Читаем без скачивания Алхимия - Мария фон Франц

Белизна предполагает абсолютное очищение; она неуязвима для грязи. Пользуясь терминологией, мы, порой не задумываясь, называем этот процесс устранением проекций. Но устранение проекций — это задача отнюдь не простая. Это очень сложная и трудная задача, потому что она не сводится к простому пониманию того, что мы осуществляем проекцию, которая якобы гарантирует, что в дальнейшем мы не будем этого делать. Чтобы предотвратить возвращение проекций, необходимо пройти длительный процесс внутреннего развития и осознания. После устранения проекций исчезает дестабилизирующий эмоциональный фактор.

Когда проекция действительно устранена, человек успокаивается, обретает способность объективно рассматривать события. Теперь он может не только объективно и спокойно рассматривать конкретную проблему или фактор, но и в известной мере практиковать активное воображение без постоянного эмоционального напряжения и неразберихи. Это состояние соответствует стадии альбедо (albedo). На этой стадии впервые достигаются покой, объективность и философская отрешенность. Человек занимает позицию аи dessus de la melee; он способен стоять на вершине горы и бесстрашно взирать на бушующую внизу бурю

Рис. 67. Изображение алхимика, предавшегося созерцанию в исходном состоянии нигредо (nigredo). В психологическом отношении это состояние соответствует саморефлексии, вызванной конфликтом и депрессией.

.Итак, в сознании алхимиков «поселение» означает следующее: материал, с которым работали алхимики, достиг состояния чистоты и единства; теперь они могут приступить к синтезу. После выплавки металлов из рудных минералов металлы подвергались чистке, которая символизировала аналитическую работу. Далее следовала стадия химического синтеза. Стадии алхимического процесса точно соответствуют аналитической и синтетической стадии психоаналитического процесса. Стадия альбедо (albedo) замечательна тем, что трудная часть работы осталась позади, поэтому алхимикам теперь остается лишь поддерживать огонь (процесс). И тем не менее процесс перехода от нигредо (nigredo) к альбедо (albedo) повторяется многократно. В данном тексте — семь раз.

Следующая притча, как и предыдущая, начинается с описания состояния нигредо (nigredo). Затем идет описание всего процесса перехода к состоянию альбедо (albedo). Один и тот же предмет рассматривается под разными углами зрения, что соответствует нашим переживаниям. В психоаналитическом процессе мы часто отходим от волнующей нас проблемы, обретаем душевный покой и целостность, полагая, что худшее осталось позади. Но проходит три недели и все начинается сначала, как будто ничего не было достигнуто. Для закрепления опыта и достижения конечного результата приходится много раз повторять весь процесс перехода от одного состояния к другому.

Вопрос: Когда алхимики стали высказывать сомнения по поводу самой проекции?

Доктор фон Франц: Я полагаю, что у интересующего нас автора не было сомнений по этому поводу. Первые сомнения появились в конце XV или в начале XVI вв. Разумеется, это не точная дата, так как алхимики продолжали свое дело и после XVI века, но некоторые из них начали испытывать сомнения гораздо раньше. В целом можно утверждать, что сомнения впервые появились в эпоху Возрождения, после которой алхимический символизм утратил форму подлинного символического переживания и превратился в аллегорию. В дальнейшем древние трактаты рассматривались аллегорически.

Сторонниками аллегорического подхода были В. Валентин и М. Майер, розенкрейцеры и масоны. Как и розенкрейцеры, масоны до сих пор используют символы как аллегории. Они дают каждому символу вполне рациональное объяснение. Некоторые масоны истолковывают символы с позиций химии, не упоминая образы жениха и невесты, которые, по их мнению, просто составляют неотъемлемую часть цветистого слога алхимических трактатов.

Однако существовали алхимики, которые пользовались символическим языком, не прибегая к химической терминологии. В таких случаях можно говорить о наличии проекций, поскольку здесь заявляет о себе элемент сомнения. Алхимики больше не верили, верили наполовину или притворялись, что верят в возможность обнаружить в материи нечто духовное. Отсутствие чистоты в подходе привело к появлению полурелигиозного стиля, характерного для омерзительного бахвальства золотых дел мастеров. В данном тексте есть элемент инфляции, но нет никакого шарлатанства. В отличие от данного текста, сочинения В. Валентина написаны высокомерным слогом золотых дел мастера. Но в конце XVI века жил и настоящий алхимик, Жерар Дорн. Я полагаю, что примерно в это время и появились первые сомнения, хотя тогда еще существовала так называемая архаическая идентичность, т. е. полагали, что Мудрость Божья действительно заключена в материи. В основе этой искренней веры лежала архаическая идентичность.

