и бросается ему на шею.
Он подхватывает её, обнимает, приподняв от земли. Не может понять, как мог сомневаться в необходимости увидеть её. Не сказано ни слова, только поцелуи на лестничной площадке.
– Кристина, я… пришёл… сказать… – пытается объяснить Алексей в те секунды, когда губы могут говорить.
– Я думала, тебя никогда не увижу, – жарко шепчет она, прижавшись к его шее, – Я думала, тебя закрыли. Я так хотела тебя увидеть, но не могла найти. Мне никто не хотел говорить, куда тебя увезли. Тебя не посадят в тюрьму? Тебя отпустили?
– Да, – он отрывает руки девушки от себя, отступает на шаг, чтобы видеть её глаза, но ладони не отпускает. – В тюрьму меня не посадят, но меня забирают в армию.
– Куда?
– В армию. На год. Ты понимаешь?
– Да, – Кристина молчит, о чём-то раздумывая, смотрит на него, склонив голову, потом тянет за руку в сторону двери.
– Идём, идём сюда, скорее.
Алексей неуверенно ступает за ней в огромную роскошную прихожую.
– Кристина, а твой отец…
– Его нет дома, идём же… – нетерпеливо проговаривает девушка и, закрыв дверь, тащит его дальше.
Они входят в спальню, сразу ясно: это комната Кристины. Всё в золотисто-розовых тонах, всюду рюши, оборки, цветы, журналы мод повсюду, туалетный столик перед огромным зеркалом завален косметикой, большая кровать не убрана – хозяйка только что проснулась.
Девушка не даёт рассмотреть свое царство. Обвивает шею парня, притягивает к себе, пытаясь расстегнуть его рубашку.
– Кристина, я хотел поговорить с тобой, – он пытается немного остудить её пыл, но заводится сам, под таким соблазнительным натиском устоять невозможно.
– Мы поговорим, потом, Лёшка, я так соскучилась, – шепчет она, ловко разделавшись с пуговицами, стягивая рубашку и подталкивая его к разбросанной кровати.
Разговоры подождут, понимает Алексей. Развязывает пояс её халатика, лёгкий шёлк скользит на пол, под ним – короткая ночная рубашка на тонких бретельках. Она так соблазнительно обтягивает грудь, она почти такая же шелковистая и гладкая, как и её кожа, только провести рукой по коже гораздо приятнее, поэтому рубашка тоже скользит на пол. Обнажённая, она ложится на кровать, он ещё стоит, любуясь.
– Скажи что-нибудь, – просит Кристина, видя его странный взгляд.
– Ты прекрасна, – проговаривает Алексей.
– Я люблю тебя, иди сюда, – она протягивает к нему руки. Он не заставляет себя долго ждать.
Алексей снова ловит себя на мысли, что рядом с ней забывает обо всём, словно мир за пределами комнаты, в которой они находятся, перестаёт существовать. Эта девушка сама по себе является целым миром, заманчивым, непредсказуемым и неповторимым. Она как яркий солнечный всполох озаряет его жизнь, и всё плохое, что с ним происходит, меркнет в её свете.
– Дай мне сделать это! – требовательно произносит она и отталкивает его.
Он в нерешительности: меньше всего хочется уходить из тесного влажного тела даже на несколько секунд. Позволяет перевернуть себя на спину. Она садится на него. её глаза блестят, вспухшие от поцелуев губы приоткрыты, тело горячее, волосы рассыпались по плечам, и когда она наклоняется, накрывают их мягким шатром.
Он понимает, насколько она ещё неопытна, но её энергия и чувственность компенсируют это, даже больше: всё вместе взятое, как всегда, не позволяет надолго растянуть сладкое удовольствие.
Он смотрит на неё, заворожённый лицом во время оргазма, глаза закрыты, губы распахнуты, кожа сияет. Как же она прекрасна!
Уставшие, они лежат в постели, её голова покоится на его плече. Он проводит по её волосам, откидывая влажные пряди.
– Я хочу быть с тобой, – тихо произносит Алексей.
– Я тоже, – вторит Кристина.
– Ты будешь меня ждать?
– Ждать? Почему ждать? Ты же здесь.
– Кристина, я говорил, меня забирают в армию. Я хочу, чтобы ты меня дождалась.
– Подожди, – Кристина приподнимается, смотрит на Алексея, – Что ты понимаешь под словом «дождалась»?
Алексей тоже садится, опирается о спинку кровати.
– Ты понимаешь, что такое армия, Кристина? Там парни проходят службу, год, целый год. А девушки на гражданке ждут, когда они вернутся, чтобы потом выйти замуж.
– То есть, ты хочешь, чтобы я, пока тебя не будет в Москве, ни с кем не встречалась, сидела дома, скучала, а потом, когда ты вернёшься, вышла за тебя замуж? Я правильно поняла?
– В общем, да. Конечно, сидеть дома и скучать не обязательно, но мне не хотелось бы, чтобы ты встречалась с другими парнями. И да, я предлагаю тебе стать моей женой.
– Зачем? – удивление на лице Кристины не нравится Алексею, он хмурится.
– Кристина, я стал для тебя первым мужчиной, и хочу остаться единственным. Я люблю тебя, поэтому предлагаю выйти за меня замуж. Потом, когда вернусь. У нас всё будет хорошо, поверь. Тебе нужно только немножко подождать.
Он берет её за руку, она выдёргивает ладонь, соскальзывает с постели, подбирает с пола халатик, накидывает на себя, отходит к окну и замирает, глядя за стекло.
Алексей тоже выбирается из постели, надевает джинсы, подходит к ней, обнимает за плечи. Всё в груди замирает в тяжёлом предчувствии, она откидывается назад, прижимается спиной к его груди. Он облегчённо выдыхает, но слышит:
– Лёш, я не смогу. Я не хочу целый год сидеть затворницей и говорить всем, что у меня есть парень. И я не хочу замуж.
– Понятно. Я просто должен был предложить…
Алексей отходит от неё, отыскивает рубашку, быстро одевается.
– Алёша, не обижайся. Я могла бы сказать «да», и ты бы ушёл счастливым, но я хочу быть предельно честной с тобой. То, что ты предлагаешь, мне не нужно, это не для меня.
– Да. Конечно. Спасибо, что не написала на меня заявление.
– Алёш, ты замечательный парень, но…
– Я понял. Всё.
– Когда тебя забирают? Пока ты не уехал, мы могли бы ещё встретиться.
– Я уезжаю завтра утром. Поезд в половине седьмого, с Ленинградского.
– Так быстро! Дают же какое-то время на проводы!
– Меня всё равно некому провожать. Пока. Кристина. Может, когда-нибудь ещё увидимся.
– Лёш…
Он уже у порога, держится за ручку двери, она с мольбой смотрит в его глаза. Мольба не обижаться, а ему хочется, чтобы молила остаться.
– Пока, – произносит Алексей и закрывает за собой дверь.
Шесть утра следующего дня. Не успел Алексей зайти в вокзал, как к нему подходят два человека в штатском и один в военной форме. Представляются. Человек в военном оказался сопровождающим, с ним Алексей и направляется на перрон. Обычное утро вокзала, отъезжающие, встречающие. И Алексей с сопровождающим кажутся обычными пассажирами.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
