Утром четырнадцатого мая президент де Голль отбывает в Румынию с официальным визитом, который давно уже откладывал.
Тем временем толпы смутьянов, среди которых большинство составляли студенты, занимают университетские корпуса и объявляют о создании «свободного» университета, которым руководит так называемая «студенческая» власть.
Студенты круглосуточно несут дежурство, дабы не допустить в университет полицию. Требования студентов остаются теми же, что и раньше: отмена экзаменов, право самому выбирать академические предметы, увольнение старой профессуры и ряд других.
Политическая направленность не прослеживается, ибо тут одновременно поют «Интернационал» и декламируют антикоммунистические стихи.
Через несколько дней в забастовках уже принимали участие более двух миллионов французов. Практически все промышленные предприятия прекратили работу, общественный транспорт перестал функционировать, замолчало радио и телевидение. Рабочие требовали сорокачасовой рабочей недели и права выхода на пенсию в шестьдесят лет.
Разумеется, во всех своих бедах винили генерала де Голля.
— Он создал монархию, — кричали с импровизированных трибун разгоряченные бунтовщики. — Он правит нами уже десять лет! И что мы теперь имеем? Эксплуатацию человека человеком! Жиреющую буржуазию и обнищавший пролетариат! Пусть катится Ко всем чертям!
Крестьяне, словно околдованные смутой города, прибывали в Париж, где на митингах требовали снижения налогов и повышения закупочных цен на свою продукцию.
Де Голль почувствовал, что стабильность созданной им Пятой республики была кажущейся и все созданное может в любой момент рухнуть и похоронить под своими обломками все то, что было создано им с таким трудом.
Двадцать четвертого мая де Голль выступил по телевидению с шестиминутной речью. Он говорил о возможности гражданской войны и необходимости борьбы с политическим авантюризмом.
Многие посчитали эту речь заупокойной по Пятой республике. Социалист Миттеран, вчистую проигравший де Голлю на выборах, радостно заявил, что «власть стала вакантной», и сообщил журналистам, кого он собирается назначить премьер-министром и какой курс изберет для Франции после скорой отставки генерала де Голля.
К этому времени отчетливо проступили противоречия между организаторами демонстраций, митингов и забастовок. Социалисты ненавидели коммунистов, коммунисты ненавидели всех, кроме самих себя, левацкие группировки терпеть не могли профсоюзы, профсоюзы требовали немедленной изоляции коммунистов.
В конце мая лидеры коммунистов объявили своим приверженцам, что революционной ситуации в стране нет, ибо, по их мнению, низы пока что хотели, а верхи могли.
Чувствуя, что почва уходит у него из-под ног, генерал де Голль перешел к решительным действиям. Заручившись поддержкой военного ведомства, он объявил о роспуске парламента и проведении новых выборов в высший законодательный орган страны. Генерал категорически заявил, что готов применить силу против смутьянов, если те продолжат свои выступления.
Тридцатого мая к столице подошли танки. Мирные граждане, последние недели жившие как на вулкане, вздохнули спокойно. Постепенно наступало отрезвление. Рабочие возвращались на фабрики, крестьяне— на поля, студенты — в аудитории.
В половине пятого вечера генерал выступил по национальному радио с гневной речью, в которой бичевал левые силы Франции.
— В нынешней ситуации, — сказал президент, — я не оставлю своего поста! Я избран народом и обязан подчиняться его воле!.. Сегодня я распускаю Национальное собрание… Франция стоит перед лицом диктатуры… Францию хотят заставить подчиниться… тоталитарному коммунизму.
Через час де Голль выступает с балкона Елисейского дворца. Внизу его приветствует толпа сторонников, которые скандируют: «Франция, пора работать!» и «Да здравствует де Голль!»
Де Голлю казалось, что волнения 1968 года не что иное, как заговор с целью отстранения его от власти и установления диктатуры аморфного парламента, которым будут командовать вездесущие левые.
Двенадцатого июня правительство запретило проведение демонстраций и распустило левацкие организации. По стране прокатилась волна манифестаций в поддержку де Голля.
Генерал вновь оказался победителем вопреки прогнозам левой оппозиции.
— Эти события, — сказал он Жоржу Помпиду, — звено в цепи мятежей, которые устраивают противники сильной власти. Чистой воде они предпочитают «болото». Вспомните алжирский мятеж…
События весны 1968 года заставили правительство Жоржа Помпиду объявить о тридцатипятипроцентном увеличении размера минимальной заработной платы, пятнадцатипроцентном увеличении пособия по безработице. На пять процентов увеличились семейные пособия и на десять — средняя заработная плата.
* * *
Франция стала готовиться к выборам нового Национального собрания, которые состоялись через несколько дней после окончания всеобщей забастовки. Голлисты, переименовавшие свою партию в «Союз демократов в защиту республики» (ЮДР), на этот раз одержали убедительную победу. Они завоевали без трех голосов триста мест в нижней палате парламента и получили абсолютное большинство голосов. Эта победа в полной мере высветила настроения в обществе: Франция хотела стабильности и порядка и начисто отвергала революционные формы борьбы.
И хотя коммунисты по-прежнему оставались одной из самых влиятельных партий, их авторитет заметно снизился — на выборах в Национальное собрание они потеряли свыше полумиллиона голосов. То же самое можно сказать и об их попутчиках — социалистах.
Троцкисты и маоисты собрали менее пяти процентов голосов и не попали в парламент.
Когда были обнародованы результаты выборов, президент отправил Жоржа Помпиду в отставку и тринадцатого июля объявил о том, что сформировано новое правительство под руководством Мориса Кув де Мюрвиля.
1969–1970 годы
В начале 1969 года де Голль и его советники разработали систему социально-экономических реформ, «сотрудничества классов», которая уже несколько десятилетий занимала умы голлистов, полагавших, что новая система обеспечит коренные преобразования в социальной сфере и переход к новой общественно-политической формации.
И хотя голлисты считали ее «ни капитализмом, ни социализмом», «сотрудничество классов» имело гораздо больше черт, присущих обществу, построенному на Востоке Европы.
Для осуществления своего плана де Голль наметил несколько мероприятий, первыми из которых были изменение административного деления Французской республики и обновление верхней палаты парламента. Президент хотел уменьшить количество административных единиц Франции (департаментов) с девяноста до двадцати двух и передать часть полномочий верхней палаты парламента (сената) другим органам законодательной и исполнительной власти. Голлисты считали, что сенат должен был играть только консультативную роль.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