Во второй притче описаны наводнение и смерть, которые были вызваны и устранены одной и той же женщиной.

«Когда море всей своей массой устремилось ко мне и потоки его потекли по лицу моему, когда стрелы мои опьянели от крови и покои мои стали благоухать изысканным вином, когда амбары мои наполнились зерном, когда жених с десятью мудрыми девами вошел в брачные покои мои, когда тело мое насытилось от прикосновения жениха, когда Ирод истребил всех младенцев в Вифлееме и Рахиль оплакала всех детей своих, когда свет вышел из тьмы и солнце справедливо засияло на Небе, тогда Бог послал сына Своего, которого Он прочит в наследники мира и через которого Он сотворил мир, и которому Он однажды сказал: «Ты есть Сын мой, в день сей породил Я Тебя». Три царя принесут драгоценные дары Ему.

В тот, сотворенный Господом день мы возрадуемся, ибо сегодня Бог сострадает моей печали, Бог, правящий в Израиле. Сегодня смерть была изгнана женщиной, которая привела смерть в мир, и рухнули запоры на вратах ада. Смерть не будет править миром и врата ада не устоят, ибо найдена будет десятая, потерянная драхма и сотая овца будет возвращена из пустыни домой и число братьев наших среди падших ангелов восстановится полностью. В сей день, сын мой, ты будешь счастлив, ибо не будет больше плача и страданий, так как прошлое ушло навсегда.

Имеющий уши да слышит голос духа учения, вещающего сынам о мудрости женщины, которая привела в мир смерть, а потом изгнала ее. По этому поводу философы говорят так: «Забери душу его и снова верни ему душу его, ибо разложение одной вещи есть рождение вещи другой«; отсюда следует, что необходимо удалить влагу, вызывающую порчу, и восполнить ее с помощью естественной влаги, оживив и приведя ее к совершенству».

Эта притча, как и предыдущая, начинается с описания катастрофы — наводнения и избиения младенцев в Вифлееме. Но, в отличие от предыдущей притчи, которая также начинается с описания нигредо (nigredo), а следовательно несчастья, здесь содержится более подробное описание положительных моментов. В частности, здесь описаны любовный союз, появление жениха в брачных покоях и беременность женщины. Далее следует довольно тривиальное указание на рождение Христа, которому волхвы принесли свои дары, и наконец описывается ликование по поводу победы над смертью, которую венчает рождение Христа.

Хотя в этой притче повторяется описание процесса, тем не менее здесь звучит уже более оптимистическая нотка, чем в предыдущей притче. Катастрофа разразилась в момент рождества; иными словами, когда нигредо (nigredo) достигло пика, в недрах бессознательного зародилось нечто новое. В разгар катастрофы, депрессии и замешательства родился новый символ Самости. Поскольку этот символ родился в сфере бессознательного, автор еще не осознает, что произошло, и лишь смутно чувствует, что хотя он и находился в состоянии ужасной депрессии, и анима пала на землю, тем не менее нечто новое родилось.

В своих комментариях по поводу рождения божественного ребенка доктор Юнг отмечает, что при рождении героя — а рождение Христа не является исключением — неизменно происходит активизация деструктивных сил. Поэтому при наличии у того или иного лица тенденции к самоубийству она достигает наибольшей силы в момент наступления так называемого кризиса исцеления. В состоянии глубокой депрессии или совершенно шизоидной потери ориентации опасность самоубийства бывает реальна только в исключительных, редких случаях. Но когда кризис миновал, и пациент уже стоит на пороге выздоровления, нередко появляется серьезная опасность самоубийства. Вот тут-то и необходимо следить за пациентом днем и ночью. Это хорошо известно работникам психиатрических клиник.

Разумеется, я привела пример экстремальной ситуации, которая, хотя и в менее драматической форме, встречается в аналитической работе. Я называю такую ситуацию последней атакой дьявола. Дьявол видит, что проигрывает игру, и поэтому бросается в последнюю отчаянную атаку. Когда в борьбе с деструктивным анимусом женщина, постепенно накапливая силы, начинает оказывать ему сопротивление, это еще не значит, что битва выиграна, так как он все еще бродит где-то рядом; дьявол еще не изгнан полностью; ситуация, быть может, лишь обострилась, и скоро пробьет час последней атаки, которая, как правило, бывает настолько яростной, что создается впечатление, будто все придется начинать сначала, все завоеванные позиции потеряны и дьявол неистовствует, как прежде.