В это время о. Философ Орнатский выступает перед паствой с призывами к объединению русских православных людей вокруг храмов, чтобы встать на защиту святынь земли Русской. На заседании Братства приходских советов Петрограда и Петроградской епархии, 11 декабря, о. Философ говорил о тех препятствиях, которые мешают нормальной жизни Церкви: «Главным препятствием, по условиям переживаемого времени, является вмешательство в жизнь приходов разного рода организаций, присвоивших себе власть! Это в то время, когда другие конфессии и секты пользуются полной свободой вероисповедания.
Как тут не возникнуть глубокому возмущению православного русского народа».
На состоявшемся вскоре заседании Союза родительских комитетов о. Филосов горячо призывает собравшихся всеми силами добиваться от новых властей возвращения в программу обучения их детей Закона Божия, ибо в противном случае пошатнется вековая система нравственных ценностей русской нации. В тот же день в газетах был опубликован проект декрета об отделении Церкви от государства и школы от Церкви. Для петроградских властей это послужило сигналом к началу насильственного присвоения церковного достояния.
Вечером 2 января 1918 года прекратился выпуск Синодальных «Церковных Ведомостей» и «Церковно-общественного вестника» – периодических изданий Русской Православной Церкви. Прибывший в типографию комиссар заявил, что правительство не остановится и перед применением вооруженной силы…
13 января вооруженный отряд матросов и солдат прибыл в Александро-Невскую лавру. Наместнику Лавры, епископу Елисаветградскому Прокопию (Титову), викарию Херсонской епархии, была предъявлена такая бумага: «Вследствие постановления Народного Комиссара о реквизиции всех помещений со всем инвентарем и ценностями, принадлежащих Александро-Невской лавре, настоящим предписывается Вам сдать все имеющиеся у Вас дела по Управлению домами, имуществом и капиталами Лавры уполномоченному лицу… Народный Комиссар Коллонтай» (см. Приложение, стр. 609).
11 января под председательством владыки Вениамина состоялось собрание Братства приходских советов Петрограда и Петроградской епархии. Оно вынесло резолюцию протеста, направленную в Совнарком. Представители приходских советов заявили, что рассматривают захват Синодальной типографии, закрытие ряда храмов и покушения на захват помещений других духовных учреждений, как явное гонение на Церковь.
Еще одно собрание в зале Общества религиозно-нравственного просвещения состоялось 14 января. В его резолюции говорилось: «Многолюднейшее пастырско-мирянское собрание, заслушав доклад о попытке захватить 13 января, по приказанию комиссара по призрению г-жи Коллонтай, Александро-Невскую Лавру, и отобрать ее помещения и имущество… постановило: всячески противиться этому, и вообще твердо заявить комиссарам, что православный Русский народ не допустит отобрания имущества у монастырей и храмов, которые он своею любовию и усердием украсил, принося свои лепты в обители за тысячи верст, – не допустит поругания его заветных святынь, встанет на их защиту от поношения со стороны тех, кои будучи не русскими и не православными, этих святынь не могут понимать и ценить…».
17 января в Александро-Невскую лавру вновь явился комиссар и потребовал немедленной передачи ему Лавры со всеми зданиями, имуществом и капиталами. В тот же день в зале на Стремянной состоялось многолюдное собрание духовенства и представителей приходов: «Громадный зал не мог вместить всех, желавших проникнуть в него, хотя и был переполнен до последней возможности… Настоятель Казанского собора протоиерей Философ Орнатский вносит предложение: в наступающее воскресение устроить крестные ходы из всех храмов столицы к Александро-Невской лавре. Собрание единогласно принимает это предложение».
19 января в лавру прибыл отряд матросов и красногвардейцев. Наместник лавры епископ Прокопий и члены Духовного Собора лавры были арестованы.
Тотчас же с соборной колокольни ударил набат, подхваченный всеми другими церквами лавры. К монастырю устремились толпы народа. Налетчиков разоружили и выпроводили из лавры.
Из Смольного прибыло подкрепление на грузовиках с пулеметами. Загрохотали выстрелы. Тем временем в лавру все прибывал и прибывал верующий народ. Прибыли депутации от рабочих ряда предприятий, в том числе от Стеклянного и Фарфорового заводов, где проповедовал отец Петр Скипетров и от Экспедиции заготовления Государственных бумаг. Народ был готов защищать лавру до последней возможности. По свидетельству епископа Прокопия, настроение народных масс было таково, что больших усилий стоило удержать их от расправы над вооруженным насильниками. Нападавшим пришлось снять пулеметы и ретироваться.
Простые верующие люди, встав на защиту Матери Церкви, отстояли главную святыню Петрограда. «Церковные ведомости», издание которых по предложению о. Философа Орнатского удалось возобновить в типографии Общества религиозно-нравственного просвещения, отмечали: «…Негодование, которое вызвали в православном народе набеги красногвардейцев на Лавру по предписаниям г-жи Коллонтай, смутило власти из Смольного. Они предложили наместнику лавры успокоить взволнованный народ и заявляя, что их неправильно поняли».
В субботу, 20 января, во время вечернего богослужения в Казанском соборе его настоятелем, протоиереем Философом Орнатским, впервые было оглашено воззвание Святейшего патриарха Тихона от 19 января: «Зовем вас, верующих и верных чад Церкви: станьте на защиту оскорбляемой и угнетаемой ныне Святой Матери вашей… А если нужно будет и пострадать за дело Христово, зовем вас на эти страдания вместе с собою…». Отцу Философу удалось размножить послание и разослать по всем церквам Петрограда.
21 января с 11 часов утра двинулись к Александро-Невской лавре крестные ходы от всех столичных церквей. Самые многочисленные шли от Троицкой церкви Общества религиозно-нравственного просвещения на Стремянной, из Казанского собора, от Спасо-Сенновской церкви[42] и от Воскресенского храма у Варшавского вокзала, где собрались десятки тысяч представителей братств трезвости.
С ними слились огромные колонны плавославных из Московского и Нарвского районов. Крестные ходы шли с Лиговки, Покровки, с Выборгской стороны. По подсчетам корреспондентов газет, число участников крестных ходов составляло от несколько сот тысяч до полумиллиона человек. Все знали о событиях в Лавре, знали, что в любую минуту вновь могут раздаться выстрелы, но были готовы пострадать за веру и Святую Церковь.
К часу дня около 200 шествий слились в один крестный ход. Лаврская площадь не могла вместить всех верующих, и они заполнили все ближайшие улицы. Над головами людей возвышались хоругви, кресты, иконы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
